Какова твоя цена?

Комната проникла слезами и всхлипами бедной маленькой мышки, чей писк и вовсе не слышен из-за толстый стен этой клетки.

- Кожа, - монотонно тянет Тэхён, поглаживая подушечками пальцев кожанную плеть.

Всё, что в его власти, всё из кожи. Сама Т/и, чья кожа под властью этого монстра, тоже в его руках. Каждый раз Тэхён царапает, рвёт, режет, бьёт - приносит невыносимую боль.

Запястья рук немеют. Дрожь ломает всё тело. Всхлипы такие тихие, как писк маленькой зажатой мышкой, в плену этого хищника.

- Тэхён... - мямлит девушка, откидывая голову назад, крепко вцепившись в веревки.

Первый удар самый больной. Резкий. Неожиданный. Колющий.

- Ааа! - выкрикивает Т/и от первого замаха плети, выгибаясь словно в полёте, подпрыгивая на холодном мраморе.

- Хоть заорись, - сквозь зубы цедит Тэхён последнее слово, ударяя за ним девушку.

- Тэхён... боже, - загибается Т/и, пытаясь укрыть себя руками, спрятать от его пыток, но короткие верёвки не позволяют и лишь тянут её за запястья, растягивая кожу.

Тэхён не перестает бить Т/и, замахиваясь каждый раз всё сильнее и сильнее. Удары уже невыносимы. Красные полосы кожаной плети заставляют скулить и биться в конвульсиях. Но не просить о пощаде. Язык не поворачивается сказать ему просто одно слово - "прости ". Слово, да, одно, а вот смысла в нём очень много. Но в этом случае, ей стоит извинится за свое существование в этом мире. В мире "полной" власти Ким Тэхёна.

Довольно выдохнув, оглядывая её с ног до головы, взгляд заоострился на её груди. Закусив губу, медленный шаг Кима направился к столу, где, под его мыслью "одиноко "стоял коньяк. Выкинув крышку бутылки куда-то в угол, жадные глотки спиртного окатили его пылающее горло.

- Ох, - наслаждаясь приятной горечью во рту, тяжело выдохнул Тэхён, облизывая капли виски с губ. Улыбаясь так ехидно, загадочно...

- М-м-м, - протяжно стонет девушка, чувствуя режущую боль во всём теле.

- Хочешь? - указывает Тэ взглядом на бутылку в руках, крепко сжимая её за горлышко.

Стук каблуков по полу в сторону висящего тела девушки, вызывал у неё нескончаемую дрожь. Самую ужасную. Самую противную. Самую страшную.

Находясь в метре от нее, Тэхён сделал большой глоток и распылил виски прямо ей в лицо, усмехаясь проделанным.

- Урод, - отплёвывая в сторону капли виски с губ, Т/и дёрнулась вперёд, вопреки толстым верёвкам.

Схватив плеть в руки, два ожесточенных удара Тэхёна тут же покрыли кожу. Ноги, живот, грудь светились в красных полосах.

Дёргаясь, срываясь как собака с цепи, верёвка душила длинную, до этого времени, аккуратную, красивую шею.

- Петелька на шее совсем разболталась, - цокает Тэхён, улыбаясь уголками губ. - Давай-ка потуже, - кивает, затягивая петлю туже. До удушья.

Т/и встаёт на носочки, заглатывая воздух в лёгкие, уловив хоть секунду, но Тэхён не позволяет: хватает за волосы и тянет вниз, откидывая её голову назад.

Словно наступая ей на горло, Тэхён не даёт воли дышать. Тянет ниже, затягивает сильнее. Хочет, желает, мечтает, чтобы она умоляла его. Но именно теперь она не в силах. Если пару минут назад, она твердо могла произносить его имя, то сейчас её язык совсем онемел. В горле всё пересохло. А в глазах звёздочки. Одна за другой.

Чувствуя как что-то холодные прикасается к её коже: к запястьям, к икрам ног, девушка вскоре вспомнила эти знакомые ощущения. Электрошокеры.

Тут и без их словесных игр. Тэхён раз за разом наносит удар без её всхлипов. Совершенно плевать. Выпустил зверя, а обратно в клетку загнать не получится. Не в силах.

"В кой-то веке один из его ударов станет последним, смертельным" - еле шепчет Т/и себе под нос.

Руки Тэхёна напряжено сжимают маленький пульт, нажимающий на рычажок.

Один, два, три ... десять.

Тело немеет от шока.

Цифры становяться всё больше. Боль становится нестерпимой. Крик вырывается изнутри прямо наружу, отчего Тэхён выпускает усмешку. Победу.

- Аааа!!! - вырыватся крик Т/и, переменясь на хрипы. Уголки губ трескаются, заливаясь темно-бордовой кровью.

- Неужели я слышу этот крик? Мольбу с твоих уст, - наклоняя голову в бок, его губы снова расплываются в улыбке.

Ему весело. Он наслаждается её криками, воплями, визгом, но не слышит одного - прощения. А за что? За то, что испортила вечер и подвела его? Назвала его избалованным? За то, что спорит каждый раз и вынуждает поднять руку? Или же ей надо просить прощения, за то, что она его дом чуть не выкупила? Но Тэхён же перехватил её сделку, не дал этому случится, даже продал её дом, под её согласием, но всё равно хочет своего. За что просить прощения? За что? Похоже, что только за своё существование. Из-за того, что она встретилась с ним, всё полностью перевернулось с ног на голову. Её бизнес, сделки, наркотики, дом - всё в руках Тэхёна, в его власти. Больше отнимать нечего, самое дорогое было отнято у неё за долго до этого - это её отец.

- Ты н... никогда не услышишь п-прщения, - вдыхая лёгкими, язык тяжело произносил каждой слово, отдаваясь колющей болью в сердце.

- Ты почти сдала-а-ась, - в полголоса тянет Ким, наклоняясь к её лицу.

- Нет, - твердо метит Т/и.

- Да-а, - нежно протягивает Тэхён, заглядывая своим проницательным взглядом в её глаза.

Пусто.

В них ничего нет, кроме как слёз.
Слёз самых тяжёлых воспоминаний. Тэхён каждый раз давит на больное, на рану, которая зажила давным давно. Но, ковырясь в её воспоминаниях, он находит то, что причиняет ей жгучую боль, то, что в очередной раз всплывёт и останется надолго в её голове.

Испытания стоять в ряд. Но проходить их, порой совершенно сложно, когда внутри есть то, что колеблется каждый раз при упоминании.

Больно.

Терпимо.

Нескончаемо.

Терзающая боль изнутри бьёт куда страшнее, чем снаружи, заставляя большое сердце изливаться кровью.

Бесчувствие Тэхёна самое что ни на есть ужасное. Он никогда не поймет того, что чувствует Т/и. Нет, это не физическая боль, а то, что полыхает внутри неё, горит огнём, сжигая последние силы, чтобы жить. Гордо, с поднятой головой идти напролом, уже не про неё.

Кости покрылись обилием трещин.