34.
Drifting apart, getting harder to hold you
Days getting dark and the nights are growing cold
Are we burning out?*
Сегодня в Осло обещали жару. Но стоит ли вообще верить синоптикам? Кажется, семь пятниц на неделю придумали именно о них.
Мишель с самого утра повторяет, что пионам нужна вода, пока еще нет такой жары.
Ева стояла на улице с большой фиолетовой лейкой, бережно подливая каждый куст. Теперь она понимала свою маму. Цветы действительно помогают в некотором роде забыться. Убирают боль и дурные мысли. Становится легче.
Ева присела на колени возле одного из кустов и взяв в руки маленький бутон белого пиона, поднесла его к лицу.
Этот запах ... Ее любимый, после грейпфрета и бергамота ...
Можно на минутку представить себя где-то далеко-далеко. Возможно, в Франции? На окраине Парижа.
Где-то на территории замка Фонтенбло.
Фонтенбло подошли бы белые пионы.
А еще ему подошла бы она влюблена и счастлива ...
В объятиях Криса.
Ева закрыла на секунду глаза. Это все почти стало реальным.
Вот они оба на лестнице дворца, смотрят на Сену. Он стоит сзади, как всегда любит это делать, и обнимая ее за талию, нашептывает что-то на ухо. Что-то теплое и приятное.
Там, на лестнице Фонтенбло они совсем другие. Кто-то просто взял и вырезал последний год их жизни. Просто кто-то решил переписать сценарий.
Кто-то, кто совсем не любит драму ...
- Ева? - она вздрогнула и случайно рукой опрокинула фиолетовую лейку, вылив воду на заасфальтированную дорожку.
- Извини, я не хотел тебя напугать, - Крис присел рядом и поднял лейку. - Твои штаны мокрые.
До сих пор не отошела от своих сладких грез, Ева молча опустила взгляд на свои широкие синие mom jeans.
- Ты в порядке? - Крис коснулся ее запястья и девушка резко перевела взгляд на его глаза.
- Я ... - начала Ева, а не отрывая взгляда от мужчины. Он такой красивый.
Взъерошенные темные волосы, загорелая кожа, которую она так любит целовать, короткая щетина на щеках, которой он так сильно любит тереться о ее бедра, вызывая дрожь. И глаза ... Темные карие глаза, которые смотрят на ней со всей нежностью и любовью мира.
- Я просто задумалась, - Ева забрала свою руку и рассеянно огляделась по сторонам.
- Я принес тебе кое-что, - Крис протянул ей маленькую голубую коробочку.
- Что это?
- Ты вчера была босиком ...
Ева открыла коробочку, в которой аккуратно сложены лежали пять пар носков. Зеленые с авокадо. Синие с месяцем. Розовые с каким-то геометрическим рисунком. Желтые в полосочку. И обычные фиолетовые с розовым носком и пяткой.
Она обожает цветные носки. Они не скучные.
- Ты всегда мерзнешь в ноги. А все свои носки ты оставила дома. Не хочу, чтобы тебе было холодно.
Ева не могла оторвать от него взгляда.
"Ты мерзнешь в ноги"
"Не хочу, чтобы тебе было холодно"
Так сразу стало тепло. И на душе, и на сердце. И вообще вокруг, везде, во всем мире и на всей планете стало так тепло.
- И ты купил мне носки?
- Купил.
- Ты удивительный. Ты знаешь это?
Он засиял.
Это лучшее, что он услышал за последние несколько дней. И был готов на все, лишь бы услышать это снова.
- Это ты удивительна.
Крис протянул ей руку и помог подняться.
- Пионы очень красивие.
- Спасибо. Но я уже забыла, как с ними трудно.
- Если тебе нужна помощь ...
- Крис? - он оглянулся, увидев на пороге миссис Мун.
Женщина стляла в обычном синем спортивном костюме и совсем не была похожа на ту Мишель, которая носит деловые платья и бросает на всех суровые взгляды.
- Я думала, ты в Лондоне, - женщина спустилась по лестнице и Крис, еще раз взглянув на Еву, подошел к ее маме.
- Доброе утро, Мишель.
- Доброе.
- Я приехал за Евой, - обняв миссис Мун, ответил парень.
- Крис, пожалуйста, - Ева помахала головой. - Мы уже говорили об этом.
- И эти разговоры не изменили моих намерений. Ты моя жена, Ева. Я не вернусь в Лондон без тебя.
На мгновение воцарилась тишина. Крис и Ева просто молча смотрели друг другу в глаза, а Мишель бросала взгляды по очереди на каждого из них, не понимая, почему же они так усложняют себе жизнь.
- Ты же знаешь, какой упрямой она бывает, - положив руку на плечо Криса, сказала миссис Мун.
- Я тоже упрямый - не отводя взгляда от жены, ответил Крис.
- Это все не имеет значения, - Ева взяла в руки лейку и сделав пару шагов в сторону дома, остановилась.
И кажется, именно в этот момент кто-то там, на другой стороне Вселенной. Кто-то, кто имел неосторожность писать их историю, нажал на спусковой крючок. Бум ... И вся выдержка трескается как воздушный шарик и разлетается как конфетти, которое она так любила на свой день рождения.
- Я знаю, что вы двое хотите, чтобы все было, как прежде. Я тоже этого хочу. Но не могу. Слышите? Не могу! Мне тяжело и мне нужно время. Все, о чем я прошу, это лишь немного времени. - Ева рассеянно прошлась рукой по волосам. - А ты давишь, Крис. Ты продолжаешь просто давить на меня. Все время ...
Он смотрел на нее растерянно. Не понимал, о чем говорит.
Он же не давит на нее.
Черт.
Он любит ее!
Любит!
- Ты знаешь меня лучше. Ты знаешь все мои слабости и я боюсь, чтобы ты просто не стал манипулировать мной ...
- О чем ты говоришь? - Крис выступил вперед. - Какие манипуляции? Ты в своем уме?
- Нет! Нет, я уже не в своем уме! - Ева быстрым движением вытерла слезы с глаз. - Я уже просто не знаю, куда себя деть! Ты не терял ребенка ...
- Я так же, как и ты потерял двоих детей!
- Они не жили у тебя под сердцем! - он даже не знал, что она может так кричать.
Ее голос сломался и это нанесло ужасную боль где-то там, в области сердца.
Бессилие.
Она кричит от бессилия.
- Ева ...
- Я просто хочу разобраться, - продолжила уже тише, почти шепотом. - Я всю жизнь мечтала стать мамой. Но я не могу ... Не могу выполнить главную женскую функцию.
Мишель стояла там, за спиной Криса, наблюдая за всем этим, и тоже тихо плакала. Страдания дочери для нее - двойной удар.
И эти глаза ...
Карие глаза полные слез и боли. Полные отчаяния и сожаления.
Где ее сильная девочка? Где ее Ева, которую невозможно было сломать?
- Со мной что-то не так, Крис. Какой брак, - совсем тихо, он мог бы даже и не услышать, если бы на этих словах не подошел ближе, схватив ее за руки.
- Не говори так. Никогда не говори так.
- Отпусти меня, - она попыталась вытянуть свои руки с его крепкой хватки.
- Ты не сломана. С тобой все в порядке. Слышишь? Ты забеременеешь и родишь от меня ребенка. Вот увидишь, - он схватил ее лицо и поцеловал в лоб.
- Пожалуйста ... Отпусти ...
- Ты убиваешь меня, - Крис оперся своим лбом о ее и закрыл глаза. Всего на мгновение.
Так сильно хотелось, чтобы все было сном.
Плохим сном.
Эй, отвечающий за сценарий, я не знаю кто ты и где ты, но пожалуйста сделай так, чтобы все это оказалось плохой шуткой. Черт, первое апреля затянулось?
- Прости.
Она выбралась из его рук и повернувшись, пошла в сторону дома.
А ее сердце валялось где-то у его ног.
Разбитое, раненое, истекая кровью.
- Ева! - она остановилась. - Письмо. Прочти письмо. Я знаю, что ты забрала его с собой.
Письмо.
Оно действительно лежало на дне ее чемодана. И она уже столько раз хотела открыть конверт, но каждый раз боялась.
Боялась тех слов, которые он написал.
Боялась, что не сможет держаться на расстоянии.
Боялась ...
Боже, она в последнее время так много всего боялась ...
- Пожалуйста, просто прочитай ...
***
Ева уже второй раз приняла душ. Думала, что вода смоет всю боль, но это не помогло. Хотя вода прекрасно маскировала ее слезы.
Ева натянула на себя черные джинсы, топ и изумрудного цвета вязаный кардиган. Волосы распустила. На макияж сил не хватило.
Она так сильно старалась выглядеть нормально.
Хотя, что вообще означает нормально?
Нормально, это когда туфли с платьем.
Нормально, это когда спрашивают о делах.
Нормально, это когда говорят о летней погоде в Осло.
Нормально, это когда спрашивают удобно ли стоять в общественном транспорте.
Нормально ...
Какое же ее нормально?
Черные брюки и вишневый кардиган? Отсутствие локонов и макияжа?
Нет.
Любой, кто знает Еву Шистад, скажет, что это не нормально.
Сегодня она собирается на встречу с Саной. Так странно было вчера случайно встретиться в местном маркете. Ева стояла в отделе с фруктами и выбирала апельсины. Наверное, это странно есть апельсины летом?
- Ева?
Она повернула голову в сторону знакомого голоса. Старая добрая Сана стояла перед ней. Без хиджаба и с широкой улыбкой. Это, наверное, впервые Ева увидела ее волосы. Оттенок темного дерева прекрасно подходил к смуглой коже.
- Я тебя целую вечность не видела, - Сана бросилась на нее с объятиями.
- Я слышала, что ты теперь в Стамбуле.
- Приехала к родителям на немножко. А ты теперь в Лондоне.
- Да. Но тоже решила навестить маму.
- Я так скучала, - Сана еще раз обняла подругу и это не было на нее похоже.
- Я тоже.
Было приятно видеть знакомое лицо, не напоминало о том, что она потеряла там, в Лондоне.
В эту минуту все было почти нормально.
- Мы должны поужинать вместе.
- Давай завтра.
- Договорились.
До кафе решила пройтись пешком. Почему-то здесь, вдали от Лондона, она чувствовала себя в большей безопасности.
Здесь нет преследований. Нету врагов ее мужа. Здесь ее не преследует паранойя. По крайней мере сейчас, когда она спускается по центральной улице Осло.
Сана сразу ее заметила. Машет рукой и снова улыбается. Она счастлива. Настолько счастливой Сану еще точно никто не видел. Любовь однозначно положительно влияет на людей.
- Я решила выбрать столик на улице. Ты же не против?
- Нет. Мне нравится, - улыбнулась Ева и заняла место напротив подруги.
- Рассказывай. Как поживает миссис Шистад? - Сана наклонилась вперед и поиграла бровями.
Ева снова улыбнулась. А что ей еще оставалось?
- Неплохо.
К ним подошла официантка и оставила два меню на столике.
- Неплохо? Ты жена Криса Шистада. Ты хоть знаешь, сколько женщин хочет его? И ты говоришь ноплохо?
- Это не легко быть женой Криса Шистада, - ответила Ева, открывая меню на странице блинами.
С курицей, с лососем, овощные, фруктовые, с шоколадом, с творогом ...
Слишком большой выбор блинов.
- Он же не изменяет тебе? - Сана нахмурилась.
-Что? Нет! Нет, нет, нет, - Ева помахала головой. - Крис не предатель.
- Это хорошо. Я уже боялась, что придется взять ножницы и оставить его без шансов на потомков, - слегка улыбнулась Сана.
Обычная фраза, брошенная посреди разговора. Без злых намерений и без скрытого подтекста. Просто шутка.
А ей будто бы воздух из груди выбили. Одной фразой выстрел в сердце.
Ева зглотнула слюну и опустила голову.
Наверное, остановится на блинах с курицей.
- Ева?
- Я просто задумалась, - Ева отложила меню в сторону и постаралась дружелюбно улыбнуться. Это же Сана и она ничего не знает. - Расскажи лучше о себе. Я слышала, что у тебя есть парень и вы живете в Стамбуле.
- Да, - Сана просияла.
Такая влюблена и так счастлива. Совсем не похожа на ту Сану, какой ее помнила Ева. Единственное, что осталось в этой девушке неизменным это ее сливовая помада. - Его зовут Эмре и мы познакомились почти два года назад в Стамбуле, когда я приехала к бабушке. Он владелец небольшого ресторанчика и занимается фотографией. Боже, Ева, ты бы видела его работы. Они удивительны.
В поле зрения снова появилась официантка с их заказом. Курица пахла чудесно. Или может она просто была такой голодной?
Уже соскучилась по этим блинами, в Лондоне есть похожее кафе, но там все же не так вкусно.
- Мы уже год как пара, восемь месяцев живем вместе.
- А насчет свадьбы? Ты до сих пор придерживаешься своей позиции? - поинтересовалась Ева, запихивая в рот кусочек горячего блина.
- Да. Супружеская жизнь это пока не для меня. Нам и так хорошо. А свадьба это просто формальность.
Если бы нужно было назвать идеальный пример синонимов, то Ева сказала бы: "Сана и свадьба".
- Старая добрая Сана, - улыбнулась Ева.
- Я теперь не покрываю голову.
- Я заметила.
- В Стамбуле все иначе.
- Ты счастлива там?
- Очень.
- Я рада за тебя.
- Знаешь, - Сана сделала глоток своего фруктового чая и поправив темные волосы, перевела взгляд на свою тарелку. - Я всегда знала, что связь между вами с Нурой самая прочная. Вы единственные, кто придерживался клятвы о вечной дружбе.
- А разве мы с тобой не друзья больше?
- Конечно, друзья, - Сана улыбнулась. - Друзья, которые мало видятся.
- Надо исправлять ситуацию. Я соскучилась за нами. За нашей пятеркой, - тихо продолжила Ева.
- Нашей пятерки больше нет. Если с Крис я еще поддерживаю хоть какая-то связь, она даже навещала меня в Стамбуле, - Сана поставила локоть на стол и оперлась подбородком на ладонь. - Так с Вильде ситуация печальная. Что-то жизни ей совсем не складывается. С мужчинами не везет. И она дальше гоняется за статусом.
- Мы давно все знали, что к добру ее это не приведет.
- Я видела ее несколько месяцев назад. Она очень изменилась, Ева. Это просто другой человек. Я не помню, чтобы Вильде была настолько меркантильной.
- Мне жаль, что она делает неправильный выбор. Она заслуживает лучшего.
- И это говорит человек, которому Вильде постоянно завидовала, - ухмильнулася Сана.
- Что ты имеешь в виду? - Ева откинулась на стул и сложила руки на груди.
- Тебя и Криса. Нуру и Уильяма, - Сана взмахнула рукой, словно говорила очевидные вещи. - То, что имеете вы, но никогда не будет иметь она. Любовь и верность.
Любовь и верность ...
Одно из крупнейших сокровищ и оно действительно принадлежит ей.
Принадлежит?
Божн, с головы до сих пор не выходят все эти слова, которые сегодня утром она наговорила Крису. Она не совсем это имела в виду.
Это не манипуляции, это забота. И маленькая коробочка с цветными носками могла бы растопить даже самое ледяное сердце.
А этот мужчина, который бросил все и поехал за ней, не думая о последствиях ...
Она знает, насколько сильно ей повезло. Почему тогда отталкивает это счастье?
- ... Если бы ты сказала ему прыгнуть, он бы прыгнул, - закончила Сана и Ева поняла, что пропустила полностью всю речь подруги.
- Что ты сказала? Извини.
- Ты сегодня не выспалась? - Сана подняла брови. - Я сказала, что Шистад больной тобой и нет ничего, что бы он для тебя не сделал. Не всем так везет, Ева. В Вильде этого нет, потому что она не умеет это ценить. А ты это другая история. Разве есть хоть что-то, в чем ты бы его не поддержала? Разве есть хоть что-то, в чем он тебе отказал бы?
Нет.
Нет, нету ...
* - James Bay - When We Were On Fire