Припятствие
ЧИМИН
После занятий, когда я стою у шкафчика ко мне подходят мои подруги Чонён, Чеён, Чжихё , которых Наён называет Фейрфилдским
Джей–фактором.
Чеён обнимает меня.
— Боже, Чим, ты в порядке? — спрашивает она, разнимая объятия и осматривая меня.
— Я слышала Колин спас тебя. Он такой замечательный. Ты такая везучая, Чим. —
Говорит Чонён, и ее знаменитые кудряшки подпрыгивают при каждом слове.
— Ничего такого не случилось, — отвечаю я, думая о том, что же было в сплетнях сегодня и насколько это отличается от того, что произошло на самом деле.
— Что говорил Чонгук? — спросила Чжихё. — Кейтлин сделала фотку его и Колина, но по ней невозможно ничего разобрать.
— Вам лучше не опаздывать на тренировку, — кричит Сыльги с другого конца коридора, и исчезает еще быстрее, чем появилась.
Чжихё открывает свой шкафчик рядом со мной и достает свои помпоны.
— Я ненавижу то, как она целует задницу миссис Смол, — произносит она.
Я закрываю шкафчик, и мы идем на тренировку вместе.
— Я думаю, что она пытается сосредоточиться на танцевальных номерах вместо того, чтобы думать о том, что Тайлер уже в колледже.
Чеён закатывает глаза.
— Все равно. У меня нет парня, так что моих симпатий она не получит.
— Никакой симпатии от меня тоже. Когда вообще эта девчонка не встречалась с кем-нибудь? — соглашается Чжихё.
Когда мы подходим к полю для тренировок, вся наша группа сидит на траве в ожидании миссис Смол. Ну, мы хоть не опоздали.
— Я все еще не могу поверить, что ты застряла с Чон Чонгуком, — говорит Сыльги, когда я сажусь рядом с ней.
— Желаешь поменяться партнерами? — Хотя миссис Питерсон никогда не согласится на это, она ясно дала это понять.
Сыльги высовывает язык и корчит рожу.
— Ну уж нет, я ни за что в жизни не пойду в южные кварталы. Мешаться с той толпой не принесет тебе ничего, кроме проблем. Ты помнишь, как в прошлом году Алисия Макданиел встречалась с чуваком...как там его звали?
— Джейсон Авила? — подсказываю я тихо.
Сыльги слегка ежится.
— За считанные недели она превратилась из популярной девчонки в изгоя. Девушки с юга ненавидели ее за то, что она забрала одного из их парней, а с нами она просто перестала общаться. Эта маленькая парочка была на своем островке в полном одиночестве. Слава богу, что она порвала с ним.
Мы видим, как идет миссис Смол и несет в руках свой CD плейер, жалуясь на ходу, что кто-то передвинул его с его обычного места, поэтому она опоздала. Когда миссис Смол просит нас начать растяжку, Наён отодвигает Сыльги, чтобы удобнее было говорить со мной.
— У тебя большие неприятности, девушка.
— Почему?
У Наён самые большие "уши" в нашей школе, она всегда знает, что и где происходит.
— Ходит слух, что Дженни Ким ищет тебя, — говорит моя лучшая подруга.
О, нет. Дженни же девушка Чонгука. Я пытаюсь не впадать в панику и не думать о худшем, но Ким сильна, от своих крашеных красным ногтей, до ботинок стилетов на высоченном каблуке. Она что ревнует, что я партнерша Чона по химии или думает, это я стуканула на него сегодня директору?
По правде говоря, я на него не стучала. Меня вызвали в кабинет Агирре, потому, что кто-то на парковке видел нашу перепалку с Чонгуком и донес.
Агирре мне не поверил. Он считал, что я слишком напугана, чтобы сказать правду. Я не была напугана.
Но теперь я боюсь.
Дженни Ким может надрать мне задницу когда угодно. Она, скорее всего, упражняется с каким-нибудь холодным оружием, тогда как единственное оружие, которым владею я, это мои помпоны. Зовите меня сумасшедшей, но я сомневаюсь, что такая вещь как помпоны могут испугать такую девушку, как Дженни.
Может в первой мировой я бы произвела фурор, но в кулачном бою я профан. Парни дерутся из-за какого-то примитивного гена, заставляющего их доказывать что-то физически. Может Дженни Ким хочет мне что-то доказать, но я абсолютно в этом не нуждаюсь. Я не враг, но как мне дать ей знать об этом? Я же не могу просто подойти к ней и сказать: "Эй, Дженн, я не собираюсь кадрить твоего парня, и это не я донесла о нем Агирре".
Хотя, может и следовало бы.
Большинство людей думает, что меня ничего не беспокоит. И я не собираюсь их разубеждать. Я слишком долго трудилась над созданием этого образа, и не собираюсь сдаваться только потому, что какой-то бандит со своей девушкой тестируют меня.
— Меня это не волнует, — говорю я Наён .
Моя подруга качает головой.
— Я знаю тебя, Чим. Ты нервничаешь.
Вот теперь это заявление беспокоит меня больше, чем новость о том, что Дженни ищет меня. Я постоянно стараюсь держать всех на расстоянии, не давая возможности понять, что же на самом деле значит быть мной или жить в моем доме.
Но я позволила Наён узнать слишком много. Наверное, иногда следует попридержать коней в нашей дружбе, чтобы удостоверится, что она будет находиться на расстоянии вытянутой руки.
Мысля логически, у меня просто паранойя.Наён настоящий друг, она была со мной в прошлом году, когда я плакала по поводу нервного срыва моей матери и не сказала Наён причины.
Она позволила мне выплакаться даже после того, как я отказалась раскрывать подробности.
Я не хочу, закончить так же, как моя мать. Это самый большой страх в моей жизни.
Миссис Смол заставляет нас построится и включает музыку, смиксированную специально для нас музыкальной кафедрой, это микс рэпа и хип хопа и я начинаю считать. Мы назвали наш танец "Большие плохие бульдоги", потому, что символом нашей футбольной команды является бульдог. Мое тело отзывается ритму музыки, вот почему мне нравится быть частью группы поддержки. Музыка заставляет меня забыть обо всех проблемах дома. Музыка мой наркотик, это единственное, что отвлекает меня.
— Миссис Смол, давайте попробуем сегодня разорванную фигуру Т, вместо цельной Т, как обычно? — Спрашиваю я. — Затем перейдем в низкую и высокую V, передвинув вперед Чеён и Тэхен и Кейтлин, это будет лучше выглядеть.
Миссис Смол улыбается, бесспорно довольная моим предложением.
— Хорошая идея Чимин. Давай попробуем. Мы начнем с разорванной фигуры Т, локти вместе. Во время перестановки я хочу видеть Чеён, Тэхен и Кейтлин в первом ряду. И не забывайте держать колени согнутыми. Наён , попробуй сделать свои кисти продолжением руки, не сгибай их.
— Да мэм, — отвечает Наён позади меня.
Миссис Смол снова включает музыку. Ритм, лирика, звучание инструментов... проникают в мои вены и поднимают настроение, независимо от того, как я себя чувствовала до этого. Я танцую вместе с остальными девчонками и забываю о Дженни и Чонгуке , о матери и всем остальном.
Песня слишком быстро заканчивается. Мне хочется продолжать двигаться под ритм музыки и слов, когда миссис Смол выключает свой CD плейер. Вторая попытка выглядит лучше, но нам все еще нужно работать над построением и некоторые новенькие девчонки все еще путают шаги.
— Чимин, покажи пошагово связки новеньким и мы попробуем снова. Сыльги, возглавь старый состав, и повторите шаги, — инструктирует миссис Смол, протягивая мне плейер.
Тэхен в моей группе, она наклоняется, чтобы сделать глоток воды из своей бутылки.
— Не волнуйся насчет Дженни, — говорит она. — В большинстве случаев она лает больше, чем кусается.
— Спасибо, — говорю я.
Тэхен выглядит круто в своей бандане Кровавых Латино, тремя кольцами в брови и руками, постоянно сложенными на груди, в то время, пока она не танцует. Но у нее очень добрые глаза. И она много улыбается. Ее улыбка смягчает ее внешний вид, и если бы она завязала розовую ленту в волосах, вместо своей банданы, она бы выглядела очень женственно.
— Ты в моем классе на химии, так? — спрашиваю я.
Она кивает.
— И ты знаешь Чон Чонгука?
Еще один кивок.
— Те слухи, что ходят о нем, это все правда? — спрашиваю я осторожно, не зная, как она может отреагировать на это. Если я не буду осторожна, будет целый список людей, желающих разделаться со мной.
Каштановые волосы колышутся в такт словам Тэхен.
— Смотря, какой из слухов ты имеешь в виду.
В тот момент, как я готова выдать ей весь список слухов про него, его наркозависимость и многочисленные аресты, Тэхен говорит.
— Слушай, Чимин, мы никогда не будем друзьями, но дай мне сказать кое-что, неважно насколько отвратительно Чонгук вел себя по отношению к тебе сегодня, он не настолько плох, как все думают. Он даже не настолько плох, насколько хотел бы казаться.
И прежде, чем я могу задать еще один вопрос, Тэхен возвращается обратно в строй.
Полтора часа спустя, мы все измотаны и раздражены, наша тренировка закончена. Я подхожу к взмыленной Тэхен похвалить ее за отличную работу на тренировке.
— Правда? — Спрашивает она удивляясь.
— Ты очень быстро все схватываешь, — отвечаю я. И это правда. Для девчонки, которая не пробовалась в группу поддержки первые три года старшей школы, она догоняет все очень быстро.
— Именно поэтому мы поставили тебя в первый ряд.
Тэхен открывает рот от изумления, интересно, верила ли она слухам обо мне. Она права, мы никогда не будем друзьями, но и врагами тоже.
После тренировки мы с Наён идем к машине, она, не переставая, переписывается смсками со своим парнем Дугом.
Я замечаю бумажку, воткнутую в один из дворников моей машины. Достав ее оттуда, я понимаю, что это синий билет на отработку наказания Чонгука. Смяв его в руке, я заталкиваю его в сумку.
— Что это было? — спрашивает Наён .
— Ничего, — отвечаю я, надеясь, она поймет подтекст того, что я не хочу об этом говорить.
— Подождите, девчонки, — кричит Сыльги, подбегая к нам. — Я видела Колина на футбольном поле. Он просил подождать его.
Я смотрю на часы, уже почти шесть и я хочу пораньше попасть домой, чтобы помочь Багде приготовить ужин для моей сестры.
— Я не могу.
— Дуг только что прислал мне смс, — говорит Наён. — Он приглашает всех к нему домой есть пиццу.
— Я могу пойти, — отвечает Сыльги , — мне ужасно скучно, Тайлер вернулся в Пурдю, и я, скорее всего, не увижу его несколько недель.
Продолжая писать смс, Наён интересуется.
— Я думала, ты собиралась поехать к нему на выходные.
Подбоченившись, Сыльги отвечает.
— Так и было, пока он не позвонил и не сказал, что всем новичкам ради принятия в братство прийдется ночевать в каком-то доме для прохождения обряда инициации. До тех пор, пока пенис Тайлера остается в целости и сохранности, я счастлива.
При упоминании пениса, я ищу ключи в своей сумке. Когда Сыльги заводит разговор о пенисах и сексе, лучше тикать, потому что она никогда не остановится. И по причине того, что я не собираюсь обсуждать с ними эту сторону моей жизни (или точнее отсутствие таковой), пора уходить. Идеальное время для побега.
Когда я, наконец, вылавливаю ключи из сумки,
Наён говорит, что ее заберет Дуг, поэтому по дороге домой я одна.
Мне нравится быть одной. Не надо ни перед кем притворяться, могу даже врубить музыку, если захочу.
Только начав наслаждаться музыкой, я чувствую, как вибрирует мой телефон. Достав его из кармана, вижу два голосовых сообщения и одну смс, все от Колина. Звоню ему на сотовый.
— Чим, ты где?
— По дороге домой.
— Приезжай к Дугу.
— У моей сестры новая сиделка, — отвечаю я. — Нужно помочь ей.
— Ты все еще сердишься, что я наехал на твоего бандитского партнера по химии?
— Я не сержусь. Мне просто неприятно. Я сказала, что сама разберусь, а ты абсолютно меня проигнорировал. И еще устроил эту сцену в коридоре. Ты знаешь, что я не напрашивалась к нему в партнеры, — говорю я Колину.
— Я знаю, просто я ненавижу этого придурка. Не сердись.
— Я не сержусь. Мне не нравится, что ты взбесился безо всякой причины.
— А мне не нравится, что этот урод что-то говорил тебе на ухо.
Я почувствовала приближающуюся головную боль. Мне совсем не нужно, чтобы Колин устраивал сцену, каждый раз как какой-нибудь парень всего лишь заговорит со мной. Раньше он так себя не вел, а это открывает возможность сплетен обо мне, то, чего я совсем не желаю.
— Давай просто забудем, что это произошло.
— Я согласен. Позвони мне вечером. А если сможешь, приезжай к Дугу, я буду там, — говорит Колин.
Приехав домой, я нахожу Багду в комнате Шелли на первом этаже. Она пытается сменить специальное непротекающее нижнее белье
Шелли, которая при этом находится абсолютно в неправильной и неудобной для этого позе. Багда кряхтит и вздыхает, как будто это самое сложное, что ей приходилось делать в жизни. Читала ли моя мать вообще ее резюме?
— Я сделаю это, — говорю я, отодвигая ее в сторону и принимаясь за дело. Я меняла белье моей сестры с тех пор как мы были детьми. Это совсем нелегко, менять белье на человеке, который весит больше тебя, но если знать, как это делать правильно, это не превращается в длинный и муторный процесс. Шелли широко улыбается, когда видит меня.
— Димии, — моя сестра не может произносить слова целиком, поэтому она использует созвучия. "Димии" означает "Чимин", я улыбаюсь ей в ответ, меняя ее положение на более удобное.
— Привет, девочка моя, ты уже проголодалась? — говорю я, вытаскивая влажную салфетку из пачки и пытаясь не думать о том, что я делаю. Багда наблюдает со стороны, как я натягиваю на Шелли новую пару белья и спортивные штаны. Я пытаюсь объяснять, что я делаю, но один взгляд на Багду дает мне понять, что она меня не слушает.
— Твоя мама сказала, что я могу уйти, когда ты приедешь, — говорит она.
— Хорошо, — отвечаю я, моя руки. И прежде чем успеваю опомниться, Багды уже нет.
Я качу Шелли в ее коляске на кухню. На нашей обычно чистенькой кухне царит абсолютный бардак. Багда не вымыла тарелки после обеда, и они теперь возвышались горой в мойке. К тому же, она даже не потрудилась протереть пол после реакции Шелли на ее обед.
Я готовлю ужин сестре и вымываю все вокруг.
Шелли печатает слово "школа", которое в итоге звучит как "кола", но я понимаю, что ее интересует.
— Да, сегодня был мой первый день в школе, — ставя перед ней тарелку с измельченной в блендере едой и, запихивая первую ложку ей в рот, продолжаю:
— Моя учительница химии, должна быть надзирателем в какой-нибудь школе для трудных детей. Я просмотрела расписание, эта дамочка не сможет прожить и недели, чтобы не втиснуть тест или контрольную. Этот год не будет легким.
Моя сестра смотрит на меня, пытаясь разобрать мои слова. Выражение на ее лице дает мне понять, что она поддерживает и понимает меня без необходимости что-то говорить. Потому, что каждое, произнесенное ею слово, это пытка. Иногда мне просто хочется произносить эти слова за нее, я чувствую ее раздражение, как будто оно мое собственное.
— Тебе не понравилась Багда? — спрашиваю я.
Она качает головой. И она не хочет говорить об этом, я вижу это по тому, как она сжимает рот в тоненькую линию.
— Будь к ней терпеливей, — прошу я. — Это нелегко, прийти в чужой дом и не знать, что надо делать.
Когда моя сестра заканчивает с едой, я приношу ей журналы. Она их обожает. Пока она листает страницы, я делаю себе бутерброд с сыром и сажусь за домашнюю работу, пока ем.
Только достав тетрадный лист, на котором мне нужно написать эссе об 'уважении' для миссис Питерсон, я слышу открывающуюся дверь гаража, через несколько мгновений мать кричит из прихожей.
— Чим, ты где?
— На кухне, — отвечаю я, также повышая голос.
Моя мать медленно заходит на кухню с пакетом Ньюман Маркус в руках.
— Это тебе.
Я заглядываю в пакет и достаю светло синюю дизайнерскую блузку от Герен Форд.
— Спасибо, — говорю я, пытаясь не делать из этого ничего особенного перед моей сестрой, которой мама ничего не принесла. Не то, чтобы Шелли особо это интересует. Она сосредоточена на лучших и худших нарядах знаменитостей и их украшениях на страницах журнала.
— Она отлично будет смотреться с теми темными джинсами, которые я купила тебе на прошлой неделе, — говорит она, доставая стейк из морозилки и засовывая его в микроволновку для разморозки. — Ну, как тут шли дела у Багды, когда ты приехала домой?
— Не лучшим образом, — говорю я. — Тебе действительно нужно ее многому научить.
И я не удивляюсь, когда она мне не отвечает.
Минуту спустя заходит мой отец, что-то ворча о работе. Он владеет компанией по производству компьютерных чипов, и он нас предупреждал, что этот год, будет достаточно скуден, хотя моя мать до сих пор ходит по магазинам и покупает, что ей вздумается, а сам папа подарил мне БМВ на день рождения.
— Что на ужин? — спрашивает он, развязывая галстук. Папа выглядит усталым и помятым, впрочем, как всегда.
Мама кидает взгляд на микроволновку и отвечает:
— Стейк.
— Я не в настроении для тяжелой пищи, может что-нибудь полегче? — предлагает он.
Мама мгновенно выключает микроволновку.
— Яйца? Спагетти? — перечисляет она, но он ее не слушает.
Отец просто выходит из кухни. Даже когда он уже дома, все его мысли сосредоточены на работе.
— Все равно. Но что-нибудь полегче, — кричит он.
В такие времена мне очень жаль мать. Она совсем не удостаивается его внимания. Он на работе, либо в командировке, либо просто не хочет с нами возиться.
— Я сделаю салат, — говорю я, доставая капусту из холодильника.
Она выглядит благодарной за помощь, если эта улыбка на самом деле это выражает. Мы готовим вместе в полной тишине. Я сервирую стол, в то время как она приносит салат, жареные яйца и тосты. Она бурчит что-то о том, что ее никто не ценит, но я догадываюсь, мне не нужно на это отвечать. Шелли продолжает разглядывать журналы, не замечая напряженность между нашими родителями.
— Я уезжаю в Китай на две недели в эту пятницу, — сообщает отец, вернувшись на кухню в футболке и домашних штанах. Он занимает свое место во главе стола и подцепляет вилкой себе яиц. — Наш поставщик присылает оттуда дефектный товар, нужно поехать разобраться с этим.
— А как же свадьба ДеМайо? Это в этот уикенд и мы уже дали согласие.
Мой отец откидывает вилку.
— Ну, да. Я уверен, что свадьба парня ДеМайо гораздо важнее спасения моего бизнеса.
— Я не имела в виду, что твой бизнес менее важен, — говорит она, бросая вилку на тарелку. Я удивляюсь, как наши тарелки еще целы. — Просто это не вежливо, отказываться в последний момент.
— Ты можешь пойти одна.
— И начать волну слухов, почему я была без тебя? Ну, нет. Спасибо.
Это вполне стандартный разговор за ужином в семье Пак. Мой отец говорит как тяжела его работа, мать пытается сохранить вид того, что мы счастливая семья, а я и Шелли просто сидим молча в сторонке.
— Как школа? — Спрашивает, наконец, мама.
— Хорошо, — отвечаю я, умалчивая о том, что Чонгук мой партнер по химии. — У нас очень сильная преподавательница химии.
— Тебе, наверное, не следовало выбирать химию, — вставляет отец. — Если ты не получишь пятерку, твои шансы на поступление сильно упадут. В Нордвестерн трудно попасть, и они не сделают тебе поблажку только потому, что я там учился.
— Я поняла, пап, — отвечаю я, абсолютно расстроившись. Если Чонгук будет несерьезно относиться к нашему проекту, как, скажите на милость, я получу пятерку?
— У Шелли сегодня была новая сиделка, — напоминает мать отцу. — Помнишь?
Он немного передергивает плечами, потому, что когда предыдущая сиделка уволилась, он предложил отправить Шелли жить в какой-нибудь пансионат. Я не помню другого раза, когда еще я так кричала, я не позволю им отправить Шелли в какое-то заведение, где моей сестрой будут пренебрегать. Мне нужно заботиться о ней. Именно поэтому я собираюсь в Нордвестерн. Если я буду учиться поблизости, я смогу жить здесь и не позволю родителям куда-нибудь ее отправить.
В девять звонит Чжихё , чтобы пожаловаться на
Сыльги. Она считает, что Сыльги изменилась за лето, и теперь возгордилась тем, что она встречается с парнем из колледжа.
В девять тридцать позвонила Сыльги, чтобы сообщить мне, что Чжихё завидует ей, потому, что она встречается с парнем из колледжа.
В девять сорок пять позвонила Наён и сказала, что разговаривала с обеими и не хочет вмешиваться в эту историю. Я согласна, но боюсь, мы уже вмешаны.
Было уже без пятнадцати одиннадцать, когда я закончила, наконец, свое эссе для миссис Питерсон и помогла матери уложить Шелли. Я так устала, такое чувство, что голова сейчас просто отвалится.
Когда я легла в кровать, уже переодевшись в пижаму, я набрала номер Колина.
— Привет, крошка. Что делаешь? — Спрашивает он.
— Ничего особенного. Было весело у Дуга сегодня?
— Не так весело, как могло бы быть, если бы ты была там.
— Когда ты вернулся?
— Примерно час назад. Я рад, что ты позвонила.
Я натягиваю свое розовое одеяло до подбородка и поудобнее устраиваюсь на подушке.
— Правда? — говорю я своим флиртующим тоном, — Почему?
Он уже очень долгое время не говорил, что любит меня. Я знаю, конечно, он не самый нежный человек на земле. Также как мой отец. Но мне нужно услышать это от Колина. Мне нужно услышать, что он любит меня, что он скучал по мне. Я хочу услышать от него, что я девушка его мечты.
— У нас никогда не было секса по телефону, — говорит Колин, прочистив горло.
Ок, это не совсем то, что я хотела услышать. Я не должна быть разочарована или удивлена. Он молодой парень и в его возрасте это нормально быть помешанным на сексе и всем прочем.
Сегодня, прочитав записку Чонгука о горячем сексе, я постаралась отогнать то чувство в животе, которое она вызвала. Вот бы он удивился, узнав, что я девственница.
Колин и я никогда не занимались сексом, точка. Сексом по телефону или просто сексом.
Мы почти сделали это в прошлом году, на заднем дворе у Наён , но я испугалась, я не была готова.
— Секс по телефону?
— Ну, да. Чим, потрогай себя где-нибудь и опиши это мне. Меня это точно заведет.
— И пока я буду себя трогать, что ты будешь делать? — спрашиваю я его.
— Душить моего суслика, конечно. Не думаешь же ты, что я буду делать домашку?
Я смеюсь. По большей части это нервный смешок, мы не виделись долгих два месяца и почти не разговаривали, и теперь он хочет перейти от "привет, рад тебя видеть после целого лета порознь" к "трогай себя пока я буду душить суслика" за один день. Я чувствую себя героиней одной из песен Пета МакКурди.
— Ну, давай же, Чим. Думай об этом как о репетиции, прежде, чем мы сделаем это по-настоящему. Сними футболку и потрогай себя.
— Колин... — говорю я.
— Что?
— Прости, но я не в настроении для этого. По крайней мере, сейчас.
— Ты уверена?
— Да, ты злишься?
— Нет, — отвечает он. — Я думал, что это будет весело, придаст огня нашим отношениям.
— Я не знала, что нам это нужно.
— Школа... футбольная практика... тусовки, после лета порознь мне надоела эта рутина. Все лето я катался на водных лыжах, занимался вейкбордингом, катался по бездорожью. Все эти вещи заставляли мое сердце биться как сумасшедшее, ты понимаешь, о чем я? Чистый адреналин.
— Звучит обалденно.
— Так и было, Чим.
— Ок.
— Я хочу снова ощутить этот адреналин... с тобой.
ЧОНГУК
Я толкаю парня прямо на его красавец Камаро, черного цвета, который, наверное, стоит больше, чем моя мама зарабатывает за год.
— Значит так, Блейк, — говорю я. — Или ты платишь сейчас, или я сломаю что-нибудь твое. Не твою мебель и даже не твою долбаную тачку... что-нибудь жизненно важное для тебя, ты понял?
Блейк, тоще фонарного столба, и белее снега, таращится на меня, как будто я ему только что вынес смертный приговор. Ему следовало думать об этом раньше, когда он взял Большую
Восьмерку и свалил не заплатив.
Как будто Гектор когда-нибудь позволил бы такому случиться.
Как будто я позволил бы такому случиться.
Когда Гектор отправляет меня 'собирать', я делаю это. Может мне это и не нравится, но я это делаю. Он знает, что я не буду проводить сделки с наркотой, вламываться в чьи-то дома или связываться с угоном. Но я хорош при собирании...долгов, в основном. Иногда меня отправляют на поиски людей, но обычно это превращается в грязное дело, особенно при том, что я знаю, что случится с этими людьми, когда я притащу их на склад и им придется встретиться с Шу. Никто не хочет встречаться с Шу. Это намного хуже, чем встретиться со мной. Блейк должен быть счастлив, что это меня послали его искать, а не Шу. Будет приуменьшением сказать, что я не живу безупречно чистой жизнью. Я пытаюсь много не думать об этом, грязную работу я делаю только для Кровавых. И я хорош в этом. Пугать людей, чтобы они платили нам, что наше, вот в чем состоит моя работа.
Технически, мои руки чисты от наркотиков. Хотя деньги за наркотики частенько попадают ко мне в руки, но я просто отдаю их Гектору. Я не живу на них, только собираю.
Это делает меня пешкой, я знаю. Но пока моя семья защищена, мне плевать. К тому же я хорош в драке. Вы не представляете, сколько людей ломаются только от угрозы сломать им пару костей. Блейк совсем не отличается от тех, кому я угрожал раньше. Я вижу это потому, как он весь трясется, пытаясь сохранить маску безразличия.
Вы можете подумать, что Питерсон тоже может меня бояться, но я уверен, эта преподша не выкажет страха, даже если я кину настоящую гранату ей в руки.
— Я не собрал деньги, – выпаливает Блейк. —
— Такой ответ не прокатит, чувак, — произносит Хосок откуда-то сбоку.
Ему нравится сопровождать меня. Он думает, что мы играем в плохой полицейский — хороший полицейский. За исключением того, что на самом деле мы играем в плохой бандит — отвратительный бандит.
— Какую конечность ты хочешь, чтобы я сломал тебе первой? — спрашиваю я. — Я буду хорошим и дам тебе выбрать.
— Просто поджарь его ленивую задницу, и покончи с этим, — говорит Хосок.
— НЕТ!!! — кричит Блейк. — Я найду их. Я обещаю. Завтра.
Я прижимаю его к машине, мой локоть слегка надавливает ему на горло, достаточно, чтобы испугать.
— Как будто я поверю твоему слову. Ты думаешь, мы тупые? Мне нужен залог.
Блейк не отвечает.
Я киваю на его машину.
— Нет, только не машина. Чонгук, пожалуйста.
Я достаю пушку, но не собираюсь в него стрелять. Неважно кто я такой или что со мной будет, но я никогда не буду стрелять в человека. Хотя Блейку об этом знать необязательно.
При первом же взгляде на мой Глок, Блейк протягивает мне ключи.
— О, боже. Пожалуйста, не надо.
Я выхватываю у него ключи.
— Завтра, Блейк. В семь вечера позади старых путей на Четвертой и Вайн. А теперь убирайся отсюда, — говорю я, давая ему понять, что пора бежать.
— Я всегда хотел иметь камаро, — говорит Хосок, когда Блейка и след простыл.
— Она твоя... до завтра, — и я кидаю ему ключи.
— Ты, правда, думаешь, что он наскребет четыре штуки за один день?
— Да, — говорю я в полной уверенности. — Эта тачка стоит гораздо больше, чем четыре штуки.
Вернувшись на склад, мы отчитались перед Гектором. Он не очень доволен, что мы не собрали, но он знает, что я это сделаю. Я всегда довожу все до конца.
Дома, в постели я долго не могу уснуть, потому, что мой младший брат Луис ужасно храпит. Он так сладко спит, такое чувство, что его больше ничего в этом мире не беспокоит. Насколько мне по барабану, когда я угрожаю такому неудачнику наркодиллеру, как Блейк, мне до чертиков хотелось бы найти что-то, за что стоило бы бороться.
Неделю спустя, я сижу на траве во дворе школы и доедаю свой обед под деревом. Большая часть студентов Фейрфилд ест снаружи до конца октября, пока иллинойская погода не вынуждает нас сидеть в столовой во время обеда.
Поэтому сейчас мы наслаждаемся каждой минутой свежего воздуха и солнца, пока на улице еще терпимо.
Мой друг Лаки, подходя ближе в своей безразмерной футболке и черных джинсах, хлопает меня по спине и садится рядом на траву вместе со своим подносом.
— Ты готов к следующему уроку, Чонгук? Я клянусь, Пак Чимин ненавидит тебя как чуму, чувак. Смешно наблюдать, как она отодвигается на стуле так далеко, от тебя, насколько возможно.
— Лаки, — говорю я, – она может и mamacita, но у нее ничего нет для этого hombre[мужчины]. — И я указываю на себя.
— Скажи это своей маме, — говорит Лаки, смеясь.
— Или Колину Адамсу.
Я облокачиваюсь спиной о дерево и складываю руки на груди.
— У меня была физкультурара в прошлом году вместе с Адамсом. Поверь мне, ему нечем хвастаться.
— Ты все еще бесишься, что он выпотрошил твой шкафчик три года назад за то, что ты надрал ему задницу перед всей школой на той эстафете.
Ха, конечно я бешусь. Этот маленький инцидент стоил мне прилично бабла, когда пришлось покупать все новые книги.
— Вчерашние новости, — говорю я Лаки, сохраняя обычную маску хладнокровия.
— 'Вчерашние новости' сидят вон там со своей горяченькой подружкой.
Один взгляд на Маленькую Мисс Perfecta и у меня включается защитный механизм. Она считает я законченный нарик. Каждый день я обязан терпеть ее в классе по химии.
— У этой девки ветер в голове, чувак, — отвечаю я.
— Я слышал, как она поливала тебя грязью перед своими друзьями, — говорит Югем, который вместе с другими ребятами присоединяются к нам, неся либо подносы со столовой, либо принесенную с собой еду.
Я качаю головой, мне интересно, что говорила Чимин и насколько это мне навредит.
— Может она меня хочет и не знает другого способа, как завоевать мое внимание.
Лаки смеется так громко, что все в районе нескольких метров пялятся на нас.
— Пак Чимин никогда не подойдет к тебе ближе чем на пять метров по своей собственной воле, не то, что встречаться с тобой, — говорит он. — Она так богата, шарф, который она одевала на прошлой неделе, наверное, стоит больше, чем всё en tu casa[в твоём доме].
Тот шарф. Как будто дизайнерские джинсы и блузка были недостаточно модными, она, скорее всего, добавила его, чтобы показать всем, насколько она богата и неприкасаема. Зная ее, уверен, что она сделала его на заказ, под цвет своих сапфировых глаз.
— Черт, ставлю свою RX-7, что ты не сможешь залезть к ней в трусики до дня благодарения, — бросает мне вызов Лаки, прерывая мои сбившиеся мысли.
— Кому нужны ее трусики? — говорю я. — Они, небось, тоже от кутюрье, с вышитыми на них инициалами.
— Каждому чуваку в этой школе.
Неужели мне придется признать очевидное?
— Она белая, меня не привлекают белые девчонки, или избалованные девчонки, или девчонки, для которых идея тяжкого труда — это красить ногти каждый день под цвет своих дизайнерских шмоток.
Дженн в этом плане была исключением.
Не то чтобы меня волнует цвет кожи Пак Чимин. Мне нужна причина.
Я достаю из кармана сигарету и поджигаю ее, игнорируя Фейрфилдское правило о запрете на курении. В последнее время я много курю. Хосок тоже обратил на это внимание вчера вечером, когда мы зависали вместе.
— И что, что она белая. Чонгук, ты только посмотри на нее.
Я поднимаю взгляд. Да, она что надо. Длинные, переливающиеся волосы, аристократичный нос с маленькой горбинкой , слегка загорелые руки, на бицепсах выступают незначительные мышцы, что заставляет тебя гадать тренируется ли она, полные губы, а когда она улыбается, ты думаешь, что мир на земле был бы возможен, если бы у всех была ее улыбка.
Я выкидываю эти мысли из своей головы. Ну, она соблазнительна, и что? Она первоклассная стерва.
— Слишком худая, — выпаливаю я, несмотря на то, что это совсем не так.
У Чимин довольно аппетитная фигура.
— Ты хочешь ее, — говорит Лаки ложась на траву. — Просто ты знаешь, как и все остальные Mexicano с южной стороны, что ты не можешь обладать ею.
Что-то щелкает внутри меня. Зовите это защитным механизмом или самоуверенностью, но прежде, чем я успеваю это выключить, я говорю.
— Через два месяца эта милая задница будет моей, если ты все еще хочешь поставить свою RX-7, я согласен.
— Ты гонишь, — и когда я не отвечаю, — Чонгук, ты, что серьезно?
Парень пойдет на попятные, он любит свою тачку больше, чем родную мать.
— Конечно.
— Если ты проиграешь, я получу Хулио, — говорит Лаки и расплывается в насмешливой улыбке.
Хулио, это мое самое ценное владение. Мотоцикл Хонда Найтхаук 750. Я вытащил его с помойки и превратил в конфетку.
Починить мотоцикл заняло у меня вечность. Это единственная вещь в моей жизни, которую я сделал лучше, вместо того, чтобы уничтожить.
Лаки не отступает. Пора это сделать мне или принять пари. Проблема в том, что я не отступал... ни разу в своей жизни.
Самая популярная девчонка в школе узнает много нового, встречаясь со мной. Маленькая Мисс Perfecta сказала, что она никогда не будет встречаться с бандитом, но я уверен, что никто из Кровавых Латино раньше не пытался залезть в эти дизайнерские штаны.
Так же легко, как драка в субботнюю ночь между враждующими бандами, Фолком и нами.
Спорю, все, что нужно, чтобы заставить Чимин прийти ко мне, это немного флирта. Знаете, той игры в «дай и отбери», которая повышает интерес к противоположному полу. Я могу убить двух зайцев одним ударом: расквитаться с Ослиной Мордой, отобрав у него девчонку и отомстить Пак Чимин за то, что это по ее вине меня вызвали в офис директора и за то, что она поливала меня грязью перед своими друзьями.
Может это будет даже весело.
Я представил, как вся школа будет наблюдать за тем, как белая телка будет пускать слюни по парню из района латино, которого она поклялась ненавидеть. Она очень больно шлепнется на свой точеный зад, когда я закончу с ней.
Я протягиваю руку.
— Заметано.
— Тебе придется представить доказательства.
Я достаю еще одну сигарету.
— Лаки, что ты хочешь, чтобы я сделал? Вырвал пару волос с ее лобка?
— Откуда мы узнаем, что они ее? — отвечает он. — Может она не настоящая блондинка. Да и вообще, она, наверное, делает себе одну из этих бразильских депиляций, ну когда там все...
— Сделай фото, — говорит Югем. — Или видео. Я уверен мы сможем продать muchos billetes[банкнот] на это зрелище. Мы назовем его Чимин идет к южным границам.
Именно такого рода треп и создает нам плохую репутацию. Не то, чтобы богатенькие пацаны не треплются на эти темы. Я знаю, что они тоже это делают. Просто когда это начинается у моих друзей, тут уж без тормозов. Если быть честным, я думаю, они могут быть достаточно забавными, насмехаясь над кем-то еще. Но когда их центром насмешек становлюсь я, это становится совсем не смешным.
— Что нового? — спрашивает Хосок, присоединяясь к нам с подносом в руках.
— Я поспорил свою тачку на мотоцикл Чонгука, что он не сможет залезть Пак Чимин в штаны.
— Ты что loco[сумасшедший], Чонгук? — говорит Хосок. — Ввязываться в такого рода спор просто самоубийство.
— Расслабься, Хос, — отвечаю я. Это не самоубийство. — Это глупо, я согласен. Но не смертельно. Если я мог справиться с горячей Дженни Ким, то смогу справиться с ванильной печенькой Пак Чимин.
— Пак Чимин вне твоей лиги, amigo[друг]. Ты может и красавчик, но...
Девушка, на год нас младше, Летиция Гонзалес, проходит мимо и улыбается.
— Привет, Чонгук, — здоровается она и подсаживается к своим друзьям. Остальные парни передвигаются ближе к Летиции и ее компании, и мы с Хосоком остаемся под деревом одни. Он толкает меня локтем.
— Вот она, bonita Mexicana, и точно в твоей лиге.
Мой взгляд прикован не к Летиции, а к Чимин. Теперь, когда игра началась, мне лучше сфокусироваться на призе. Время начать флиртовать, но никакие фразочки клише не сработают с ней. Я думаю, она слышала их достаточно от своего дружка и остальных, пытающихся затащить ее в постель.
Я же думаю использовать другую тактику, ту, которую она не будет ожидать. Я буду продолжать ерошить ее перышки, пока я не стану всем, о чем она думает. И я начну прямо на следующем уроке, когда она будет обязана сидеть рядом со мной. Ничего нет лучше маленькой прелюдии на уроке химии, чтобы разжечь ощущения.
—Carajo[бля], — говорит Хосок, отбрасывая в сторону свой ланч. — Они думают, что могут купить ракушку формой U, набить ее и назвать тако, но эти работники столовки не отличили бы мясо тако от куска дерьма. Вот, какое их тако на вкус, Чонгук.
— Меня от тебя тошнит, чувак, — отвечаю я.
Я неловко смотрю на остатки своего обеда, который я принес из дома. Благодаря Хосоку теперь все выглядит как mierda[дерьмо].
Передернувшись от отвращения, я запихиваю остатки в пластиковый пакет.
— Хочешь немножко этого? — спрашивает Хосок, держа свой отстойный тако перед моим лицом.
— Поднеси это еще на сантиметр ближе к моему лицу, и ты пожалеешь, — угрожаю я.
— Я просто умираю от страха.
Хосок трясет этим несчастным тако передо мной. Ему следовало бы знать меня лучше.
— Если хоть капля этой фигни попадет на меня...
— И что ты сделаешь, надерешь мне задницу? — спрашивает Хосок с сарказмом, продолжая трясти тако. Может мне стоит дать ему в репу, и вырубить его, чтобы не разбираться с ним сейчас.
Как только я об этом думаю, я чувствую, как что-то падает мне на штаны. Я смотрю вниз, хотя я уже знаю, что я увижу. Прямо в промежности моих линялых джинс лежит кусок этой мокрой, жирной фигни, которая была внутри злосчастного тако.
— Черт, — произносит Хосок и выражение на его лице быстро сменяется от удивления к ужасу. — Хочешь, я их почищу?
— Если ты хотя бы пальцем притронешься к моему члену, я собственноручно прострелю тебе huevos[яйца], — произношу я сквозь зубы.
Я стряхиваю это мистическое мясо, но под ним остается отвратительное жирное пятно.
— У тебя есть десять минут, чтобы достать мне новые брюки.
— Откуда я тебе их возьму?
— Будь креативен.
— Возьми мои, — говорит Хосок, вставая и начиная расстегивать верхнюю пуговицу прямо посреди двора.
— Может я выразился недостаточно ясно, — как только я буду пытаться закадрить девчонку на химии, когда я выгляжу, как будто я обоссал себе штаны. — Достань мне штаны, в которые я влезу, pendejo[мудак]. Ты же коротышка, можешь даже пробоваться на роль одного из эльфов Санта Клауса.
— Я терплю твои насмешки только потому, что мы почти как братья.
— Девять минут и тридцать секунд.
Это заставляет Хосока бежать в сторону парковки.
Мне на самом деле по барабану, откуда я возьму штаны, главное, чтобы я получил их до начала следующего урока. Мокрые джинсы не помогут мне показать Чимин, что я офигенный парень.
____________________________________
Глава вышла крупной нежели предыдущие, но лучше так, чем маленькая не блещущая событиями.
Надеюсь вас это не утомит)
А я тем временем влюблена в персонажа Тэхена и ужасно импонирую Хосоку