ℙ𝕒𝕘𝕖 12.
Чонгук раздраженно пнул ногой прикроватую тумбочку, да так, что та в ответ недовольно заскрипела. Парень устало плюхнулся на кровать и раскинул руки в стороны, чувствуя как покрывало холодит разгоряченную кожу. Шторы наглухо закрывали окно и из-за плотной ткани уличный свет не проникал в комнату, а потому тело расслабилось. В темноте ему было спокойно, в темноте ему было хорошо. Густые ресницы махнули вниз и карие глаза закрылись.
Недовольство медленно растворялось. Как и реальность, что с каждой секундой уносилась куда-то далеко.
«— Я так люблю это место. — воодушевленно произнёс парень, чувствуя восхищение от предоставленного вида. Солнечная, зелёная поляна, что была щедро усыпана разноцветными цветами, радовала глаза. Высокий, старый дуб по середине, как и всегда гостеприимно встретил своих частых гостей и позволил удобно облокотиться спиной об свою кору. А впереди озеро, от которого на ум приходило лишь одно слово – «очаровательное». — Но больше всего, я люблю тебя.
Девушка заулыбалась своей обворожительной улыбкой. Ее длинные, белокурые волосы лежали на его коленях, а красивые, зеленые глаза с нежностью смотрели на него. Так наивно и преданно. И так глубоко, что он вновь утонул в них.
— Я тоже люблю тебя, Чонгук.
Её ласковый голос обволакивал и юноша готов был отдать свою жизнь, лишь бы слушать его вечность. Брюнет наклонился, мягко касаясь девичьих губ. И возлюбленная ответила, обхватив крепкую шею руками и притянув к себе ближе.
Поцелуй вышел робким, нежным, тягучем. И сердце вновь откликнулось на сильное чувство, что одурманило разум. Эта была любовь.
Чонгук отстранился и их взгляды встретились. На лицах расцвели улыбки.
— Скажи, когда мы с тобой сбежим, куда мы отправимся? — спросила она.
— Не переживай, родная моя, я всё спланировал. — тепло ответил Чонгук, поправляя мягкие пряди девушки. — Мы уедем очень далеко, где нас никто не найдёт. Будем жить счастливо, только ты и я.
— Я очень боюсь... А вдруг нас поймают? — в голосе появилась тревога. Девушка приподнялась, опираясь на локти. — Отец не простит такого.
— Не волнуйся. Рядом со мной тебе нечего не угрожает. Я всё отдам, лишь бы защитить тебя. Ты мне веришь? — она вдруг задумалась и Чонгук обхватил ее ладонь, тревожно сжимая её в своей руке. — Кэтрин, ты веришь мне?
— Верю.
— Вот и отлично. — облегчённо выдохнул Чонгук.
— Мне домой пора, уже солнце заходит. — блондинка задумчиво оглядела горизонт. — Так, на нашем месте, сегодня, в три ночи.
— Да. — подтвердил брюнет. — Только не опаздывай, хорошо?
— Я буду вовремя. — твёрдо пообещала Кэтрин, подарив на прощание нежный поцелуй.
Девушка побежала в сторону своего дома, а Чонгук, не моргая, уперто провожал её взглядом. Он тронулся с места лишь тогда, когда образ его возлюбленный скрылся с горизонта и ноги на автомате понесли его в противоположную сторону.
Нужно закончить сбор и как следует подготовиться к отъезду.
Его старая халупа, что называлась среди местных жителей жилищем, встретила холодом и одиночеством. Парень не стал, как делал это обычно, первым делом разжигать печь, а направился прямиком в свою комнату. Этой ночью, ему уже не понадобится тепло этих обшарпанных стен. Руки юркнули под кровать и тут же вытащили старенький сундук, что однажды нашёлся на чердаке. Внутри уже сложена необходимая одежда, осталось лишь доложить несколько вещей, которые могли понадобиться в путешествии. Только тогда, когда все приготовления были закончены, ржавые заглушки защелкнулись.
Чонгук вышел во двор, к телеге, которую купил пару дней назад у местного пьянчуги за пару-тройку серебрянные монет. На первый взгляд казалось, что повозка уже отжила своё и выглядела довольно не надежной, но времени, к счастью, хватила подлать.
Чем ближе подходило время, тем сильнее чувства волнения и какого то предвкушения расползались в груди. И когда стрелки часов достигли цифры три, он уже не мог спокойно дышать, мчась по закоулкам с телегой забитой провизией, спальными вещами и тем самым сундучком.
Лошадь остановилась у ворот, а взгляд тут же вцепился в знакомую тропку. Его возлюбленная вот-вот должна появиться.
И долго она не заставила его ждать. Вот только Чонгук нахмурил брови, заметив одиноко болтающуюся, вязаную сумочку на хрупком плече.
Он спрыгнул с повозки, торопливо приблизившись к ней.
— Что с тобой? — взволнованно спросил брюнет, находя её поведение странным. Девушка была напряжена, и старалась вести себя отстранено. — Где твои вещи?
— Чонгук, я...
Удар. Резкая боль пронзила голову и искры посыпались в глазах. Парень рухнул на землю, чувствуя, как мир закружился вокруг. Двое крупных мужчин схватили его за локти и не хило так тряханули, заставив подняться вновь. Благо регенерация работала быстро и он уже мог твёрдо стоять на ногах.
Хотя лучше бы он остался лежать в грязи. Потому–что не увидел бы отца Кэтрин перед собой, и сердце бы не разбилось на тысячу осколков. Он бы не смотрел сейчас так поражено в глаза девушки, что любил, и не осознал бы самого главного - она придала его.
— Как ты могла? — с губ сорвался шёпот, но внутри все вопило от боли. Его душа сыпалась и горела в агонии.
Вновь удар и брызги крови разлетелись по сырой земле, впитываясь в грязь. Но какая разница? Вряд ли отец его возлюбленной сможет причинить такой же вред, как причинила его дочь.
— Закрой свой гнилой рот, полукровка! — разъярённый крик заложил уши. — Как ты вообще посмел связаться с ней?! — он снова ударил его. — Как ты вообще посмел разговаривать с ней?! Думать, что можешь забрать ее?! Ты – проклятый ублюдок!
— Да иди ты к черту. — прохрапел Чонгук. Он не боялся. Его не интересовало ни разъярённое лицо мужчины перед собой, ни его прислуга, что мертвой хваткой держали руки. Мысли лишь крутились вокруг белокурой девушки, что молча стояла в стороне.
— Что ты сказал, щенок?
— Я сказал: иди к черту. — прошипел он и ненавистно плюнул в главу кровавой слюной.
— Ах ты погань!
И мощный удар, сопряжённый энергией, сокрушил внутренности.
Это последнее, что Чонгук помнил, перед тем, как очнуться на грязном, бетонном полу. В темнице, с холодными стенами и дверью с небольшой, ржавой решёткой.
Похоже организм был истощён, потому что, когда парень поднялся, то тут же облокотился об стену, чувствуя онемение в конечностях.
Взгляд устремился в потолок. Там находилось крошечное окошко с такими же толстыми прутьями, как и на двери. Солнечные лучи робко пробивались сквозь железную сетку и парень задумался: сможет ли он сбежать от сюда через это окно?
— Чонгук.
Знакомой голом резанул слух, и Чонгук повернулся в сторону двери, встречаясь с глазами Кэтрин.
— Пошла прочь. — прорычал он, сжав кулаки.
— Я хочу поговорит с тобой.
— Поговорить? — ядовито усмехнулся он, чувствуя как ярость закипает в жилах. Чонгук подошёл ближе и схватился руками за прутья. Ладони тут же обожгло и небольшой дымок устремился вверх. Запах жареного мяса ударил в нос. Конечно же эти выродки использовали специальный металл, что разъедал кожу при прикосновении. Но разве это важно? Огонь - его стихия и ожоги его составляющая. — Ну давай поговорим, «любимая».
— Убери руки. Этот металл опасен же для нас. — девушка нервно заглотнута.
Она боялась или же всё-таки переживала? Парень не знал, чего ему хотелось больше.
— Зачем ты пришла? — прорычал он, игнорируя то, как сильно плоть на его руках плавилась от жара. Боль в разбитом сердце и ненависть в душе были сильнее. Может быть эти чувства и помогали справиться с адскими ощущениями. — Как тебе хватило совести придти сюда? Ты же предала меня! Предала нашу любовь и все, что мы построили вместе! — Чонгук ударил кровавой рукой об решётку, не в силах сдержать свой гнев. Его голос сорвался на крик. — Я вручил тебе свою судьбу, я поделился с тобой самым сокровенным, а ты все это уничтожила! Растоптала! Чертова гадина, ты использовала против меня всё, что я доверил тебе! Какого дьявола, ты посмела явиться сюда?!
— Хватит! Перестань вести себя, как маленький ребёнок и выслушай меня! — выпалила Кэтрин. Но пару шагов назад все же сделала. — Я пришла, что бы помочь.
— Помочь? — хмыкнул Чонгук. — Знаешь что: засунь свою помощь туда, куда ты ради своей выгоды позволяла запихивать мой член – в задницу! И проваливай от сюда!
— Какой же ты... — девушка скривилась. Его слава оскорбили ее. — Я отдалась тебе не из-за выгоды...
— Пошла прочь! — взревел парень, не желая слушать ее.
— Я хотела этого, потому что...
— Заткнись, твою мать, и вали от сюда, Кэтрин!
— Потому что люблю...
— Закрой свой чертов рот! — закричал Чонгук, срывая голос. Его кулаки задолбили по двери, сдирая кожу с костяшек. Металл скрипел и кривился от сильных ударов, окрашиваясь в кровавый цвет. — Не смей говорить подобных слов! Лживая, грязная предательница! — хруст ломающихся костей разнеся по камере и Чонгук наконец смог успокоится. Сломанная рука пульсировала, но разъярённый взгляд продолжил сверлить миловидное лицо по ту сторону решётки. Кэтрин испугалась. Она не скрывала полные ужаса глаза. И парень усмехнулся.
— Отец был прав... — женский голос дрожал. — Ты жесткой и опасный полукровка! И правильно, что тебя посадили, как животное, в клетку! Ты и есть животное! Жалкий и ни на что не способный зверюга! Тебе же нельзя свободно ходить по улицам, тебя только на цепи нужно держать!
Девушка резко развернулась, желая убежать подальше от этого места. Но когда ее имя прозвучало воздухе, она застыла, как будто ноги приросли к полу.
— Кэтрин, — голос был пугающе тихим. — Тебе все же стоит сбежать из этой деревни. Потому что, когда я выберусь от сюда, я заставлю тебя и всю твою семью ответить за свои слова.
Её кулаки сжались, и Чонгук услышал тяжелый вздох, что сорвался с женских губ. Плечи немного подрагивали. А когда она внезапно обернулась, он увидел в ее зелёных глазах застывшие слёзы.
— Прости, Чонгук. — Кэтрин закусила губу.
Ее слова звучали на столько искренне, что стало противно. Она так искусно продолжает играть свою роль или правда сожалеет? Чертовка!
— Прости меня и прощай. Надеюсь, ты упокоишься с миром.
— Прощать – удел Бога, Кэтрин. Моя же задача обеспечить вашу встречу с ним.»
Тело вздрогнуло, вырывая сознание в реальность. Тяжёлые веки еле разлепились, а когда свет неприятно резанул, вовсе зажмурились. Чонгук накрыл лицо рукой, небрежно протирая лицо и окончательно скидывая остатки сонливости.
Все хорошо. Он до сих пор в доме Сэма, лежит на мягком матрасе в гостевой комнате.
Кто-то прочистил горло. Парень приоткрыл глаза, встречаясь с вопросительным взглядом Тэхëна. Друг сидел на краю кровати, а Чонгук удивился тому, что не сразу заметил его присутствие.
— Что ты тут делаешь? — спросил брюнет с легкой хрипотцой в голосе.
— Хотел узнать, все ли у тебя в порядке — ответил шатен, слегка хмурясь. — Похоже тебе приснился кошмар.
— Долго я спал? — Чонгук приподнялся, ощущая ломоту в теле. Мышцы немного затекли и парень размял шею, прохрустев позвонками.
— Нет, меньше часа. — Тэхён кинул взгляд на наручные часы, и произнёс. — Нам скоро нужно выезжать, так что тебе стоит поторопиться. Я бы на твоём месте сходил в душ, что бы придти в себя и собрать мысли в кучу.
— Да, спасибо. — Чонгук поднялся с постели. Друг был прав, ему нужно освежиться. Этот сон его дестабилизировал и нужно срочно привести себя в порядок. — Ладно, я тогда буду собираться. - пальцами он потёр переносицу. Давненько он не чувствовал себя так паршиво. — Чуть позже спущусь к вам.
— Хорошо. — Тэхён тоже встал, но не торопился выйти из комнаты. Он внимательно оглядел друга и будто бы искал в нем какие-то ответы.
Чонгук напрягся, а когда шатен открыл рот, что бы задать свой вопрос, выпалил:
— Тебе показалось, Тэхён.
— Ты уверен?
— Да, я просто устал, вот и полыхаю на ровном месте.
— Понял. — кивнул друг и направился прямиком к двери. И перед тем как уйти, добавил. — Чон, если захочешь поговорить об этом, то я рядом.
Чонгук устало посмотрел в окно, разглядывая чудный сад, тщательно спланированный Сэмом.
Тэхён не поверил ему. Но ведь и ответить было нечего. На вопрос: «Мне показалось или ты на кухне приревновал Кейт к Сэму?» Чонгук сам не знал ответа.