CHAPTER 16
Хосок легкой походкой вошел в кафе, не привлекая много внимания посетителей, сел за свободный стол у окна и лишь махнул рукой, чтобы официант подошел к нему.
Заведение небольшое, поэтому и персонала не много; к Хосоку сразу подошел нужный ему Ходон, о котором парню рассказали друзья. Окинув взглядом официанта, парень решил, что выглядит он совсем не как человек, который будет скрывать что-то или же, как подозревали парни, как тот, кто замешан в смерти Сон Ми.
- Что желаете? - улыбнулся тот.
- Здравствуйте, не могли бы вы позвать официантку, Сон Ми. Я ее старый приятель.
Хосок, показывая как можно убедительную доброжелательную улыбку, попытался сделать тон своего голоса приятным и дружелюбным. Таким способом он мог расположить к себе собеседника и позволить ему чувствовать себя комфортно: не просто же так Хосок с подросткового возраста увлекается психологией.
- Я не могу этого сделать. - Ходон вежливо ответил, вцепившись руками за край бордового фартуха.
- Почему? Я помню Сон Ми здесь работала, мы долго не общались, но когда я уехал с Кореи, она все еще здесь работала. - Хосок будто не специально объяснил причину его незнания о том, что случилось с его подругой.
- Да, но она уволилась. - официант поклонился, повторяя слова извинения. - Так вы будете делать заказ?
- Кофе. - коротко кинул Хосок, оглядывая Ходона с ног до головы, осознавая, что официант не просто нервничает, он сейчас просто обливается потом от сраха, что его раскроют.
Через пару минут на телефон Хосока. пришло около семи сообщений от Джуна и Чонгука с вопросами и просьбой побыстрее ответить. Хосок игнорировал их - не было времени, он был занят, рассматривая, как Ходон, с трясущимися руками, несет его кофе, пытаясь не разлить на потертый линолеум заведения.
Прошло еще некотрое время, прежде чем Чон обратил внимание на чашку стоящую перед ним и осознал, что никогда не будет приходить в подобные заведения: деньги действительно портят людей. Хосок совсем уже забыл, как в свои пятнадцать после школы бежал в ближайшую забегаловку, чтобы немного потешить свой желудок.
Тогда недорогой перекус был для него радостью, которую он делил с Лисой перед началом занятий танцами.
Непритронувшись к своему напитку, Хосок смотрел в окно, делая вид, что следит за прохожими или редкими автомобилями, любуется небом, а на самом деле он наблюдал за дальним отражением Ходона в стекле. Парень стоял около барной стойки, прожигая взглядом дыру в Хосоке, не подозревая, что это взаимно. Официант был расстерян, иногда не слышал, что ему говорят друзья, забывал принести заказ - это все видел Хосок, делая свои выводы, он иногда косился в сторону машины, где сидели друзья, или на остывший кофе.
Через некоторое время официант изчез с поля зрения Хосока, скрывшись в туалете, который, как понял парень, был как для посетителей, так и для персонала.
Хосок незамедлительно последовал за предметом своих наблюдений, быстро направляясь в нужную комнату в конце коридора, продолжая оставаться непримечательным для остальных.
Тихо открыв дверь и, молясь, чтобы она не скрипела, Хосок осторожно поставил ногу на порог, предварительно окинув взглядом коридор, убеждаясь, что никто их не потривожит. Он не был уверен в своих предположениях и, возможно, Ходон пришел сюда из-за зова природы, но тихий разговор заставил Хосока откинуть сомнения и лишь насторожиться. Парень достал телефон, включая свой диктофон - никогда не знаешь, что могут сказать полезного в разговоре.
- Вы просили позвонить, если... Да. Кое-кто приходил. Их было несколько. Одного зовут О Джихо. Ею заинтересовалось слишком много людей. - последовала пауза, возможно Ходон выслушивал дальнейшие указание или замолчал из-за подозрений, что его кто-то подслушивает. - На самом деле, я уже хотел выбросить вашу визитку, ведь столько времени прошло. И тут четверо за день. Да, я понял. Буду звонить, если придет кто-то еще.
Видимо, этот официант совсем не знает, что и как нужно делать в таких ситуациях. Кто же идет говорить по телефону на такую тему в туалет?
Хосок мысленно насмехался над глупым парнишкой, но как только понял, что телефонный разговор окончен сам немного запаниковал и забежал во вторую кабинку, пытаясь как можно тише ступать на кафель. Через несколько секунд послышились отдаляющиеся шаги, а после лишь тишина, наполняющая грязный туалет этого места.
- И чего Сон Ми так любила это место? Не могла выбрать какой-нибуть ресторан? - возмущался Хосок.
Прошло немного времени прежде чем Хосок вышел с туалета и направился к выходу, но сначала он подошел к столику и бросил купюру, оплачивая свой напиток, который оставил нетронутым, а на вопрос официанта, что он может сделать еще, бросил, немного презрительным тоном:
- Ты уже помог.
* * *
Весь оставшийся день они прослушивали запись разговора официанта, пытаясь услышать еще что-нибуть, кроме подозрительного разговора. Может, тайный код?
Четверо могли повторить каждое слово, придерживаясь всех пауз и запинок Ходона, но это совсем не было полезно для них. Вбившиеся слова в голову уже сводили с ума их, но запись продолжала играть раз за разом, заставляя терять ту маленькую каплю надежды на полезность этого разговора.
Парни понимали, что Ходон знал слишком много и он единственный мог им помочь. К сожалению, они не могли применить силу, напугав парня, тем самым оттолкнув и заставив перейти на сторону противника.
Нужно было действовать осторожно, медленно и мягко.
Спустя неделю план действий до сих пор не был разработан, а желание мести росло с каждой секундой, затмивая здравый разум Джуна. Он уже не мог спокойно думать. Не мог нормально жить.
Это видели его друзья, беспокоясь о лидере, они перестали выполнять какие-либо задания, полностью сфокусировавшись на поиске нужного метода. Теперь, когда Чонгук, тот, кто также жаждет мести, с ними, это кажется намного проще, но только кажется.
Чимин, Тэхен и Джин также помогали друзьям, иногда они вместе сидели ночи напролет, думая, что можно сделать, чтобы наконец-то срушить с мертвой точки. Под утро все расходились по комнатам, только Джун уходил в зал, а Чонгук покидал квартиру, идя к реке Хан, вечером снова возвращаясь в квартиру.
* * *
Лалиса была благодарна за выходной, который хозяйка кафе дала девушке, видя как та чуть с ног не свалилась, когда принимала заказ очередного покупателя.
Манобан решила прогуляться по городу, а поскольку Хосок уже неделю не писал ей, блондинка решила побыть одна, пытаясь отдохнуть ото всех и забыть свои проблемы. Пытаясь.
Идя около реки и чувствуя легкие капли воды на своей коже, которые ветер принес с водоема, она продолжала считать заработанные деньги, вспоминая на что потратила определенную сумму, а что у нее осталось.
Сегодня был тот самый день.
Лиса пересчитала в голове еще четыре раза, убеждаясь, что собранной суммы больше, чем достаточно для покрытия ее долга с процентами. Она закрыла глаза, вдыхая воздух, наполняя им легкие и представляя, как уже сегодня она не будет ничего должна, а значит жить станет проще, а значит - она снова начнет любить жить. От этих мыслей ее кожа покрылась мурашками, а после в ее голове всплыла старые воспоминания начала всей истории с долгами. Начала ее жизни, которая больше была похожа на пытку для 19-летней девушки.
* * *
- Мам, сколько нужно денег? - девушка сжала руку чуть-ли не единственного родного ей человека в жизни.
Женщина пустила слезу, прокручивая в голове ужасный разговор с врачем.
"Дилатационная кардиомиопатия." - было бы лучше если бы название было более пугающим, чем сама болезнь. Но это не так.
Узнавая подробности, становилось страшнее, а в голове возникл вопрос: " Это лечится вообще? "
- Все будет хорошо, Лиса. - она прижала голову дочки к своей груди, чтобы та не видела как слезы продолжают ручьем скатывается на щеки, а после на шею, все же некоторые упали на волосы блондинки, но та ничего не почувствовала, пытаясь прислушаться к сердцебиению мамы, которое немного успокаивало ее.
- Сухен будет жить. - прошептала блондинка, в ответ, слушая как от имени ее сестры, сердце матери забилось в бешенном ритме от страха и волнения.
* * *
Лалиса открыла глаза, возвращаясь в реальность. Рукой она стерла одинокую слезу, которая от легкого ветра охладела, а после кинула взгляды на проходящих мимо людей, убеждаясь, что никто этого не видел.
Оглядываясь по сторонам, блондинка хотела уходить, ведь время близилось к вечеру, а еще столько нужно было успеть.
Она заметила кое-кого, безнадежно смотревшего в воду, сидя на крайней одинокой лавочке. Сначала блондинка не придала этому значения, но присмотревшись увидела знакомую кожаную куртку, которая пару раз согревала ее. Все еще она не была уверена в том, что видела, и пошла в сторону той самой лавочки.
Приблизившись, сомнений не осталось - Чонгук. Минуту она стояла в трех метрах позади него, думая, стоит ли говорить с ним. Ей так хотелось сесть рядом, но она сомневалась. Нет, она боялась.
А вдруг его чувства не такие глубокие, как ее? Может, он не связывался с ней, потому что она стала ему не интересна? А, может, он просто уже забыл о ее существовании?
Блондинка не решилась что-либо сказать. Она молчала и смотрела, как он, совсем отделенный от реального мира, не замечал ее на таком коротком расстоянии. Чонгук просто смотрел на сверкающую воду под лучами солнца, а она смотрела на него. Опустив глаза, Лиса отступила шаг, намереваясь уйти.
- Ты просто уйдешь? - Чонгук оторвал пустой взгляд и перевел стеклянные от усталости глаза на блондинку, заставляя ее замереть на месте от холодного тона его голоса.
Вокруг них будто все остановилось. Толпы прохожих исчезли. Звуки стали приглушенными. А они вроде в другом пространстве, где время тянулось и те секунды, которые они провели, смотря друг на друга, превратились в часы.
" Я не могу просто уйти." - сказала себе Манобан, чувствуя как сердце сжалось от ее же мыслей.