Контратака

Глава 11. Я молю тебя, прими меня в ученики.
После разрыва, это была их четвертая встреча, она должна была пройти на пустыре, где на данный момент велись строительные работы. На территории в несколько тысяч акров земли, невозможно было найти или увидеть ни одной плитки или кирпича. Ю Е намеренно выбрала участок полностью зацементированной земли, чтобы быть уверенной, что спустя четыре недели У Ци Цюн не воспользуется ими и не выломает ничего вокруг, и у него просто не будет ни единого шанса, чтобы найти место для хранения кирпичей или плитки. Все было спланировано идеально
Наконец У Ци Цюн появился в поле её зрения.
К назначенному времени У Ци Цюн шел на эту встречу с эмоциями, кардинально отличающихся от предыдущих.
У Ци Цюн психологически был полностью готов и хотя сердце вопреки всему дернулось, увидев прекрасное лицо Ю Е, он больше не хотел быть импульсивным и рисковать своей жизнью ради нее. И если Ю Е снова желает расстаться с ним, У Ци Цюн вероятней всего согласится.
- Я ушел с работы на государственном предприятии и планирую начать свой собственный бизнес.
Смена имиджа, была своего рода подвигом, но он не только не получил одобрение от Ю Е, а наоборот, спровоцировал новую волну ругательств:
- Ты совсем долбанулся? Так трудно сейчас найти работу, а ты взял и просто уволился? Со своим маленьким интеллектом захотел начать свой бизнес? Ты захотел совсем обанкротиться!! Быстро вернулся обратно в компанию, ты в этой жизни всего лишь мелкий клерк, и, уволившись из компании, ты не сможешь даже сам кормить себя!
У слышав всю эту речь Ю Е, У Ци Цюн полностью потерял надежду.
У Ци Цюн стоял совершенно прямо, руки в карманах, в его взгляде уже не было как прежде нежности и страсти. В данный момент в них светилось немного терпения и упорства.

- Ю Е скажи мне уже прямо, расстаемся мы или нет?
Это был первый раз, когда Ю Е услышала от У Ци Цюн, как он заговорил с ней таким холодным и спокойным тоном, Ю Е была совсем поражена новизной этого.
Она привстала на цыпочках, немного покачивая бедрами, направилась к У Ци Цюну. Ю Е рыскала по всему телу У Ци Цюн, начиная с головы и заканчивая пятками, даже заставила снять носки и обувь, чтобы убедиться, что он не припрятал там кирпич, ее глаза горели, как никогда до этого
- Минуту, я не верю в это, У Ци Цюн, это уловка!
Он не знал, может быть это уже была своего рода аллергия на слово «разрыв», но в голове У Со Вэя в очередной раз произошел сдвиг.
Он достал свой сотовый телефон, набрал номер и произнес:
- Давай.
И тут перед глазами изумленной Ю Е появился скутер, направлявшийся в их сторону. В тот момент, когда мальчик, сидящий на скутере, поравнялся рядом с ними и остановился возле обочины, оказавшись рядом с ними, мальчик нажал на тормоз, быстро достал из корзины кирпич и бросил его У Ци Цюну.
После того, как У Ци Цюн спокойно поймал этот кирпич, он похлопал мальчика по плечу и просто произнес:
- Спасибо!
Мальчик быстро развернулся и тут же уехал.
У Ци Цюн тут же разбил кирпич о свою голову, но это уже не было как попытка самоубийства, а скорее, как трюк.
От этого удара, на голове У Ци Цюна появилось лишь несколько капель крови. У Ци Цюн даже не удосужился прикрыть ее ладонью, просто выбросил кирпич в сторону, развернулся и ушел.
Ю Е замерла от шока как вкопанная.
У Ци Цюн, подходя к клинике Цзян Сяо Шуая, вдруг начал сомневаться, в его сердце звучало миллион вопросов:
- Нужно ли идти? Будет ли он ругать меня?
Пока У Ци Цюн предавался своим беспокойным размышлениям, Цзян Сло Шуай увидел его и встретил очень тепло. Он подбежал к нему, подобно рыси, быстро и грациозно, и помог зайти внутрь клиники.
- У Ци Цюн, ты так долго не появлялся здесь, что я подумал, что ты попал в беду!
Почему было так неловко слышать эти слова?
У Ци Цюн действительно не приходил некоторое время и после того, как он подал в отставку, он не появлялся у Цзян Сяо Шуая, а решил заняться самолечением.

В этот раз У Ци Цюн пришел в клинику, как будто уже по привычке, как будто без этого программа по «разбиванию» кирпичей, считалась незаконченной.
- Теперь, дай мне пожалуйста какие-нибудь лекарства, я бросил работу и теперь у меня тяжелая ситуация с деньгами.
Цзян Сяо Шуай посмотрел на У Ци Цюна, в его голосе сквозило разочарование, а во взгляде таилась печаль:
- Ты действительно бросил работу ради нее?
- Не совсем.
Цзян Сяо Шуай смотрел прямо в глаза У Ци Цюн, в его большие распахнутые глаза, в которых как вывеска светилась надпись «меня надо пожалеть», доктор почувствовал дикое смущение. Он использовал соляной раствор, чтобы продезинфицировать рану и начал тщательно изучать ее:
- На этот раз даже не надо тратить никакие лекарства, через два-три дня она заживет сама.
У Ци Цюн с озадаченным выражением лица посмотрел на Цзян Сяо Шуая:
- Ты считаешь, что с моей головой что-то не то? В этот раз я бил кирпичом со всей силы, однако после того, как я это сделал, на финишной прямой я не ощутил ни чувства боли, ни головокружения.
Цзян Сяо Шуай вдруг схватил руку У Ци Цюна и приложил ее ко лбу, и посмотрев ему в глаза произнес:
- Почувствуй, твою мать, твой лоб, по сравнению с кирпичом он, все же, будет покрепче.
У Ци Цюн, услышав такое от доктора, дважды весело хихикнул.
Цзян Сяо Шуай посмотрел и подумал, что с улыбкой на лице У Ци Цюн выглядел, так , как если бы ему было очень комфортно.
- Я, очень надеюсь, что для тебя и твоего сердца,а также для твоей головы период восстановления будет все короче и короче, а способность сопротивления ударам, будет все более и более сильной.И, наконец, когда она станет полностью прочной, ничто не сможет ее повредить и не заставит тебя потерпеть неудачу, - произнеся такую длинную речь, доктор ни разу не прервал зрительного контакта с У Ци Цюном, а голос был полон поддержки.
У Ци Цюн вдруг обнаружил, что случайно сказанные слова Цзян Сяо Шуаем, достигли цели и заставили его сердце биться быстрее.
- Сяо Шуай, я глупый, да? Мой интеллект очень низкий?
- Твой интеллект не низкий, у тебя просто низкая коммуникабельность. - Просто ответил Сяо Шуай.
У Ци Цюн снова спросил: - Вот почему ты такой умный, а? Почему, я не могу рассматривать вещи так тщательно?
Цзян Сяо Шуай с изяществом махнул рукавами своего белого лабораторного халата, создал небольшой вихрь, как будто в танеце.
- Меня обманывало очень много людей. - Заметил доктор.
- Ты тоже страдал от обмана? - У Ци Цюн не мог поверить в это.
Рот Сло Шуая скривился в печальной насмешке:
- Я был несчастен еще сильней, чем ты.
В кабинете повисла тишина, они смотрели друг на друга и молчали.
- Учитель, молю тебя, пожалуйста, прими меня в ученики!!!
У Ци Цюн вдруг неожиданно прыгнул к Цзян Сяо Шуаю и без предупреждения заорал. Цзян Сяо Шуай, испугавшись этого перепада эмоций от У Ци Цюна, резко отстранился на три шага назад и чуть не свалился в мусорное ведро.
- Ебать, не делай так больше, да еще и внезапно! Я чуть штаны не обмочил! Вот зачем ты так сделал?
Цзян Сяо Шуай погладил себя по груди, и начал дышать равномерно, чтобы прийти в норму, его глаза были сужены и почти почернели, он с укором смотрел на У Ци Цюна.
У Ци Цюн посмотрел на доктора и ответил благого Вэйно:
- Я не хочу больше страдать от обмана.
Подождав, пока он не успокоится полностью, Цзян Сяо Шуай произнес фразу Ли Ка Шинга этого никогда не делал.
Из-за CheungKongHoldings). Его высказывание Цзян Сяо Шуайи использовал как свой жизненный девиз и собственного предостережения:
- Яйца, разбитые снаружи, превращаются в пищу, а разбитые внутри в жизнь. То же самое и жизнь человека. Если ты ждешь кого-то извне, чтобы сломать тебя, тогда тебе суждено стать чьей-нибудь едой, если ты можешь заставить себя сделать свой разрыв с внутренней стороны, то ты РеравхжуАНнаО рнойрост эквивалентен перерождению.