26.
My heart and my soul...
- Оранжевый, желтый или зеленый? - спросила Ева и подняла голову на Криса.
- Что? Извини, я задумался.
Они уже двадцать минут сидели в женской консультации и ждали пока их позовут. Повсюду все эти плакаты с маленькими детьми и рисунками матки.
Никогда не думал, что окажется в таком месте.
Вокруг еще несколько семейных пар, гораздо старше них. Они не так сильно волнуются, мужчины расслаблены.
А вот он так не может. Нету еще никакого опыта в этом. Нет никакой уверенности, что с этим ребенком все будет хорошо.
А он так хочет, чтобы такое утро, как сегодня были всегда. Хочет рассматривать ее, пока она рассматривает свой еще невидимый животик. Уже больше месяца малыш живет у нее под сердцем. И она никак не может дождаться того дня, когда они встретятся.
- Я превращусь в футбольный мяч.
Ева стояла у большого зеркала, где могла разглядеть себя во весь рост. Шорты низко сидят на бедрах, а майка задрана вверх, обнажая живот.
- Ты будешь волшебным футбольным мячом.
Крис отложил в сторону свой мобильный телефон и поднявшись с постели, подошел к жене.
Она надула губки и сморщила лоб.
- Это шутка, - он поцеловал ее в щеку. - Ты будешь роскошно выглядеть.
- Ты всегда так говоришь.
- Просто я самый удачливый засранец в этом мире. Моя жена всегда выглядит роскошно.
- Не подлизывайся.
- Я еще даже не начинал.
Крис поцеловал ее шею и положив руки на обнаженный живот, притянул ее ближе.
- Я хочу, чтобы твой животик начал расти.
- Ты будешь меня любить, когда я растолстею?
Он рассмеялся.
- Любимая, мое сердце, душа и мысли. Все принадлежит тебе. Как ты можешь такое спрашивать?
- Просто хочу убедиться.
- Я убью за тебя, - он поцеловал ее ключицу. - Я умру за тебя. Я с себя кожу сниму, если придется.
Он повернул ее лицом к себе и крепко прижал к своей груди, обнимая.
- Никогда не сомневайся в силе моей любви.
- Я говорила о цвете детской комнаты, - Ева улыбнулась. - У меня уже голова кругом идет. Я никак не могу выбрать.
- А какие у нас варианты? - Крис оставил поцелуй на ее лбу и привлек к себе поближе.
- Поскольку мы не знаем, кто у нас родится, нужно выбрать что-то нейтральное. Я много читала о влиянии цветов ...
- Ну конечно, - улыбнулся Крис и Ева легонько ударил его кулаком по груди.
Она всегда обо всем читала.
- Так вот. Я много читала о влиянии цветов и психологи говорят, что это важно.
- Согласен с ними, - он наклонился ниже и оперся подбородком на голову.
- Желтый отвечает за бодрость и позитив. Зеленый успокаивает. Голубой уменьшает агрессию. Но если у нас родится дочь, то я не хочу, чтобы у нее была голубая комната.
- А какую ты хочешь для дочери?
- Сиреневую или розовую. Но это не вариант, лучше уж синяя комната для девочки, чем розовая для мальчика, - поморщилась Ева и Крис улыбнулся.
Беременность делает ее такой забавной.
- Мне нравится оранжевый, - Крис ткнул пальцем на маленький оранжевый квадратик в небольшом блокноте жены.
- Оранжевый отвечает за уверенность в себе и за взаимодействие с другими детьми. Это хороший цвет, - Ева перевернула блокнок в сторону Криса, показывая четыре различных цвета оранжевого.
- Есть махагоновый оттенок, - она ткнула пальцем на красно-коричневый квадратик. - Есть персиковый. Это что-то между желтым и розовым. Есть оранжевый. Такой как мандарин. - Теперь показала на желто-красный квадратик, который больше всего напоминал Крису старый добрый оранжевый. - А еще есть цвет манго.
- Любимая, я понятия не имею, о чем ты говоришь. Для меня оранжевый это просто оранжевый. Как апельсин, - Ева улыбнулась и замотала головой. - Я не люблю все так усложнять.
- А еще есть красный. Наша соседка с третьего этажа делала детскую красной. Но мне кажется, это слишком агрессивный цвет.
- Мне не нравится красный, - он собрал ее рыжие волосы и перекинул через одно плечо, обнажая для себя участок кожи. А потом оставил быстрый поцелуй возле уха и несколько секунд просто наслаждался запахом ее кожи.
Персик.
Черт. Так божественно.
- Я хочу мидии, - с закрытыми глазами сказала Ева.
- Почему ты не сказала раньше?
- Я только что их захотела.
Крис улыбнулся и отодвинувшись немного назад, поцеловал ее скулу. Он обожал оставлять такие быстрые поцелуи. Мог бы целовать ее тело круглосуточно. Двадцать четири часа в сутки, семь дней в неделю без выходных.
Его раздражало, что здесь так много людей в приемной. Ему хотелось снять с нее эту голубую блузку и засыпать поцелуями ее грудь.
А потом пройтись языком вдоль живота к маленькому пупкв.
Только этих мыслей уже достаточно, чтобы он стиснул зубы и боролся с желанием, положить на их кровать ее голое тело.
- Я куплю тебе мидии, когда мы выйдем отсюда, - он снова поцеловал ее в лоб.
- Я еще хочу грушу, - Ева задрала голову вверх и смотрела на него глазами маленького ребенка.
- Будет тебе груша, - он улыбнулся, когда она сильнее прижалась к мужу.
- Скажешь, когда будешь готова и я позвоню рабочим.
- Нет. Не нужно мастеров.
- Почему нет?
- Я хочу сама переделать комнату.
- Ты хочешь сама красить стены? - Крис поднял брови от удивления.
- Да. Это наш малыш. Я не хочу, чтобы его комнатой занимался кто-то чужой.
- Хорошо, я не против. Но я тебе помогу.
- У тебя будет время? У тебя же работа.
- А еще у меня беременная жена. И уже ни одна работа не имеет значения.
Она засияла.
- Спасибо.
- Ева Шистад, - из кабинета вышла молодая медсестра с синей планшеткой в руках.
- Это мы, - Ева поднялась из серого дивана и взяв сумку, зашла в кабинет, пока Крис придерживал ей дверь.
***
- Я бы хотел с вами поговорить, - тихо сказал Крис, после того, как Ева исчезла за ширмой, чтобы назад переодеться в одежду.
Сегодня они впервые слышали сердцебиение своего ребенка. Крис был настолько счастливым, что даже записал это на телефон и уже успел послать своему отцу.
Он постоянно держал ее за руку и не отрывал взгляд от маленького экранчика. А еще он раз сто поблагодарил ее за жизнь, которую она носила под сердцем.
Сердцебиение его ребенка было лучшим звуком во всем мире, а это мгновение, казалось, было самым важным.
Но знаете, бывает такой момент, когда червячок сомнения прокрадывается к вам в голову и начинает развивать паранойю? Именно такой червячок появился в его мыслях, когда Крис встречался взглядом с доктором Финли.
Она не смотрела ему в глаза. И улыбалась как-то не так.
Почти фальшиво.
И от этого было не по себе.
Он видел эту широкую улыбку на лице Евы и видел как горели горели ее глаза.
Она была счастлива.
Она, черт, возьми, уже в этот самый момент придумывала в своей прекрасной голове имя для этого малыша. Он уверен в этому. Слишком хорошо знает ее.
Черт, что не так ли?
Почему она молчит?
Почему она, черт побери, не говорим, что не так с их ребенком?
- Давайте выйдем в коридор, - доктор Финли показала рукой на дверь.
- Я должен знать все, - сказал Крис, когда они оказались лицом к лицу в пустом коридоре.
Он и дальше говорил тихо. Не хотел, чтобы Ева услышала.
- Не буду скрывать от вас правду, - доктор засунула руки в карманы своего белого халата. - В вашей жены большой риск выкидыша на раннем сроке беременности.
И уже в следующую секунду страх взял контроль над его телом.
Сердце забилось сильнее. Во рту стало сухо. А мысли были уже далеко.
Нет, нет, нет.
Они не могут опять потерять ребенка.
Она не переживет этого.
Черт, она не выдержит такого второй раз.
Он не может это позволить.
- Насколько высок этот шанс? - хриплым от волнения голосом спросил Крис.
- К сожалению, восемьдесят процентов из ста, что ваша жена, не родит этого ребенка.
Восемьдесят процентов из ста...
Восемьдесят процентов ...
Восемьдесят ...
Боже.
Этого не может быть.
Это какая-то шутка?
Боже, скажите, что это просто очень неудачная шутка.
- Черт, - выругался он и резко развернувшись спиной к врачу, прошелся руками по волосам.
- Мне больно это говорить, но не слишком привязывайтесь к этому ребенку.
- Вы хоть понимаете, что вы говорите? - Крис снова резко повернулся на 180 градусов и сделал широкий шаг вперед.
Эта женщина и понятия не имела, что она только что сказала.
- Это мой ребенок. Мой. - Если бы он мог ломать стены, он бы ломал. Но там, в кабинете, его Ева и он должен защитить ее.
Должен защитить от всего этого дерьмового мира.
- Я уже люблю его всем сердцем. А вы говорите, что я могу потерять его ... Опять ...
- Мне жаль.
Женщина опустила голову.
- Простите. Я не должен вас срываться, - Крис сделал шаг назад и снова прошелся рукой по волосам.
Пытался овладеть собой.
- Возможно как-то избежать этого? Положить ее на сохранение?
- Мы не можем держать ее четыре месяца в клинике. Это будет еще больший стресс для нее и еще выше шансы потерять ребенка. Поймите, здесь не все зависит на постоянном контроле и уходе. Это все ее организм. Он отвергает нечто чуждое, что растет в ней. Не воспринимает.
- Я не хочу волновать ее.
- Просто будьте рядом. У нее есть шансы родить этого ребенка и все, что ей надо, это ощущение безопасности и покоя.
- Я все сделаю.
- Я знаю, - улыбнулась доктор Финли.
Как?
Как ему быть и что делать?
Как защитить самых родных?
Господи, он слышал сердцебиение своего ребенка.
Это все реально. Он может стать отцом. Уже через восемь месяцев он сможет взять на руки своего сына или дочь.
Это все реально. Это не сон.
Это все так реально ...
Он не может потерять это.
Боже, нет.
Как ему защитить их?
Мои родные. Мое сердце и моя душа.
Привет, мои хорошие)
Простите за такую задержку (
Как вы? Как вам новая глава?
Люблю вас <3
Ваша FlorrieC.