Какова твоя цена?

День за днём Т/и продолжала вести свой образ жизни, лёжа на кровати, зарываясь под теплым пледом, прячась носиком в подушку. Отныне он чист, больше не кровоточит, как раньше, но опять же побаливает, заставляя вспоминать дни того кошмара, когда он был вокруг неё, давил на больное место, но ... Т/и так просто не сдалась. Ухмылка никогда не спадала с её лица. Никогда. Даже при разбитой губе, она давилась в смешке, ощущая металлический вкус на языке.

День сиял ярче её глаз. Суета во всём доме стала какой-то домашней, хоть так непривычно. Нет знакомого и родного голоса, который шепчет на утро: "Т/и, пора завтракать".  Голос Намджуна. Как никак этот мужчина был дорог ей ещё с того времени, когда её отец попросил приглядывать за ней. Джун заменил ей отца, его поддержку, спину - щит, оставаясь глубоко в сердце девушки.

- О, Намджун ... - проводит она рукой по подушке. - Знал бы ты сейчас, что со мной. Что я пережила, что испытала, за что схватилась и в итоге получила путёвку в будущее, причём дорогую путёвку, - двумя ладонями она прикоснулась к уже едва заметному животу, легонько поглаживая.

Стук в дверь. Это Су Ён. Он снова пришёл по расписанию. Словно он был её стимулом просыпаться по утрам. Белый халат, солнечная улыбка, теплые руки и отвратительные таблетки.

- Ну же, Т/и, глянь на меня, - присаживаясь за её спиной, он поглаживает её голове, отчего она мгновенно тает. Поворачивается к нему, выдавая красные, опухшие глаза, судя по которым, она пролила немало слёз.

- Что случилось, солнце? - теперь для неё все эти прозвища стали иными – родными. Она привыкла ко всему этому, привыкла быть загнанной серой мышкой в этой грязной мышеловке такого монстра, как Ким Тэхён, поэтому и отзывается. - Из-за чего ты вновь заставила сердце ныть от боли? Скажи мне, маленькая моя.

Его голос невероятно нежный и такой спокойный, что хочется слушать постоянно, закрыть глаза и на мгновение представить, что это нелепая иллюзия, которая находится вокруг неё. Первое время здесь всё давило на Т/и, прижимало к стене, в угол. Но теперь она сама отталкивается, ищет опору и теплых слов поддержки. И она нашла. Нашла всё то, что получала ежедневно от Намджуна: улыбку, объятия, прекрасные слова, поддержку, горячий чай, даже тепло рук. Они в точности напоминали ей Джуна. Немного шершавые, как ей помнилось, когда он в последний раз стирал слёзы с её лица, после смерти отца.

И всё. Она больше не проронила и ни одной слёзы. А живя здесь, она будто осушила себя, наревелась, выплеснула всю влагу. Уже вытягивая слёзы вместе с болью, девушка, находясь в критическом состоянии, всё же искала, за что можно держаться, стоя прямо на двух ногах, пока одна из них не отказала.

- Он убил моего родного человека, - тихий шёпот из под одеяла не оставляет Су Ёна равнодушным.

- Кто "он"? - отодвигая одеяло в сторону, он хочет знать правду. Ужасную правду.

Она не может произнести его имя. Н е  м о ж е т.

От слова совсем.

- Это был он, да? Он, из-за которого ты ...

- Да, - не став дослушивать его, она перебила раньше времени, зная что последует после имя Тэхёна.

Вздохнув, что есть силы, он поцеловал её в лоб, что стало совсем неожиданным для неё, отчего она даже расцвела в нежно-розовой улыбке. Врачу это на радость. Новая заметка в дневнике.

Время 15:50.

Тело преобретает естественный цвет кожи. Раны заживают, остаются шрамы. Плод в норме. На этой неделе обмороков не было. Силы появляются, но так такого режима питания нет. Организм отталкивает. Улыбка на лице - тепло на моей душе.

Последняя фраза звучала именно так, подчеркивая сегодняшнюю запись. Девушка и вправду, когда улыбается, её шансы на жизнь остаются, да они и не вычёркивались из списка. Врач верит и надеется, что вновь этот зверёк перестанет боятся, вернётся в этот мир уже с маленькой копией себя. Вот ради чего она хочет жить. И этого хотят все. Начиная с самой Т/и, заканчивая Тэхёном.

Пропустив пару строчек вниз после первой записи, он делает ещё одну.

Наркотики.

Она употребляла их в течение месяца, прежде чем жить в этом доме. Возможно, в клетках остался этот яд, который всё же отвергает еду, но как ни странно, это не подтверждено медициной. Следующий анализ через два дня. Я попробую увеличь дозу, тем самым проверяя ее организм.

Су Ён пробыл здесь до вечера, общаясь с Тэхёном на счёт её жизни, что было "до".

- Откуда вся эта дрянь? - указывая на чемодан с белым порошком, интересуется Ён.

- Не знаю, - мотает взъерошенными кудрями Ким.

- Хорошо, тогда задам другой вопрос: зачем они ей?

- Су Ён, мне-то откуда знать? - тот уже повышает голос.

- Тогда зачем тебе Т/и? - неожиданно выдает Юн.

И вот тут действительно повисла большая пауза. Было много мыслей для чего она ему, но всё же за этим стоит какая-то одна, единственная, из-за которой он сюда её и затащил.

- Эта работа наших отцов. Из-за них она ...

- "Она" что? Она стала виноватой? Из-за этого она заслужила всё это?!Знает ли об этом вообще её отец?! - глаза свирепеют, руки с огромным желанием хотят задушить его на этом же месте. - Отец ... Подожди, она говорила мне сегодня о близком ей человеке... - мямлит Су Ён, теряясь в догадках.

- Он давно мертв, - коротко и ясно произносит Тэхён.

- Как это давно? Тогда о ком она говорила?

Тяжёлый вдох и выдох:

- Намджун.

- Я уже запутался во всей этой истории. Наркотики, какой-то Намджун, её здоровье. Всё вот это вот крутится вокруг, стоит только на чём-то остановится и начать с одного. К примеру с Намджуна, а потом уже всё остальное, - усталый взгляд врача уже говорит о том, что он конкретно погряз во всём этом. - На сегодня всё.

Су Ён прощается и уезжает.

Тэхён открывает единственный ящик, запертый в его кабинете, доставая из неё красную папку.

- Я не хочу продолжения.