10.
Soul shine
You must've been so tired
Don't cry
I must've been so blind
Oh you know when you're alone
I'm holding on, and on, and on, and on
Oh you know when you're alone
And I'm holding on, and on, and on, and on
I'm holding on to your soul *
- Мистер Шистад.
В зал для переговоров зашел молодой парень.
Дэйв. Его ассистент. Очень толковый парень, за исключением тех моментов, когда появляется совсем не вовремя.
Крис как раз сидел на своем привычном месте. Там, где всегда сидит глава компании.
На стене напротив автоматически переключались слайды. Какая-то слишком важна презентация о преимуществах какого-то в будущем очень популярного smart гаджета.
Молодой мужчина в черном костюме, который все время нервно поправляет свои очки и каждую секунду проверяет слайды, надеется, что Крис станет их инвестиром.
На самом деле, в помещении довольно душно, поэтому неизвестно почему этот мужчина не хочет снять свой пиджак. Сегодня предпочитает стекать семью потами.
- Дэйв, я же просил меня не беспокоить, - низким и к чертовски недовольным голосом сказал Крис.
Он сегодня был крайнее раздражительным. Неудивительно, что все сотрудники на цыпочках около него ходят.
Он был таким злым. И на Еву, и на себя, и на всех вокруг.
Он сегодня постоянно мерил кабинет шагами.
- Я очень извиняюсь ... - осторожно продолжил мужчина. - Но мне только что сообщили, что в клубе пожар.
- В каком клубе? - он резко поднял взгляд на своего подопечного.
- В вашем, сэр.
Все присутствующие сосредоточили взгляд на нем. Тишина и напряжение были такими заметными, что можно было резать вены.
Крис замотал головой, словно не веря.
Нет.
Нет.
Нет.
Там же Ева.
Он резко сорвался со своего места и плюнув на всех и на все, побежал на выход, оттолкнув Дэйва с дороги.
- Мистер ...
Он уже не слышал. Сердце билось так быстро, будто он уже пробежал десять километров без остановки.
Нет, нет, нет.
Черт побери, она в этом проклятом клубе.
Сбивая с ног всех, кто попадался на пути, он подошел к лифту. В секунду раз десять нажал на кнопку вызова.
Он полез руками в карман в поисках телефона.
- Черт!
Забыл.
Нет времени возвращаться.
Он должен добраться до нее.
Он немедленно, в эту же секунду должен добраться до нее.
Лифт до сих пор не приехал. Крис громко выругался и стукнул ладонью по металлической двери, которая никак не открывалась. Люди, которые стояли рядом, сделали шаг назад. Никто не хотел попасть под горячую руку Криса Шистада и оказаться на месте металлических дверей.
Он еще раз выругался и рванул в сторону лестницы.
Пятнадцать этажей.
Пятнадцать проклятых этажей.
Он должен добраться до нее. Немедленно.
Боже, Ева, только бы с тобой все было хорошо.
Он перепрыгивал через две ступеньки. Не замечал никого вокруг. И был впервые очень благодарен, что все в этом здании пользуются лифтом и ему не надо расталкивать медленные тела.
Еще шесть этажей.
Еще шесть этажей и он сядет в машину.
Еще шесть этажей и поедет на той скорости, которую сможет выжать из своего черного ауди.
Сердце бьется так, что в ушах стоит звон. Вся кровь собралась в голове и просто закипает.
Паника.
Его никогда в жизни не охватывала такая паника.
Боже, пусть с ней все будет хорошо.
Ева, его Ева всегда говорила ему считать, чтобы он мог успокоиться в тех ситуациях, когда нельзя паниковать.
Перед глазами появился ее образ в тот день, когда он должен был произносить свою первую в жизни речь.
Она была рядом.
Стояла напротив него на террасе роскошного отеля. Держала за руки. Такая прекрасная в лунном свете и в этом своем синем платье.
На пальце сверкало кольцо. Они уже неделю были женаты.
И она больше не была принцессой. Нет.
Она была его королевой.
- Считай до десяти, если сильно волнуешься. Это помогает.
- Этот мир не для меня. Все эти люди ...
- Ты справишься. Я буду там. Смотри на меня, я обещаю не сводить с тебя глаз. Я верю в тебя, Крис.
Раз.
Он спускается на стоянку и заводит машину, еще даже не успев закрыть дверь.
Два.
Мчится по трассе с бешеной скоростью.
Три.
Ему везет.
На перекрестке зеленый свет.
Четыре.
Он сильнее давит на газ и не обращает внимания на спидометр. Он получит с этой машины максимум.
Пять.
Ему просто надо к ней. Обнять маленькое тело и знать, что с ней все хорошо.
Шесть.
Он видит большую толпу и здание в пламени.
Боже. Это безумие.
Семь.
Он бросает машину на дороге и бежит в толпу. Расталкивает людей, проклиная все на свете.
Эти проклятые зеваки везде.
Восемь.
Он видит желтую ленту. Просто впереди.
Отталкивая какого-то мужика, пролезает под лентой.
Девять.
Полисмен хватает его за локоть. Говорит, что сюда нельзя.
Он вырывается.
Десять.
Он стоит посреди всего этого безумия и пытается найти такую знакомую рыжую голову. Полисмен дальше хватает его за руку и постоянно что-то повторяет.
Я досчитал, Ева. Досчитал и мне не помогло.
Я не успокоюсь, пока ты не будешь в моих руках.
- Сэр, вам нельзя здесь быть, - резко повернув Криса на себя, повторил полицейский.
- Это мой клуб! - рыкнул Крис и вырвал свой локоть.
Он отвернулся от мужчины в форме и искал дальше.
Где же ты?
Две пожарные машины. Три скорой помощи. Десятки людей. И здание, которое в любую секунду могло просто рассыпаться.
- Вы не видели рыжеволосой девушки? - он повернулся к женщине, которая стояла рядом.
Нет, она не видела.
Он побежал дальше.
Спрашивал у всех, кто попадался под руки.
Здесь была рыжеволосая девушка?
Вы не видели рыжеволосую девушку?
Рыжеволосая девушка ...
Вы не видели ...
Я извиняюсь ...
Рыжеволосая девушка ...
Повсюду дым, слезы и крики. А он бежит как сумасшедший и заглядывает в лицо каждой женщины, которая хотя бы отдаленно похожа на его Еву.
Нет, на Еву не похожа одна.
Ни одна женщина в этой Вселенной. И не важно сколько еще существует миров, и неважно сколько еще крутится планет.
Она единственная.
- Элиот!
Увидев в толпе растерянного бармена, Крис понесся в его сторону.
- Элиот, где Ева?
- Я ... Я не знаю.
Парень постоянно оглядывался. Боялся, что огонь таки догонит его.
- Она была здесь во время пожара. Элиот?
Он не реагировал. В глазах страх. Тело дрожит, будто от холода.
- Отвечай! - Крис резко потряс его за плечи.
- Она попросила ключи, - начал Элиот. Он никак не мог сфокусировать свой взгляд на начальнике.
- От комнаты ... Ей было не хорошо ... За живот держалась ... Бледная ... Сказала, что будет ждать Лейта в комнате ...
- После этого ты ее видел?
Элиот замотал головой.
Черт.
Черт.
Черт.
Крис бросился в здание.
Что если она до сих пор в середине? Что если она не вышла?
Он бросится в этот проклятый огонь и вытащит ее.
Умрет, но вытащит.
- Сэр!
Пожарный перехватил его.
- Сэр, туда нельзя!
Крис вырвал свою руку. Не слышал и не видел ничего.
- Сэр!
Его снова поймали. Теперь их было двое. Пожарные перегородили ему дорогу и крепко держали за плечи. А он бесился.
Бесился от каждой секунды, когда не видел ее.
Крис был хуже разъяренного быка, перед которым махали красной тканью.
- Там моя жена!
- Сэр ...
- Пустите меня! Я должен вытащить ее!
- Сэр, как выглядит ваша жена?
К ним подошел еще полицейский и медсестра со скорой.
- Рыжеволосая. Не высокая. У нее вьющиеся средней длины волосы...
Он говорил и задыхался.
А секунды бежали ...
- Бармен сказал, что она была на втором этаже, в комнате ...
- Успокойтесь, сэр, - один из пожарных положил ему руку на плечо. - Ваша жена жива. Мы вытащили ее несколько минут назад.
Пожарный показал в сторону машины скорой помощи. Рядом, на каталке, лежало тело молодой девушки.
Ева. Его Ева.
Он бросился туда. Не обращал внимания на женщину в белой форме.
Она что-то ему кричала. Махала руками и снова кричала.
Он едва удержался, чтобы не упасть на колени рядом с каталкой.
Ева была без сознания. На теле единичные ожоги. Одежда вся грязная и лицо в саже.
Он взял ее за руку и поцеловал костяшки пальцев.
Слава Богу, ты жива. Слава Богу...
- Сэр, вы мешаете. Отойдите, пожалуйста, - та самая женщина в белой форме положила ему руку на плечо.
- Что с ней?
Он не отрывал от нее взгляд.
Пожалуйста, открой глаза.
Умоляю, открой глаза.
- Сэр, отойдите ...
- Что с ней? - рыкнул Крис и наконец поднял взгляд на врача.
- Отравление дымом. Ее нужно отвезти в больницу на обследование.
- Я еду с вами.
- Я прошу прощения, сэр, но ехать могут только близкие.
- Я ее муж.
Женщина в белой форме кивнула и надев ей на лицо кислородную маску, махнула рукой санитару. Они вместе переместили каталку в машину скорой помощи.
Всю дорогу он не отпускал ее руку. Гладил волосы, пока в ее тело вставляли иглы.
Надеюсь, ты не чувствуешь сейчас боли.
Он постоянно что-то тихо шептал ей в руку, которую не отпускал ни на секунду.
Моя маленькая.
Я люблю тебя.
Я здесь. Я рядом.
Моя сильная девочка...
***
Он ходил по кругу в шумном коридоре больницы. Так много людей пострадало сегодня вечером.
И он первый раз ненавидел этот клуб, ненавидел, что Babylon стал настолько популярным. То, что приносило хорошую прибыль и удовлетворяло его эго, сегодня чуть не отняло жизнь около сотни человек.
Лучше бы он не покупал эту проклятую землю.
Лучше бы он ни строил Babylon.
Лучше бы он не раскручивал его.
Лучше это было бы Богом забытое место.
Тогда все эти люди были бы в порядке. Они бы не пострадали в месте, в котором он гарантировал им безопасность.
И Ева.
Его любимая Ева.
Если бы ему вырвали сердце и бросили в огонь, ему бы меньше болело.
Он присел на стул и поставив локти на колени, уперся лицом в ладони. Перед глазами до сих пор было она. Вся в саже с закрытыми глазами. На руках ожоги.
Он знает, останутся шрамы. И он будет каждый день на коленях целовать эти шрамы, чтобы вымолить прощения за то, что его не было рядом.
"Пожалуйста, помоги. Здесь пожар"
Уже тысячу раз перечитал это сообщение после того, как Лейт привез ему его телефон. И был готов наброситься на каждого на том чертовом совещании директоров. Разорвать их на куски и бросить об стену.
За то, что отвлекли его.
За то, что все происходило в такой спешке ...
Он забыл телефон в кабинете.
Она звонила ему. Ей было страшно и она звонила ему, чтобы он защитил.
Крис представляет, как его черный Iphone вибрирует на деревянном столе. Рядом пустая чашка, в которой было холодное кофе. Она звонит и звонит, а он не отвечает. Потому что в кабинете темно и пусто.
А он на чертовом совете директоров!
Каждый мускул в его теле был настолько напряжен, что с каждой последующей минутой ожидания, ему казалось, что он взорветься.
Сколько можно ее обследовать, черт побери!
Еще минута и он разнесет эту больницу к чертовой матери.
Наконец-то дверь открылась и к нему вышел седой врач. Несмотря на седину, ему было не больше пятидесяти лет.
Крис поднялся на ноги и обратил внимание на бейджик на белом халате.
Доктор Брейли.
- С вашей женой все в порядке. Мы привели ее в чувство, - доктор Брейли положил руку на плечо Криса.
Пытался таким жестом успокоить парня, у которого до сих пор тряслись руки.
- У нее отравление дымом, несколько ожогов и шок. В последующие дни нужна тишина и забота.
Крис внимательно вслушивался в каждое слово и постоянно кивал. Он не отойдет от нее.
Больше ни на шаг.
- С ребенком тоже все хорошо. Нам удалось его спасти, - дав парню возможность переварить информацию, продолжил врач.
- Что вы сказали? - Крис замер. Сердце начало биться быстрее.
- Ваш ребенок ... - доктор Брейли похлопал парня по плечу. - Ваша жена беременна.
И все завертелось еще быстрее.
Ваша жена беременна.
Ваша жена беременна.
Беременная...
Он станет папой?
В них действительно будет ребенок?
Мысли бегали с такой скоростью, что это причиняло боль. Он просто стоял посреди больничного коридора, смотрел куда-то мимо врача и молчал.
"Я не могу иметь детей!"
Она кричала это ему сегодня утром.
- Мистер Шистад, это не мое дело, - доктор Брейли вывел его из ступора и Крис полностью постарался сосредоточиться на мужчине в белом халате. - Но ваша жена попросила меня рассказать о беременности. Я не знаю, какие у вас отношения, но миссис Шистад боялась вам сообщить об этом самостоятельно.
И теперь все завертелось еще быстрее.
К нему только только дошло.
Она боялась.
Она боялась, что он разозлится?
Неужели она могла подумать, что он может сделать ей больно?
Боже.
Он так сильно разозлился.
Хотелось оттолкнуть врача в сторону и ворвавшись в палату, накричать на нее. Просто кричать, пока она не поймет.
Он любит ее больше всего на свете. И все, что он говорил о детях ...
Это все такая глупость. Как они дошли до этого? Как он позволил ей бояться себя?
Он уже любит их ребенка не меньше, чем ее.
Боже, какой же он дурак.
Это его вина. Это все его вина.
Крис схватился за голову и подойдя к ближайшей стене, ударил ее кулаком.
Представлял, что бьет себя.
Шистад, ты подонок.
Ты заслуживаешь на боль.
Подонок!
Он еще дважды ударил стену кулаком и не собирался останавливаться, пока его не прервал крик медсестры. Он развернулся, вспомнил, что в больнице. И прямо сейчас, все взгляды были направлены в его сторону. Все врачи, медсестры, пациенты и посетители.
Шоу удалось, Шистад.
Давай, теперь иди к ней и окончательно запугай ту, которую любишь больше жизни.
Он снова схватился руками за голову и сполз по стене на пол. Его безумно раздражало, что все смотрели. Все они видели его слабость.
Хотелось рвать волосы на голове.
Она боялась сказать о беременности.
Она боялась...
- Мистер Шистад, - доктор Брейли подошел ближе.
- Не нужно, - коротко ответил Крис.
Он был очень благодарен врачу, что тот не стал его донимать. Брейли просто кивнул и пошел в сторону стойки, где работали медсестры.
Крис протер лицо руками и поднялся на ноги. Сердце еще безумно стучало, когда он тихо заходил в ее палату.
Слишком много всего за один день.
Его жена.
Его Ева лежала на кровати едва жива.
Она была настолько бледная, легко могла слиться с белой постелью. Ожоги на руках перебинтованные. В рыжих волосах до сих пор остались следы сажи. Когда они вернутся домой, он напустит в ванную горячей воды и сам помоет ее волосы.
Он присел на край кровати и взял ее холодную руку.
Из вены торчала игла. Под углом закреплена пластырем.
Капельница.
Он знал, как сильно она этого боится.
Она даже кровь из пальца спокойно сдать не может. Боится иголок.
Крис до сих пор не знал с чего начать, как заговорить. Может сразу падать перед ней на колени и просить прощения?
Господи, как они дошли к этому?
Она повернула лицо в его сторону и он увидел мокрые дорожки на щеках. И сердце разбилось на маленькие кусочки.
Он такой дурак.
Он не замечал.
Не понимал.
Не чувствовал.
Игнорировал?
Нет, не игнорировал. Он бы никогда не смог игнорировать ее боль.
Но это только его вина. Если бы не эта проклятая работа, он уже бы давно заметил, что что-то не так.
А сегодня утром?
В момент, когда он был ей больше всего нужен, он просто ушел. Сказал, что Лейт отвезет ее на работу.
Это была самая большая ошибка в его жизни, оставить ее в слезах в их же спальне.
Он должен был отменить всех и все.
Остановить эту планету.
И остаться с ней.
Держать в своих объятиях и обещать, что все будет хорошо.
Все будет хорошо...
"Умоляю.
Не отварачивайся от меня.
Ты мне нужен."
Ее слова эхом пронеслись в голове.
Крис вытер большим пальцем ее слезы и прикоснулся губами к ее лбу.
- Прости. Это все моя вина, - прошептал он.
- Нет. Нет, не твоя.
- Моя и только моя. Я должен оберегать тебя, защищать ...
- Ты всегда это делаешь ...
- Но не в этот раз, - резко прервал ее. И сделав двух выдох, продолжил спокойнее. - Этого не должно было случиться.
- Пожара или беременности?
Она снова отвернулась голову в противоположную сторону. Не хотела, чтобы он стирал ее слезы. Хотела, чтобы ей дали выплакаться.
- Даже не думай об этом. Ты меня слышала? - он быстро вытер глаза. Он тоже плакал. - Ева, посмотри на меня.
Она не реагировала.
- Пожалуста.
Крис нежно рукой повернул ее голову в свою сторону.
Она была как кукла. Так легко поддавалась.
Совсем без сил.
Его маленькая девочка.
Сильная девочка.
- Никогда ... - он проглотил слезы.
Он, черт побери, должен быть сильным. Должен быть мужчиной, а не размазней. Он нужен ей.
- Никогда не смей думать ... Не смей меня бояться ...
- Я тебя никогда не боялась.
- Моей реакции, Ева, - он нежно погладил ее по щеке. - Я люблю тебя. Ты для меня все. Вы для меня все.
Он переместил руку на ее живот. Срок еще маленький, никто бы и не заметил интересного положения.
- Неужели ты думала, что я буду злиться из-за беременности?
- Я ... - Боже, она уже устала плакать. Сколько же в ней слез было, что она никак не могла их выплакать?
- Ты говорил, что еще рано ... Я ... Ты говорил, что не хочешь ...
- Тшшш, - он погладил ее живот и поцеловал руку.
На ладони тоже был ожог. Небольшой.
Она пыталась открыть дверь ...
- Забудь все, что я говорил. И прости за все эти слова. Я был дураком. Вы ... вы самое ценное, что у меня есть.
- Крис ...
- Тшшш, не плачь, пожалуйста. Меня разрывает от твоих слез.
Он снова стер мокрые дорожки на ее щеках.
- Я думала, я умру, - Ева положила руку на все еще плоский живот.
- Когда я узнала о ребенке ... Мы могли умереть двое. И я, и он ... Или она.
Он мог потерять их двоих. В один вечер потерять самое дорогое, что было в его жизни.
Потерять весь свой мир.
Черт, он должен был быть там. Должен был быть с ней.
Должен был вытащить ее из той эту комнату.
Он даже представить не мог, как страшно ей было.
Когда-то Ева ему говорила, что две худшие смерти - это быть погребенной заживо и быть сожженной.
Как же страшно ей было.
Он должен был быть там.
С ними.
- Я так сильно хотела, чтобы ты пришел и вытащил меня.
- Прости. Прости. Прости.
Он целовал каждый открытый участок ее тела. Целовал и плакал.
Его родная.
Самая дорогая.
Его Ева.
* - RHODES - Your Soul