Парный танец

– Ты случайно не принц? – покосилась Дженни на барса, который наслаждался ее удивлением и заложил еще один круг над дворцом.

– У нас нет монархии. Чонгук – глава клана, а я его правая рука.

– У вас все главы кланов живут как короли? – полюбопытствовала Дженни, не ожидавшая, что Лисин супруг настолько богат. В детстве она любила сказки про принцесс и эльфов, и имя «Лалиса» с легкой руки Дженни стало «Лисой», и вот теперь сестра, как сказочная принцесса или эльф, живет в самом настоящем дворце, окруженном лесом.

– Территория нашего клана даже и не снилась большинству ваших стран, – не без самодовольства заметил Тэхён.

Вот таким барс бесил ее настолько, что смертельно хотелось сказать гадость, но Дженни прикусила язык, наученная опытом. Стоило не сдержаться и вспыхнуть, как этот плейбой спешил затащить ее в постель. Кажется, у нее за эти два дня секса было больше, чем за последние полгода.

Еще Тэхёну постоянно удавалось Дженни удивлять. Дар речи пропал, когда оказалась в его гардеробной, где было сложено множество пакетов от известных брендов. Оказывается, во Франции барс не ограничился покупкой вечернего платья, а полностью обновил ее гардероб. Так что проблема с одеждой была решена.

Утром удалось сбежать от него под предлогом дел, но барс навязал охрану, уверив, что это необходимо ей по статусу. Охранники сопровождали ее домой за документами, потом к юристу, который взялся за ведение дела, а потом опять к дому, оставшись дежурить за дверями. Ключи и документы от машины для Марка пришлось им передать. Те заверили, что все отдадут, а вот везти ее на встречу с самим парнем отказались категорически: запрет Тэхёна. Ревнивец, чтоб его!

Воспользовавшись одиночеством, Дженни позвонила Марте, с которой состоялся неприятный разговор. На заявленный протест по поводу продажи квартиры та ответила гневными криками. Когда же речь коснулась нанятого юриста, обещания самой Дженни испортить им репутацию, задействовав все свои связи, Марта сменила тон и стала обвинять в дочерней неблагодарности, а потом и вообще шокировала. Меньше всего Дженни ожидала, что после жалоб на прижимистость Огюста мать ей предложит соблазнить собственного отчима. Из-за брачного контракта сама Марта не могла уйти от супруга, иначе осталась бы ни с чем, вот и надумала сплавить его дочери.

Немец восхищался ее умением хорошо готовить, а Марта все это время подливала масла в огонь, убеждая, что не просто так дочь старается ему угодить, и разыгрывала ревность. Теперь Дженни полагалось взять его тепленьким.

План матери стал понятен и выглядел отвратительным до тошноты. Шантажируя продажей квартиры, она хотела заставить Дженни соблазнить Огюста, чтобы избавиться от надоевшего брака.

«Он тебе идеально подойдет! – убеждала Марта. – Вы оба бережливые, вечно считаете деньги. Но если не хочешь за него замуж, то просто дай мне застать вас в постели и сделать фото».

Дженни чуть не прослезилась от «великодушия» матери и посоветовала решать свои проблемы самой. С удовольствием пригрозила дать прослушать Огюсту этот разговор, который записала на диктофон, если только Марта сунется к ним с Лисой. Шипя рассерженной кошкой, мать отключилась, а Дженни, хоть и победила, морально чувствовала себя выжатой как лимон.

Такой и нашел ее Тэхён. Барсу удалось вернуть жену к жизни, принявшись выяснять, что из вещей она с собой берет. Лисины памятные вещицы, фотографии, безделушки он не трогал, а вот по Дженниному собранному чемодану прошелся тайфуном, критикуя и половиня ее гардероб. Конечно же, она не выдержала такой бесцеремонности и вспыхнула, закатив скандал, но хитрый Тэхён потащил ее мириться в постель. Делали они это долго и со вкусом, пока барсу не стали звонить и напоминать о запланированном времени перехода.

И вот теперь, несмотря на то что Дженни не терпелось увидеть сестру, она и слова не сказала против, когда барс стал кружить над дворцом, давая ей лучше рассмотреть окрестности. Просто не представляла, как сказать Лисе, что пришлось выйти замуж за ее кумира!

– Почему в небе никто больше не летает? – спросила она Тэхёна. Даже на Земле воздушное пространство было более загружено.

– Над дворцом и прилегающей территорией защитное поле. У меня есть допуск, – не мог не выпендриться барс.

– А что делать остальным гостям?

– Служба безопасности пропускает особо важных, всем остальным приходится идти пешком, – кивнул он в сторону широкой аллеи, что тянулась от дворца и терялась вдали.
«Прекрасный способ показать свое превосходство, заставив пилить пешком», – усмехнулась про себя Дженни.

– Тэхён, ты еще долго кружить будешь? Такое чувство, что опасаешься встретиться с братом, – шутя поддела барса и насторожилась, поймав мелькнувшую тень на его лице.

– Он знает о моем приезде? О нашем браке? – начала допытываться она.

– Чонгук ждал твоего приезда.

– Значит, о браке ты не сказал, – сделала вывод она. – Почему?

– Он попросил ускорить твое прибытие на Баттас, а замужество – самый быстрый способ.

– Но твой брат не ожидал, что ты пойдешь на столь радикальные методы. Чем это тебе грозит? Или мне?

– Дженни, тебе ничего не угрожает! – заверил Тэхён, явно чего-то недоговаривая.

– Слушай, говори лучше сейчас, – напряглась она. – Не забывай, что я по профессии журналист и сама докопаюсь. Только тогда тебе не поздоровится!

– Ты знаешь, что когда злишься, становишься такая сексуальная… – с придыханием произнес барс и потянулся к ней, желая уйти от ответа.

– Тэхён! – рявкнула она, возмущенная такой грубой лестью.

«Нет, этот котик способен действовать более тонко и сейчас точно волнуется», – решила Дженни, никак не реагируя на выражение лица барса, оскорбленного в лучших чувствах и демонстративно потирающего свое ухо.

– Как глава клана он может расторгнуть наш брак, – решил признаться ее супруг.

– Всего-то?! – рассмеялась она от облегчения. Такой вариант ей даже понравился – не нужно ничего будет Лисе объяснять. – Спускайся!

– Мне не нравится твой энтузиазм, – хмуро произнес Тэхён, наконец начиная снижаться.

Не успели сесть во внутреннем дворе, как подошедший слуга в ливрее сообщил, что господин ждет их. Крепко сжав руку жены, барс направился на встречу со своим братом.

Дженни совсем не удивилась бы, приведи ее Тэхён в тронный зал, но и зеленая гостиная, где их по-семейному встречали, выглядела помпезно и роскошно. Проводивший их лакей исчез со словами, что господин скоро будет. Тот действительно не заставил себя долго ждать. Она едва успела осмотреться.

– Тэхён, Дженни, рад приветствовать вас на Баттасе, – с вежливой улыбкой произнес Чон Чонгук, одновременно оценивая их сплетенные ладони.

Дженни тоже оценивающе посмотрела на мужа сестры, в душе поражаясь, насколько же они с Лиской разные. Раньше она видела этого барса лишь издалека, сейчас же в полной мере оценила исходящую от него ауру силы и власти. Лиса еще совсем девчонка, ветер в голове, а Чон – солидный, состоявшийся мужчина. Это как представить сестру с одним из земных олигархов. Разные уровни, жизненные опыты, взгляды.

«Как же с таким жить? О чем они вообще разговаривают? Он же подавляет одним своим присутствием!» – все эти мысли мелькали в ее голове, а в душе росло беспокойство за сестру.

– Желаете чего-нибудь прохладительного с дороги? Или чай? – продолжал разыгрывать радушного хозяина барс.

– Воды, пожалуйста, – попросила Дженни, ощутив сухость во рту.

Легкий кивок, и один из лакеев, что стояли у дверей, исчез исполнять распоряжение.

Барс предложил пройти в сторону диванов, и она с Тэхёном расположилась на одном, а Чон Чонгук сел напротив.

– А где Лиса? – не выдержала Дженни.

– Она у себя. Вас проведут к ней.

Стало не по себе. Почему сестра ее не встречает? Ее держат взаперти? Может, она голодовку объявила? С нее станется. Что-то уже не верилось, что Лиса спокойно восприняла свалившееся на нее замужество. Сестра временами упряма как мул, и ее характер мог привести к печальным последствиям.

– Она в порядке? – с тревогой спросила Дженни. – Почему она меня не встречает?

– Лиса отдыхает, – ровным тоном произнес Чон.

«Днем?!» – так и хотелось воскликнуть Дженни, но она прикусила язык. На самом деле было часов шесть, не больше семи точно, но с чего бы Лиске валяться в постели в такое время?!

– Она заболела?

Волнение грозило перерасти в панику. Дженни с трудом удавалось оставаться на месте, а не бежать сломя голову в поисках сестры.

– Моя жена здорова, – твердо ответил барс, прекращая расспросы. – Давайте поговорим о вас. Мне сообщили о вашем браке.

– Да. Это был самый быстрый способ попасть на Баттас, – подал голос Тэхён.

– Значит, я могу расторгнуть этот союз? – вопросительно посмотрел на них Чон.

– Нет! – прозвучало резко и властно.

«Неудивительно, что они братья», – подумала Дженни, не вмешиваясь в разговор. На самом деле тревога за сестру разъедала душу, и ей было все равно, что они решат по поводу женитьбы Тэхёна.

– Пусть брак был поспешным, но он подтвержден и Дженни моя жена, – уже более спокойно продолжил ее новоиспеченный муж, который желал им оставаться.

Несколько мгновений братья мерялись взглядами. По лицу хозяина дома ничего нельзя было прочитать. Он как будто раздумывал, а потом перевел взгляд на Дженни.

– Вы тоже так считаете?

– Знаете, я сейчас не могу думать ни о ком, кроме моей сестры. Можно мне к ней? – не выдержала Дженни, вскакивая с места и вырывая свою ладонь у Тэхёна. Недовольный этим барс встал вслед за ней.

На какой-то миг Дженни показалось, что ей откажут, но нет.

– Конечно. Я вас прекрасно понимаю, – вежливо произнес Чон Чонгук, тоже поднимаясь. – Вас сопроводят.

Мужчины проводили девушку взглядами и, стоило ей скрыться за дверями, посмотрели друг на друга.

– Пойдем в кабинет, – бросил Чон брату, покидая гостиную.

* * *

– Госпожа отдыхает, – сообщила служанка, преграждая путь.

– Ничего, я ее разбужу!

Дженни обошла девушку, жалея, что лакей довел ее лишь до дверей комнат сестры. В гостиной, кроме двух служанок, никого не было.

– Как о вас доложить? – подоспела вторая.

– Лиса! – позвала Дженни. Не драться же с ними. – Лиса!!!

– Дженни?! – донеслось из-за закрытых дверей, и она бросилась туда. На этот раз ее задерживать не стали.

На большой кровати, поверх покрывала, полулежала сестра. Дженни только и успела отметить ее бледность, как та вскочила с постели и бросилась к ней.

Некоторое время они только и делали, что обнимались, как в индийском кино. Если подумать, не виделись всего несколько дней, а такое чувство, что полжизни прошло.

– Ты в порядке? Не болеешь? – Дженни с тревогой щупала ее лоб. – Как ты? Тебя заперли? Что за церберы тебя сторожат?

– Это мои служанки. Все в порядке.

– Рассказывай! – потребовала Дженни, желая знать все, что произошло с сестрой.
– Давай выйдем, там полог тишины. – Лиса потянула ее из спальни во дворик. Она явно не знала, с чего начать. Так отчаянно ждала приезда сестры и теперь, кажется, не верила, что та здесь. – Садись. Я сейчас.

Указав на кресло, вышла к служанкам – приказать принести чай и что-нибудь перекусить. А вернувшись, первым делом спросила:

– Ты надолго вырвалась?

Этот вопрос заставил Дженни внутренне замереть.

– Я взяла отпуск за свой счет. Могу хоть год здесь быть.

– Документы на выезд быстро оформили?

– Да. Тэхён помог.

– Тэхён?! – Голос сестры дрогнул, и Дженни прокляла все на свете, ощущая себя предательницей. – Как он тебе?

– Временами бесит.

– Только не говори, что он был у нас в квартире?!

– И даже спал на твоей кровати.

Дженни совсем не понравилось, как сестра закрыла лицо руками и горько рассмеялась. Она прекрасно представляла, сколько времени та мечтала о своем ненаглядном барсе, засыпая в девичьей постели. Хватило ума скрыть, что Тэхён обнаружил коробку с вырезками о себе, но умолчать о своем замужестве не могла.

– Лиса, мне пришлось выйти за него замуж, чтобы быстро попасть на Баттас. Иначе так просто меня бы не выпустили.

– Что? – Убрав от лица руки, сестра потрясенно уставилась на нее. – Почему именно за него?!! Я все понимаю, но ты не могла для этого другого барса найти?

– Другие не предлагали, – растерянно развела руками Дженни.

И правда, почему она согласилась выйти замуж за Тэхёна? Ведь знала, как сестра к нему относится. Этот плейбой так задурил ей голову, что она даже и не подумала попросить для этих целей иную кандидатуру.

Кажется, такой ответ немного успокоил Лису, и она спросила:

– А как на это отреагировал Кай?

– Никак, – помрачнела Дженни, вспомнив бывшего. – Мы с ним расстались. Он увидел в ванной твое платье с того вечера и побежал получать вознаграждение.

– Я всегда считала, что он урод! – с обидой за сестру воскликнула Лиса.

Опасный момент прошел, и разговор перетек на то, что случилось за это время. Дженни не стала ничего говорить о Марте. Ни к чему. Зато рассказала о знакомстве с Тэхёном. Как встретила его пьяная после расставания с женихом и чуть глаза не выцарапала, понося последними словами. Сестра улыбалась, и Дженни не жалела красок. О поцелуях после… тоже умолчала. Тут еще служанки пришли накрывать на стол, и сгустившиеся между сестрами тучи совсем рассеялись.

– Как ты здесь? – скрывая тревогу, спросила Дженни, когда их оставили одних.

Прежде чем ответить, Лиса потянулась за чайником и разлила чай. Явно тянула время. Не поднимая глаз, добавила в чашку сахар. Придвинула к себе. Чуть посидела, подумав, отодвинула чай и подняла глаза на сестру. Заговорила отстраненно, как будто ее это не касается.

Рассказала о симбиозе между кшатрами и шатхами, сообщила, что теперь этого ждут и от нее. О женской половине во дворце, о бывшей жене, которая всем заправляет. Вернее, заправляла до сегодняшнего дня. Об их стычке и о том, как чуть не вырвала Айю горло, когда шатх Чонгука захватил контроль над телом его жены.

Вот после этого выдержка покинула Лису, и она встала, повернувшись к сестре спиной. Обхватив себя руками, как будто ее знобило, смотрела невидящим взглядом в сад.

– Лиса… – подошла к ней Дженни, обнимая. У нее просто не было слов.

– Понимаешь, я до сих пор чувствую вкус крови у себя во рту! – через силу призналась сестра. Дженни же даже представить не могла, чтобы Лиса могла наброситься на кого-то.

– Что же ты хотела, этот Чон Чонгук– серьезный мужчина, и шатх у него под стать. По мелочам не разменивается. Это не у нас разборки, когда соперницы друг друга за патлы таскают. Было бы хуже, отплевывайся ты от ее волос.

Дженни погладила сестру по голове в попытке утешить, и та в ответ хоть и горько, но усмехнулась.

– Лиса, что ты задумала?

Слишком хорошо Дженни знала сестру, которая выросла на ее глазах. Несмотря на угнетенное состояние, Лиса была слишком спокойна, находясь в столь безнадежной ситуации. Никаких истерик, ни единого вопроса «Что мне делать?». А значит, выход она уже нашла.

После вопроса Лиса на глазах собралась и решительно ответила:

– Мне нужно выдержать год. Чонгук пообещал дать мне время… привыкнуть, – последнее слово прозвучало с горечью и затаенным гневом. – Через год наш брак станет недействительным. Зверя я должна принять добровольно, и Чонгук не может меня заставить, как и станцевать еще раз с ним.

Такой план вызвал у Дженни неоднозначную реакцию. Она сомневалась, что его удастся реализовать. Чон Чонгук производил впечатление человека, подминающего мир под себя. Этот мужчина не будет ждать терпеливо целый год, не пытаясь преломить ситуацию в свою пользу.

– Тебе он совсем не нравится? – осторожно поинтересовалась Дженни.

– Я бы не выбрала его себе в мужья, даже останься он последним мужчиной на свете! – запальчиво воскликнула сестра.

– Вот, значит, как, – прозвучало как гром среди ясного неба. Испуганно обернувшись, девушки увидели застывшего в дверном проеме барса.

* * *

Вопреки недовольству поведением брата и преподнесенному им сюрпризу Чон Чонгук не спешил требовать от него объяснения поступкам, сосредоточив свое внимание на состоянии дел и изучении подписанных договоров. Лишь получив полный отчет, поинтересовался, чем тот думал, заключая столь поспешный брак.

– Мне не нужны проблемы с сестрой моей жены! Ты наиграешься и бросишь, а жаловаться она к моей паре пойдет. Как ты планируешь решать вопрос с Саной? Она тебя дома ждет. Решил проучить за отказ? Но у нее благоразумия оказалось больше, чем у тебя!

– Благоразумия? – холодно усмехнулся Тэхён. – Нет, самолюбия. Не сразу до меня дошло, что ей нравится сама победа надо мной и интересно, на что я еще пойду, убеждая ее выйти за меня.

Чон Чонгук испытал удовлетворение оттого, что наконец его брат понял это. Он уже сто раз пожалел, что попросил Тэхёна провести дочь своего друга через период томления. Сам он тогда был еще женат на Айю и не желал ее расстраивать, уделяя внимание другой. Упрекнуть Айю не осмелилась бы, но Чонгук знал, что ее бы это задело. Она остро реагировала на тех женщин, которым удавалось хоть ненадолго задержать на себе взгляд мужа, и они незаметно исчезали из окружения Чона. Такая ревность его лишь забавляла и немного льстила.

Шатх же Тэхёна был достаточно сильный, чтобы усмирить молодую самку и провести через период взросления. Отец Саны согласился на такую замену, и все было хорошо ровно до того момента, когда его брат вбил себе в голову, что девушка его пара. Все слова о том, что он попросту впервые попробовал кшатру во время горячки, действия не возымели. Отказы Саны становиться его женой еще больше раззадоривали брата. Устав наблюдать за тем, как Тэхён сходит с ума, Чонгук забрал его с собой на Землю, чтобы немного остыл.
– И ты собираешься привести в дом супругу, демонстрируя Сане ту, которая вышла за тебя без долгих раздумий? Рассчитываешь сыграть на инстинктах между истинными парами? – Брат молчал, и Чон продолжил: – План неплох, но мне не нравится, что для этих целей ты используешь Дженни. Замени ее. Я уже сейчас могу подобрать несколько девушек на эту роль. Выбирай из них.

– Нет. Дженни останется со мной на год, – категорично отрезал Тэхён, проявив характер. – Соглашусь, ты был прав насчет того, чтобы я не спешил. Если Сана истинная, это научит ее дорожить моими чувствами. Сестру же твоей супруги я не обижу.

– Ты не знаешь, о чем говоришь! Если Сана твоя пара, шатх будет рваться к ней после ее отъезда.

– Шатху хорошо рядом с Дженни. Забавно, я впервые увидел ее, когда от нее убийственно разило алкоголем, но, несмотря на это, пахла она для меня изумительно.

– Это еще раз подтверждает мои слова о том, что ты еще молод и твой шатх реагирует на каждую привлекательную самку, – с неудовольствием заметил Чон. Немного подумав и оценив ситуацию, решил: – Хорошо, она твоя жена, но лишь до того момента, пока сама не пожелает уйти. Если моя пара попросит за нее, я не смогу отказать.

Тэхён склонил голову, принимая такой ответ. Пусть и не совсем то, на что он рассчитывал, но это лучше, чем ничего.

– Когда назначена церемония в храме? – в свою очередь поинтересовался он у брата и был удивлен, когда тот помрачнел.

– Лиса еще не готова.

– Ты ее не пометил?! – потрясенно выдохнул Тэхён, отказываясь верить этому.

– Не забывай – моей стала младшая сестра, – немного раздраженно заметил Чон. – Даже юные кшатры требуют особого отношения, а Лиса молода и еще не знала мужчин.

– И в чем проблема? Тебе не привыкать вводить девушек во взрослую жизнь. Сколько раз ты делал это, следуя традициям, так почему возникли сложности с женой?

– Она человек и отказывается прислушиваться к инстинктам. Чувствует притяжение, но в лучшем случае игнорирует его, а в худшем бежит. Я не понимаю, что ей надо, – с досадой поделился Чонгук наболевшим. Он бы никогда не поднял эту тему, но его брат пользовался популярностью среди землянок и хорошо знал их психологию.

– Говори ей комплименты, дари как можно больше подарков, – пожал плечами Тэхён, не видя проблемы.

– Она вернула мне ятты сразу после того, как увидела такие же на Айю, и попросила не дарить ей больше драгоценности. «Я искренне надеюсь, что вы перестанете дарить эти ненужные подарки. На официальные мероприятия вы мне и так выделите подходящие случаю гарнитуры, которые будут соответствовать статусу вашей супруги, а в повседневной жизни они мне не нужны», – процитировал Чонгук слова жены.

Глаза Тэхёна округлились, и он внимательно присмотрелся к брату. Никогда еще не видел его таким озабоченным из-за женщины и… немного растерянным. Непривычно было лицезреть всегда уверенного братца не знающим, что делать. И впервые слышал о женщине, которая с таким пренебрежением отказывалась от дорогих украшений.

– Неужели все так плохо?

– Ей не нравится Баттас. Она не скрывает, что мечтает вернуться домой. Лисе нет дела до моего положения, возможностей, окружающего ее достатка. Она оказалась одной из немногих землянок, которая не подвержена общей восторженной истерии относительно нас.

– Я бы так не сказал, – скрывая торжество, усмехнулся Тэхён, довольный возможностью утереть нос всегда прозорливому брату. – Мне кажется, тебя тоже водят за нос.

– Что ты хочешь этим сказать? – напрягся Чон.

– Ты просил присмотреть за ее сестрой, и я остался ночевать у них дома. Случайно нашел одну интересную коробку со своими портретами на вырезках из газет за последние годы. Она внимательно следила за нами. Довольно странно для той, кому нет дела до Баттаса, не так ли?

– Следила за нами или за тобой? – холодно уточнил Чон Чонгук, меняясь в лице. – Почему ты решил, что это делала Лиса?

– Дженни сказала. Правда, уточнила, что ее увлечение мною давно прошло. – Тэхён вмиг стал серьезным, осознавая, какую ошибку только что совершил.

Чонгук окаменел, с трудом держа себя в руках. Кусочки мозаики складывались в единую картину. Он вспомнил, как странно отреагировала Лиса на имя Тэхёна, узнав, что тот его брат. И она спрашивала, сколько ему лет! Конечно, младший брат по возрасту был ей гораздо ближе и казался привлекательнее.

– Тебе лучше немедленно покинуть дворец, – цедя слова, приказал Чонгук. Несмотря на их родство, шатх сходил с ума, требуя уничтожить соперника.

– Да, брат, – в жесте подчинения склонил голову Тэхён, ругая себя последними словами.

Желание увидеть свою жену и выяснить правду стало нестерпимым. Чон отправился к ней под предлогом того, чтобы сообщить об отъезде Дженни. Если раньше у него было намерение признать брак Тэхёна недействительным, то в свете новых обстоятельств этого делать не стоило. Если все сказанное братом правда, Лиса должна навсегда забыть о нем!

В глубине души ему очень хотелось надеяться, что произошла какая-то ошибка, но случайно подслушанный разговор сестер все расставил по местам.

– Вот, значит, как, – мрачно произнес он.

Застигнутые врасплох девушки посмотрели на него испуганными глазами. Чонгуку очень не понравилось, что старшая сестра заслонила собой младшую.

– Не советую становиться между кшатром и его парой, – с угрозой предупредил барс.

После этих слов Лиса выступила вперед, закрыв собой сестру, чем удивила последнюю.

– Дженни, приятно было познакомиться, но вас ожидает супруг, – холодно сообщил Чон, давая понять, что их встреча окончена.

– Вы обещали, что не будете препятствовать мне общаться с сестрой! – бесстрашно возмутилась Лиса, даже не представляя, чего ему стоило внешне держать показное спокойствие.

– Я и не препятствую. Дженни ожидает муж, который собирается показать ей их дом.

– Какой дом?! Ты уезжаешь? – растерялась Лиса, обернувшись к старшей сестре. – У вас же фиктивный брак, чтобы попасть на Баттас!

– Не понимаю, почему ты решила, что их брак фиктивный? Он самый настоящий и подтвержден. Я и отсюда ощущаю запах их близости, – подлил масла в огонь барс.

Чувство вины на лице Дженни не прочитал бы только слепой.

– Дженни?! – с болью приглушенно выдохнула Лиса, и Чон Чонгук наглядно убедился в том, что его брат ей небезразличен.

– Разве ты не рада? – не мог остановиться он, продолжая мучить и себя, и ее. Непривычное чувство ревности разъедало душу.

– Лиса… – Дженни шагнула к сестре, но та отшатнулась в сторону и посмотрела затравленно.

– Тебя ждут… Все хорошо… Мы поговорим… позже. Иди.

Дженни метнула гневный взгляд на барса, посмотрела на побледневшую младшую сестру, понимая, что нужно дать ей время успокоиться и осмыслить это. Оставлять Лису наедине с мужем не хотелось, но она понимала, что соперницу видеть ей тяжело. Делать было нечего, и Дженни ушла, решив потребовать объяснений происходящему у Тэхёна. Почему тот ни слова не сказал о том, что они должны куда-то лететь? Обстоятельства складывались – хуже не придумаешь.
После ухода старшей сестры Чонгук не сводил глаз со своей пары. Видел – она поняла, что он все слышал. Хотела опустить глаза, но пересилила себя и посмотрела с вызовом.
– Тебе нравится мой брат? – напрямую спросил барс. На бледных щеках его жены вспыхнули два алых пятна.
– Да. Всегда нравился, – не стала отпираться она. – Прежде чем на мне жениться и везти куда-либо, следовало поинтересоваться не только моим именем, но и сердечными привязанностями. Вас это задевает? Почему? Это же было до встречи с вами.
В который раз барс оценил ее умение возвращать ему его же слова. Вот только Чону сейчас была совершенно безразлична Айю и все остальные женщины вместе взятые, а Лисино увлечение младшим братом, судя по реакции, никуда не делось. И это рвало в клочья весь самоконтроль!
– Ты собиралась тянуть время до конца года, – обвиняюще произнес он, надвигаясь на нее. Жена не дрогнула. Стояла напряженная, как струна, и, сжимая кулаки, продолжала бросать ему вызов.
– Разве я вас хоть в чем-то обманывала? Вы мне не нужны, я не желала этого брака и хочу домой, – с ранящей откровенностью призналась она.
Ноздри барса щекотал сладкий запах его пары. Мужчина и шатх сходили с ума оттого, что они не нужны ей, вот только у них не было выбора, и в едином решении они не оставили его и Лисе.
– Твой дом здесь.
Чон Чонгук невидимым для глаз движением переместился к жене, зафиксировал ее голову и вонзил клыки в шею, ставя метку.
Лиса дернулась от боли, вскрикнув, но вскоре начали действовать феромоны, и она прекратила сопротивление. Он убрал клыки и стал зализывать рану, останавливая кровь. Потом подхватил ее на руки и понес в спальню, положил на постель.
– Нет… – сделала она слабую попытку оттолкнуть мужа, когда он склонился к ее лицу, и поцелуй пришелся в висок.
Не стал настаивать. Вышел в гостиную, отдал указания и отпустил служанок, после чего вернулся. Лиса уже сидела на кровати и трогала шею.
– Почему так жарко? – посмотрела она на него расширенными глазами. Бледность исчезла, и на щеках горел лихорадочный румянец.
– Давай помогу, – подойдя к ней, стал расстегивать пуговички на платье.
Его жена прерывисто вздохнула и ахнула, когда он случайно коснулся ее груди. Соски натянули материю платья, и Чон уже намеренно погладил их. Последовавший грудной стон стал последней каплей, и, запрокинув ей голову, он накрыл желанные губы своими, срывая долгожданный поцелуй. Лиса больше не сопротивлялась.
У Чонгука закружилась голова от желания. Возможность прикасаться, ласкать жену пьянила. Наконец она теперь его! Метка навсегда связала их. Его пара… Сладкая девочка с восхитительным запахом… Осыпая поцелуями, он избавил ее от одежды, любуясь.
Лиса разочарованно застонала, когда он отстранился, и потянулась к нему. Глаза загадочно мерцали из-под полуприкрытых век, губы припухли от поцелуев, грудь бурно вздымалась из-за частого дыхания. Никогда еще женщина не была для барса столь притягательна, как его жена в этот момент. Не сводя с нее глаз, Чон стал срывать с себя одежду.
Его рука скользнула по девичьему бедру, и Лиса подалась к нему, разводя ноги. Барс завороженно уставился на треугольник золотистых волос и склонился к нему, вдыхая аромат и касаясь языком, пробуя на вкус.
«Моя!» – билось в висках.
Чонгук лег между ног девушки, целуя ее в средоточие женственности. Его пара. Единственная. Идеальная. Восхитительная. Он чуть ли не рычал от удовольствия обладания ею. Ласкал языком, втягивал в рот кожу. Лиса стонала и выгибалась всем телом, двигая бедрами навстречу. Указательным пальцем правой руки он провел по всем складочкам и замер у входа, коснувшись преграды.
Отстранился, чтобы посмотреть на жену. И признался себе, что она самая непредсказуемая, упрямая и сладостная из всех женщин в его жизни. Кожа порозовела и чуть мерцала от пота, роскошные волосы разметались по подушке, глаза закрыты. Он буквально ел ее глазами.
– Лиса, посмотри на меня! – позвал ее, и ресницы жены затрепетали. – Лиса!
Она открыла глаза, посмотрев на него ничего не видящим взглядом.
Чонгук разочарованно застонал. За пеленой страсти он не видел сознания. Сам сгорал от желания, но что-то внутри не давало взять ее такой. Не будь она девственницей… Он помнил их разговор. Жена хотела, чтобы ее первый раз был волшебным, особенным. И барс не мог лишить ее и этого.
Со стоном уткнулся лбом ей в живот, беря эмоции под контроль. Ничего, он подождет. Она теперь его. Нетронутая, неискушенная. Он сделает все, чтобы их первый раз принес ей лишь удовольствие. Приняв решение, отстранился и опустил руку, касаясь ее внизу. Чуть нажал, а потом резким движением убрал преграду. Она застонала, а Чонгук заменил пальцы языком, слизывая кровь и прогоняя боль. Очень скоро она забилась под ним от удовольствия, а потом обмякла, проваливаясь в сон.
Барс укрыл ее одеялом и лег рядом, обнимая. Для него это будет очень длинная ночь, но он еще наверстает. Процессы в женском организме запущены, и отсчет времени пошел.