4.
Oh, you can't hear me cry
See my dreams all die *
- Бей, Крис! Бей!
Большой спортзал на тихой улице Лондона был совсем не похож на тот, где он когда-то выходил на ринг и был вынужден драться. На тот, где он давился собственной кровью и слышал, как ломаются ребра.
Здесь везде окна. Многа окон.
Солнечный свет делает это место комфортным и стирает все плохие воспоминания.
Когда он поднимает голову, то там, наверху, уже нет старой лампочки, которая постоянно мигает.
Ее, наверное, до сих пор не поменяли.
Груша для тренировок хорошо вычищена. На ней нет пятен крови.
И ночью это место просто закрывается.
Никаких подпольных боев. Никаких гнилых людей.
И больше никакой боли за деньги.
Ему как-то надо было справляться с прошлым, которое после арешта Джаспера, все чаще и чаще появлялось в его снах.
Да, он стал сильнее, но ...
Но он так отчаянно хотел забыть. Хотел просто стереть из памяти.
А все эти шрамы ... Они постоянно напоминали.
Был период, когда он не мог на себя смотреть. Не проходил мимо зеркала без одежды. Даже в душе порой мылся с закрытыми глазами.
А Ева ...
А Ева его любила.
Всего его.
Она любила каждый миллиметр его тела. Целовала каждый шрам.
И даже тогда, когда он выключал в комнате свет, она все равно находила его шрамы. Знала о них не хуже него.
Она тоже не могла забыть. Призраки прошлого преследовали. И если они не переехали бы в Лондон, может быть, никогда бы с ними не справились.
Ему нужно было как-то бороться с агрессией и эмоциями.
Ева купила абонемент в этот спортзал еще долгие три года назад. Это была рекомендация Дайаны. Она сказала, что Крису нужно выпускать пар. А он лучше всего умеет выпускать этот пар кулаками.
Она купила этот абонемент, хотя и знала, что он завязал с боксом.
В ту ночь, когда он в последний раз вышел на тот проклятый ринг, они лежали в его комнате. Уже давно было пять утра. А им не спалось.
- Я не хочу больше бокса в своей жизни. Я ... Я раньше никогда не проигрывал, Ева. Господи, если бы ты знала, сколько боли я причинил другим, ты бы ...
- Неважно, что было в прошлом, я бы не бросила тебя. Я люблю тебя, Крис.
- А я не заслужил ...
- Не говори так.
- Это правда. Ты заслуживаешь лучшего ... Если бы я не был таким эгоистичным ...
- Не надо, пожалуйста.
- Если бы я не был таким эгоистичным, я бы отпустил тебя и дал бы возможность тому, кто может дать тебе то, на что ты заслуживаешь.
- Крис ...
- Но правда в том, что я слишком сильно тебя люблю, Мун. И я сделаю все возможное, чтобы бросить весь мир к твоим ногам.
- Крис ...
- Я обещаю.
Потом он поцеловал ее в лоб.
Она видела слезы в его глазах. Он стеснялся их.
Сильные не плачут. Правда?
В ту ночь она сказала, чтобы он не боялся плакать при ней.
Ведь на самом деле слабые люди не плачут. Им просто нечего оплакивать.
А он был сильным. Самым сильным из всех, кого она знала.
- Давай, Крис, покажи на что ты способен.
Он зарычал и начал интенсивнее наносить удары.
Картер, его тренер, выставил руки вперед, блокируя все удары.
- Еще. Я хочу еще злости.
Пот стекал по лицу. Волосы мокрые, футболка тоже, а руки болят так, будто он бьет по каменной стене.
Но он дальше наносит удары. Сильнее. Более интенсивные. С большей злостью. Как и хочет его тренер.
Почему-то ему становится легче, когда он причиняет боль себе. Странно.
Он не садомазохист. Нет.
Просто болью он вытесняет другие мысли. Освобождается и отгораживается от всего хоть на час.
- Молодец, парень, молодец.
В такие моменты он был полностью свободным. Полностью свободным от эмоций.
Только здесь он мог позволить своей злости выйти наружу.
Здесь он не боялся, что может зделать кому-то больно.
- Думаю, на сегодня хватит, - Картер бросил ему бутылку с водой.
Крис снял с рук синие боксерские перчатки и сбросил мокрую футболку.
- Когда придешь в следующий раз? Пятница?
Они спустились с ринга и Крис забросил футболку себе на плечо.
- В пятницу я не смогу. Идем с Евой на открытие выставки современного искусства.
Он взял со скамейки свое полотенце и вытер пот с лица.
- Тогда жду тебя на выходных, - Картер похлопал его по плечу.
- Буду здесь в субботу.
***
Небольшой французский ресторанчик с видом на Темзу был их любимым местом.
Они уже сделали заказ и ждали на свой любимый жульен с курицей и грибами. Кажется, эти две дамы больше ничем и не питались.
Нура вытащила из сумки маленькое зеркальце и поправила свою красную помаду.
Все внимание Евы в том время было приковано к семье, которая сидела за соседним столиком.
Она вспомнила свой вчерашних поход к врачу. Невольно приложила руку к животу.
Никого. Под ее сердцем нет никого.
Отец сидел в расстегнутом пиджаке и тихо говорил по телефону. Наверное, решал какие-то важные бизнес вопросы.
В правой руке он крутил куклу Барби в розовом платье и во время переговоров он ни на секунду не отрывал свой взгляд от маленькой дочери, которая сидела напротив. Девочка лет четырех, не более, была одета в такое же розовое платье, как и ее кукла.
Смакуя шоколадный пудинг, она улыбалась отцу, демонстрируя жидкие молочные зубы. Пудинг с ложки упал девочке на колени, где было предусмотрительно положено белое полотенце.
Женщина с длинными светлыми платиновым волосами в блузке сиреневого цвета, нежно улыбнулась и вытерла салфеткой уголки рта дочери. Маленькая была уже чуть ли не полностью в шоколаде.
Это была счастливая семья. И они были хорошими родителями. Это сразу бросалось в глаза.
И она невольно задумалась.
А они с Крисом тоже будут хорошими родителями?
В последнее время она слишком часто об этом задумывалась.
Но была точно уверена. Крис станет замечательным отцом.
Однажды...
Как-то раз Еве приснился сон. Где-то около двух месяцев назад.
Она сидит на клетчатом пледе, почти у самой Темзы. Вокруг сплошной шум, куча щасливих семей с детьми выбрались на воскресный пикник.
Она в белом льняном платье, читает книгу. Ноги босые, рыжие волосы поднятые в высокий хвост.
Она слышит смех.
Ее любимый смех.
Поднимает голову и видит, как к ней идет ее любимый мужчина.
На нем легкие кофейные брюки и белая рубашка с коротким рукавом. А на плечах маленький темноволосый мальчик. Где-то года три.
Машет ей маленькими ручками. А она машет в ответ.
Их чудо.
Тогда она проснулась посреди ночи и поняв, что это только сон, заплакала. Она закрылась в ванной и свернувшись калачиком на холодной плитке, душила в себе слезы.
- Эй, ты где летаешь? - Нура щолкнула пальцами и Ева мгновенно оторвала взгляд от счастливой семьи.
- Извини, я задумалась.
Ева подсунула ближе свой Апероль, который ей уже, наверное, несколько минут назад принес официант.
Она и не заметила.
- Ты в последнее время сама не своя.
- Устала. Все этот переезд, я не думала, что это так утомительно, - она сделала глоток своего коктейля.
- Ты мне тут лапшу на уши не вешай. Я слишком долго тебя знаю, чтобы в это поверить.
- Это правда.
- Ева, рассказывай. Что происходит на самом деле?
Они замолчали на несколько секунд, когда пришел официант и поставил перед ними две тарелки с жульеном.
- Я хочу ребенка.
- Вау, - протянула Нура и невольно сделала губы трубочкой.
Это был ее особый жест, когда ее что-то удивляло. - Неожиданно.
- Не совсем. Я просто молчала.
- Ты хочешь ребенка, - начала блондинка. - У тебя есть муж. С сексом, насколько я знаю, у вас проблем нету. И плюс ко всему, вы уже два года женаты. Так в чем проблема?
- Крис не хочет, - тихо сказала Ева.
Так тихо, как будто выдавала чужую самую большую тайну.
- Детей?
- Да.
- Я не понимаю, - Нура покачала головой. - Вы любите друг друга. Он за тобой уже шесть лет, как преданная собачка, бегает.
Ева как раз хотела возразить. Крис не преданная собачка. Он мужчина.
Настоящий, сильный, верный мужчина.
Отнюдь не ее собачка.
- Стоп, - Нура вытянула руку вперед, прерывая еще не начатые оправдания Евы. - Я не то имела в виду. Он не собачка.
Ева кивнула в знак благодарности.
- Он восемь месяцев ходил за тобой по следам и предлагал выйти замуж. Черт, я не знаю, кто еще столько предложений за всю свою жизнь услышал, как ты за восемь месяцев.
- Нура - Ева легонько улыбнулась, прерывая монолог. - Он хотел на мне жениться.
- Нууу.
- А бракосочетания и дети, это, как оказалось, разные вещи.
Нура откинулась на спинку стула и сфокусировала свой взгляд на подруге.
Когда она думала, что Ева чего-то недоговаривает, она даже и представить не могла, насколько это все масштабно.
А она думала, что ее подруга абсолютно счастлива.
Они с Крисом никогда не выносили сор из избы, как говорится. Все скандалы, споры и претензии решались в их спальне. Не было в них привычки начинать шоу на людях. Даже если эти люди - их лучшие друзья.
Они держались за руки. Целовались на людях.
Ходили на свидание. Ну хорошо, это не совсем были свидания, но не суть. Они проводили время вдвоем.
Уважали друг друга и всегда поддерживали.
Разве это не счастливая семья?
Она смотрит на свою лучшую подругу.
Рыжие волосы, которые доходили до груди, сегодня были собраны в высокий хвост.
На ней молочная шелковая блузка с длинным рукавом и темно-зеленая юбка-футляр, которая полностью закрывала ее колени. Черные туфли лодочки и красная помада на губах.
Все так, как и обычно.
Однако ...
Без блеска в глазах.
Она уже не светилась так, как еще шесть месяцев назад. Взгляд уже не был похож на взгляд 23-летней девушки. Это был взгляд взрослой женщины.
И это пугало.
-В любом случае, ты не забеременеешь, пока пьешь таблетки, - после нескольких минут абсолютной тишины за их столиком, констатировала факт Нура.
- Я не пью таблетки.
- Что?
- Я не пью таблетки, Нура. У нас с Крисом уже почти полгода незащищенный секс, - Ева опустила голову смотря на апельсин в своем Апероль Шприц, который она уже раздавила трубочкой так, будто его уже кто-то ел.
- И я до сих пор не беременна.
- Ты ходила к врачу?
- Я уже столько всего перепробовала, Нура, - она заговорила тихо, голос дрожал. - Они говорят, что со мной все хорошо. Они не знают, почему я не могу забеременеть.
- Крису нужно пройти обследование. Проблема может быть в нем.
- А если нет? - это было немного резко, но никто не мог ее в этом винить.
Нура наблюдала, как по щекам ее подруги начинают капать слезы.
Господи, она уже научилась плакать тихо.
Чтобы никто не слышал.
Чтобы никто не знал.
- Ты все это время держишь все в себе?
Ева промолчала. Просто вытерла ладонью соленые слезы. Ей и не надо было отвечать.
Конечно, все в себе. Она никому не рассказывала.
Прекрасно знала, что разговор с Крисом приведет к скандалу.
А с Нурой ...
А перед Нурой просто было почему-то стыдно.
- Ева ... - блондинка буквально выдохнула ее имя и накрыла руку подруги своей.
Сколько же всего произошло с этой молодой женщиной, а никто и не замечал.
Она, ее лучшая подруга, она была должна быть рядом. Все эти шесть месяцев, Нура должна была ее поддерживать.
Ева настолько сильно хотела ребенка, что пошла на обман. Обман мужа.
Мужа, которому два года назад давала клятву под аркой из белых пион.
Мужа, который был самым близким для нее человеком.
Как ей было?
Как она засыпала каждую ночь в его объятиях, держа такой секрет? Плакала ли она, закрывая рот рукой, чтобы только он не услышал?
Видел ли он ту боль, которую она держала в себе?
Чувствовал ли фальшивые улыбки за ужином?
Его жена ломалась, как спичка. Видел ли он это?
* - Ben Clocks - So cold
Привет, мои хорошие)
Два раздела назад одна девочка раскусила меня) Поняла, вокруг чего будет строиться сюжет)
Да, Ева не может забеременеть.
Но я очень не хочу сделать из этого какую-то банальную историю на Wattpad.
Я большое внимание стараюсь уделять эмоциям персонажей. Именно тем эмоциям, которые они не показывают. Потому что то, о чем мы молчим, оно самое важное.
В сюжет заложено реальную историю реальных людей.
Когда я этим летом впервые услышала о том, что происходит в жизни этой пары, я всю ночь проплакала.
Это очень несправедливо, когда одни хорошие люди не могут иметь детей. А другие безответственные женщины делают аборты.
Это для меня очень больная тема и я частично хочу поднять ее в Kingdom Fall.
Кстати, название выбрано отнюдь не случайно.
Все мы живем в своем маленьком королевстве, где мы полностью счастливы. И нам кажется, что мы можем пойти против всего мира, выстоять в самой жестокой борьбе.
А потом вдруг что-то обрывается.
И все. Наше королевство падает.
Я надеюсь, что вы наслаждаетесь этой историей.
Люблю вас <3
Ваша FlorrieC.