10 глава
Под ярким солнечным светом, заливавшим длинные коридоры, Нана буквально тащила меня к кабинету. Её тонкие, девичьи пальцы, казавшиеся такими хрупкими, сжимали моё запястье с такой силой, что я слышала хруст костей. Я ощутила полную беспомощность, понимая, что эта, на вид такая слабая девушка, могла бы без труда сломать мои кости./
Коридор был полон тихих разговоров и мелькающих силуэтов за дверями кабинетов. Но мое внимание привлек знакомый человек. Он стоял у окна, и хотя его взгляд казался рассеянным, я однако уверена, что он наблюдал за Наной./
Высокий, крепкий парень с короткими, непослушными волосами смотрел на нее так, будто в целом мире больше никого не существовало.
"Так это же мой одноклассник, кажется, Сайджо Такео," - промелькнуло в голове./
Я прищурилась, пытаясь разглядеть то, что мелькнуло в его глазах. Там было что-то такое... нежное. Почти такое же, как я видела вчера у Онодеры, когда он прижал меня к стене. Эта внезапная теплота, этот мягкий свет, словно кто-то зажег внутри меня маленькое солнышко. Разум метался, пытаясь ухватить суть этого явления. Что может заставить глаза человека буквально светиться таким теплом и нежностью? Какая невидимая сила так преображает людей, делая их взгляды такими открытыми и трогательными?/
Не могу объяснить, но где-то внутри меня проснулось тихое, почти забытое желание снова ощутить на себе этот особенный, ни с чем не сравнимый взгляд./
На меня снова накатила тоска, когда я вспомнила, кто я. В этом мире, где все стремятся к идеалу, отбросы общества вроде меня не имеют права даже надеяться на что-то светлое. Мы, "дефектные люди", как нас часто называют, словно обречены на вечное презрение и ненависть к самим себе. Каждый день — это борьба с внутренними демонами, которые шепчут, что мы не достойны счастья, что наше существование — лишь бремя для окружающих./
Мы остановились на пороге класса, перед нашими глазами появилась картина, от которой по моей коже пробежали мурашки размером с кулак./
—どうしたの、もう一度お願いします！?(В ЧЁМ ДЕЛО ЕЩЁ РАЗ СПРАШИВАЮ?!)— кричал Могуо сжимая в кулаке рубашку и галстук одного из своих дружков.
Его руки взметнулись вверх, словно пытаясь отгородиться от надвигающейся бури. Он знал, что совершил непоправимое. Разозлить Идзиму – это было все равно, что играть с огнем, а теперь этот огонь грозил поглотить его самого. Но что толку теперь сожалеть? Когда Идзима впадал в ярость, он не знал пощады, и всегда находил, на ком выместить свою злость. Раньше этим "кем-то" был Накаджима. Но Накаджима больше никогда не вернется. И это осознание было страшнее всего./
По моему костлявому телу пробежала дрожь, я не могла оторвать взгляд от разворачивающейся сцены насилия, которое вот вот должно было произойти./
—七尾のリーダー?!(ЛИДЕР НАНАО?!)— пухлое лицо парня со способностью пиракинеза исказилось в маске чистой, дикой ярости, когда он кричал на парня, чей воротник сжимал в руке. Тёмноволосый пытался оправдаться, сказать что-то вроде: не так выразился, но Могуо уже было не остановить, но все его попытки были безрезультатны —私はギャングのリーダーです！(ЭТО Я ГЛАВАРЬ БАНДЫ!)/
В тот момент, когда большой кулак Идзимы устремился к лицу того парня, во мне пробудился первобытный страх. Желание бежать, спрятаться, исчезнуть было почти невыносимым, но крепкая ладонь, сжимающая мое запястье, стала непреодолимым препятствием, удерживая меня от любого движения./
Как раз в тот момент, когда кулак Могуо уже был готов обрушиться на лицо несчастного парня, произошло нечто неожиданное. Сам Могуо вдруг отлетел в нашу сторону, словно его отбросило неведомой силой. Щека парня тут же вздулась и покраснела. Всё произошло так стремительно, что никто из нас толком и не успел понять, что именно произошло./
Тот парень, который ещё секунду назад должен был получить от своего лидера, стоял в полном недоумении. Даже находясь в самом центре событий он ничего не увидел./
—そして、これはリーダーですか？(И это лидер?)— послышался раздражённый голос, смешанный с лёгкой усталостью. Все кто сейчас находился в классе, резко перевели взгляд, на его обладателя. Им оказался никто иной, как тот самый парень, который палая с брёвна умудрился и меня с собой прихватить - Шибусава —モグオくん、私がどんな贈り物を持っているか知っていますか？(Могуо-кун, вы хоть знаете какой у меня дар?)/
—私は今知っています。 時間を止める？(Теперь знаю. Остановка времени?)— поспешил ответить Могуо садясь на колени и потирая ушибленную спину./
—私はゆっくり食べる人です。(Я человек, который медленно ест)— Шибусава приложил ладонь к лицу, от чего образовалась довольно жуткая тень —そして、あなたは私が食べている間に音を立てる人が嫌いであることを完全によく知っています。(И вам вполне известно, что я ненавижу тех, кто шумит во время еды)/
—知られています…(Известно…)— на Идзиму было страшно смотреть, за своё не самое долгое пребывание на острове я ещё ни разу не видела его таким напуганным. Обычно все дрожали от одного вида, его разъярённого лица, но не сегодня, сейчас он сам дрожал сидя на полу со вздутой от удара щекой./
—渋沢くんは最強(Шибусава кун самый сильный)— резко изменился в лице Могуо, приложив к подбородку кулак произнёс он голосом, полным лести и подхалимажества./
Шибусава встал со своего места и протянул однокласснику руку:/
— さて、あなたがそれに気づいてから、友達になりましょう (Ну, раз ты это осознал, давай дружить) — произнёс он со спокойной улыбкой./
Мой взгляд снова вернулся к Нане, когда я заметила краем глаза, как она что-то смотрит на телефоне. Всё что мне удалось разглядеть на белом экране это цифра: 800000./
Как только прозвенел последний звонок, Нана, не произнеся ни слова, решительно взяла меня за руку и повлекла в неизвестном направлении. Я ощущала на себе пронзительный взгляд Кёи, который следовал за нами, пока наши фигуры не растворились в дверном проёме./
Хиираги скользила по коридору, её фирменная улыбка сияла на лице, адресованная каждому проходящему ученику. Она была мастером игры в "милую девочку", её актёрский талант и умение манипулировать были её оружием, позволяя ей легко обманывать всех вокруг. Всех, кроме меня. Но, честно говоря, если бы я не смотрела это аниме, я бы, скорее всего, тоже поверила в эту маску. Я-то знала, какое чудовище скрывается за этой милой внешностью. Я видела, как безжалостно она сбросила Нанао со скалы, как с ледяным равнодушием сказала ему, чтобы он сдох. Эта картина до сих пор у меня перед глазами./
В её глазах плескался лед, а в сердце – выжженная пустыня. Она была оружием, отточенным годами тренировок и закаленным ненавистью. Сочувствие? Сострадание? Эти слова были стерты из её лексикона, заменены на холодную, расчетливую эффективность. Она была создана для одной цели: уничтожить эсперов./
С самого детства ей внушали, что эсперы – угроза, чудовища, подлежащие искоренению. Эта ненависть пропитала каждую клетку её тела, стала топливом для её неустанных тренировок. Она научилась убивать без колебаний, обманывать без угрызений совести, предавать без сожаления./
Её миссия была ясна: истребить всех эсперов. И ничто не могло её остановить. Ни мольбы о пощаде, ни слезы, ни даже собственная жизнь. Она была запрограммирована на уничтожение, и эта программа работала безупречно. В её мире существовало лишь одно понятие – цель. И эта цель – смерть эсперам./
Шагая с Наной по пустынной тропинке в сторону столовой, я ощущала ее взгляд так, словно он касался меня, проникая сквозь одежду./
Весь день у меня складывается ощущение, что розоволосая меня пасёт, а этот её взгляд, когда мы столкнулись возле туалета, и наши глаза встретились. Брр... До сих пор мурашки по коже. В ее взгляде читалось что-то... угрожающее. Буквально можно было прочитать: "Ещё раз так уйдёшь - убью!"/
И ведь правду говорят: иногда глаза могут сказать больше, чем любые слова./
Даже сейчас я ощущаю её взгляд, её контроль. Я не могу позволить себе ничего, что могло бы нарушить её безупречно выстроенные планы, которые, кажется, были выстроены в мельчайших деталях давным-давно./
Среди густых деревьев скрывающих в тени своих ветвей большую часть острова, слышались торопливые шаги по сухой земле тропинки, идущей через лес./
Розовые волосы девушки слабо, почти незаметно колыхались от попывов слабого ветра, сильно выделялись на фоне изумрудной зелени, окружающей нас. Она не говорила, просто шла ведя меня за собой, словно я была ленивой собачкой, которую она тянула за поводок заставляя следовать за ней./
Никогда прежде тишина не вызывала во мне такого острого страха. Я всегда находила утешение в её объятиях, в уединении, в укромных уголках, где можно было спрятаться от всего мира и обрести то, о чём я так долго мечтала – чувство безопасности. Но сейчас эта тишина стала моим злейшим врагом. Она терзала меня, выбивала из привычного ритма жизни. Даже вид пьяной матери не внушал мне такого ужаса, как молчание Наны./
Она видела какой эффект на меня оказывала, но ничего не сделала чтобы как-то разрядить обстановку, нет. Моё почти истеричное состояние доставляло ей удовольствие, она наслаждалась моим страхом и растерянностью. Ни единого слова, ни единого звука, с каждой секундой я всё больше убеждалась, какое же всё-таки Нана чудовище./
В большой столовой, чьи столы, казалось, могли вместить всех учеников этой школы, включая учителей и поваров, царила атмосфера тепла и уюта. Воздух здесь был густым, пронизанным множеством манящих ароматов – от запаха свежей рыбы и сочных овощей до терпких ноток фруктов и соблазнительного оттенка только что приготовленного мяса. Эти запахи полностью заполнили собой всё помещение, обволакивая каждого, кто входил сюда./
Едва мы приоткрыли массивную дверь, как я почувствовала этот вихрь прекрасных, домашних запахов. Они ударили по рецепторам, обещая сытость и спокойствие, но я не могла позволить себе ими наслаждаться. Глубоко внутри меня ещё бушевал настоящий ураган эмоций, который не собирался утихать. Каждое моё внутреннее "я" сопротивлялось этому внешнему умиротворению./
Тепло, исходящее от бурлящих тарелок и гостеприимных улыбок персонала, словно пыталось просочиться сквозь броню моей тревоги. В ушах всё ещё звенел отголосок последних событий, оставляя после себя неприятный осадок и дрожь в коленях. Насладиться сейчас этим пиршеством ароматов было бы предательством по отношению к самой себе, к тому страху, что всё ещё крепко держал меня в своих объятиях./
Взгляд Хиираги сразу упал на её новую жертву, сейчас он наслаждался обедом, который он точно запомнит, ведь это будет его последний обед в этой жизни./
Знаю, это прозвучит ужасно, и вы, наверное, захотите меня осудить. Но я должна это сказать. Когда я узнала, что этот человек скоро умрет, я... ничего не почувствовала. Совсем. Меня это никак не затронуло. Я не могла заставить себя испытывать хоть какие-то эмоции. Все, о чем я могла думать, это моя собственная жизнь, мои собственные проблемы. Я понимаю, что это эгоистично и жестоко, но это правда. И я не знаю, почему так. Я просто... не смогла ничего с собой поделать./
В голове снова звучали все те обидные слова, которые когда-либо произносила моя мать. Я помню, как они ранили меня в детстве, как заставляли чувствовать себя никчёмной и ненужной. Но сейчас, когда я оглядываюсь на всё это, мне уже не так больно. Эти слова больше не имеют той силы, что раньше. Они не вызывают слёз, не заставляют сердце сжиматься от горечи./
Но всё равно, иногда в тишине, когда остаюсь наедине с собой, меня посещают мысли: «Может, она была права? Может, я действительно отвратительный человек, который не заслуживает жить на этом свете?» Я начинаю сомневаться в себе, в своих поступках, в том, что я делаю./
«Может, я заслужила всё, что со мной происходит? Может, я действительно должна испытывать боль и унижение, ненависть и презрение? Может, мне стоило не появляться на свет?» Эти мысли, как тени, преследуют меня, и я не знаю, как от них избавиться./
————————————————————————
Doctkun11037: телеграм канал автора/ t.me/Doctkun11037
°Если у кого-то появится желание поддержать автора, то можете кинуть донат на сбер.
Мой сбер – 8 951 405-92-94