Тридцать Два
Тэхен стоял у надгробия с букетом хризантем в руках. Глаза его остекленели и не выражали ничего. Сегодня этот день. День смерти его матери.
- Как ты? - к Тэхену подошёл Чонгук с букетом лилий в руках.
Альфа положил цветы рядом с надгробием и обнял Тэхена со спины. Ким никак не реагировал. Какое то время они просто стояли, не произнося ни слова.
- Интересно, а она наблюдает за мной от туда? - хрипловатым голосом произнёс Ким. - Мёртвые вообще видят своих родных? Хотя вряд ли она захотела бы на меня смотреть.
- Перестань, Тэ. Это вовсе не твоя вина.
Тэхен закрыл глаза. Он вспомнил тот день и передёрнулся.
Flashback
Тэхен 12 лет.
Была ночь.Тэхен вместе со своей мамой вышли из отеля и направились к парку аттракционов.Тогда они были в Инчоне. Приехали туда на каникулы.
- Мам, а отец не пойдёт с нами?
- Конечно пойдёт. Он, между прочим, уже там. Ждёт нас, - улыбнулась женщина. - Так что пошли скорее.
- Пошли. - Тэхен потащил смеющуюся женщину к пешеходному переходу. Они спокойно переходили его с остальной толпой, но вдруг, откуда ни возьмись появился грузовик. Он превышал положенную скорость и его постоянно заносило то влево то вправо. Видимо, водитель был пьян. Тэхен не замечал грузовика и продолжал с улыбкой на лице переходить дорогу.
- Тэхен! - женщина подбежала к сыну и с силой оттолкнула сына к тротуару.
Тэхен упал на асфальт и разбил себе обе коленки. Но он успел спастись. Чего не скажешь о его маме. Она и ещё пара человек не успели вовремя среагировать и попали под колёса грузовика.
- Мама! - закричал Тэхен.
Омега, не обращая внимания на кровь, текущую из коленей и жуткую боль, подбежал к маме. Вокруг женщины постепенно увеличивалась лужа крови.
- Нет! Мама! Мама очнись! Прошу тебя! - Тэхен взял лицо женщины в руки. Его глаза постепенно наполнялись слезами. - Ты же сильная, мам. Ты справишься. Пожалуйста, мама!
Скорая приехала через десять минут. Пострадавших положили в носилки и увезли. Тэхен не хотел отходить от мамы и вцепился в её руку мёртвой хваткой, поэтому его взяли с собой. Всю дорогу ребёнок плакал и умолял маму очнуться.
Тэхен сидел на неудобном, жёстком стуле, пока врачи пытались помочь маме. Скоро в больницу ворвался отец. Лицо его было бледнее полотна. Он заметил сына и подбежал к нему. Тэхен бросился отцу на шею и зарыдал. Отец никак не реагировал. Взгляд его был пустым.
Через пару часов из палаты вышел врач. Тэхен и отец подскочили к нему. Врач покачала головой. Им удалось спасти только двоих. Ещё двое, в том числе и мама Кима, умерли.
Тэхен обессиленно опустился на пол. Слёзы всё текли и текли, тело била крупная дрожь.
- "Это я виноват" - единственное, что пронеслось у него в голове в тот момент. Мама погибла из за него.
End Flashback
Чонгук крепче обнял омегу и оперся головой о голову Кима.
- Не вини себя. Она пожертвовала собой по собственному желанию. Она хотела чтобы ты продолжил жить.
Тэхен рвано выдохнул. Слёз больше не было. За эти годы они уже иссохли. Но боль внутри никуда не делась.
- Знаешь что мне снилось первые месяцы после её смерти? Мне снилась Боль. В смысле боль как существо. Боль - женщина. Она не молодая, но и не старая. Кожа её бледная, даже сероватая. На впалых щеках немного веснушек коричневатого цвета. Под тусклыми и безжизненными глазами лежат чёрные огромные мешки. Чёрные густые волосы доходят до поясницы. Одета Боль в белое платье без рукавов, которое мешком висит на костлявом теле. Обувь она никогда не надевает. В левую руку воткнуто штук десять лезвий. Кажется, что стоит совсем чуть чуть надавить на них, и всё. Она никогда не произносит ни слова. Но крики её невыносимы. От этих криков в ушах начинает плавиться сера. В моих снах она чаще всего сидит на набережной и смотрит вдаль. Если взять её за левую руку, то на тебя водопадом обрушиться всё то плохое, что когда либо происходило с тобой. Ты начнёшь корчиться и извиваться. Все твои самые страшные кошмары влезут тебе в голову. Тебе будет настолько плохо, что начнёшь кричать до срыва голоса и биться головой о стену. Ты будешь умолять её отпустить руку и забрать весь этот ужас. Но Боль сделает это лишь тогда, когда сама решит достаточно это или нет. Но некоторым людям Боль просто необходима. Во снах она протягивает им левую руку и мучает. И она всегда со мной. Всегда стоит где то в тени и ждёт момента, когда можно будет протянуть мне руку. И неважно, хочу я этого или нет. Боль всегда рядом. - безжизненным голосом говорил Ким.
- Тэ... - Чонгук уткнулся лицом в макушку омеги. Он не знал как ему помочь. Как избавить его от этих мучений.
Альфа не придумал ничего лучше, чем развернуть его к себе и спрятать в своих объятиях, поглаживая макушку. Тэхен стоял, уткнувшись Гук лицо в грудь, и прикрыв глаза.
- Она сниться тебе каждый год?
- Нет. Теперь уже нет. Но когда мне просто невыносимо на душе она приходит в мои сны и тянет ко мне левую руку. Я уже более менее свыкся, поэтому мне не настолько паршиво. Но как же это ужасно... - Тэхен начал дрожать. Слёз по прежнему не было. Была только ноющая боль в груди и крупная дрожь.
- Тэ...Успокойся. Я рядом. Я защищу тебя. Пожалуйста. - шептал Чон.
- Защитишь от моих снов? - усмехнулся Тэхен. - Вот это да. Не знал, что ты на такое способен.
Чонгук понимал, как Киму сейчас плохо, поэтому проигнорировал сарказм омеги.
- Нет. Защитить тебя от снов я не способен. Я могу только обнять тебя и прошептать, что я рядом. Обещаю, я буду стараться изо всех сил и сделаю тебя самым счастливым. Обещаю, сделаю всё, что в моих силах, чтобы ты плакал только от счастья. Прошу, просто поверь мне.
Тэхен еле заметно кивнул. Чонгук поднял омегу за подбородок. Эта боль в прекрасных голубых как небо глазах для Чона была сравнима с кинжалом прямо в сердце. Лучше бы он плакал, как это было в предыдущие года. Лучше бы он кричал и всхлипывал. Тогда Чонгук хотя бы понимал что делать.
- Пойдём ко мне. На небе собираются тучи. Скоро пойдёт дождь. Пошли. - Чонгук мягко потянул Тэхена за собой.
Омега положил цветы рядом с надгробием и пошёл за альфой.
°°°
Дома Чонгук заварил чай с ромашкой и достал любимое печенье омеги.
- Тэ, иди поешь, - Чонгук присел рядом с лежащим на диване Кимом. - Я сделал чай с ромашкой и твоё любимое лимонное печенье. Давай, поешь.
Тэхен отрицательно замотал головой.
- Ты...Ты можешь просто полежать со мной? Хотя бы десять минут. - попросил Тэ.
- Я готов лежать с тобой хоть вечность.
Чонгук устроился рядом с истинным. На диване было тесно для двоих, но так даже лучше. Тэхен положил голову на грудь альфы. Гук прижал его поближе к себе и начал поглаживать по золотистым волосам. Он чувствовал, как омега до сих пор подрагивает, и шептал успокаивающие слова. Единственное, что он мог сделать в этой ситуации.
Через пол часа омега заснул не спокойным сном. Уголки его губ подрагивали и он постоянно вертелся. Чонгук гладил омегу, пока тот не перестал вертеться и заснул уже чуть более спокойно. Тогда Гук взял Кима на руки и отнёс к себе в спальню.
Там он положил Тэ на мягкую кровать, укрыл его одеялом и, слегка коснувшись губами его лба, спустился вниз.
На улице лил дождь. Капли стучали по крыше и стекали по окнам. Чонгук сел за стойку и зарылся руками в волосы. Ну что ему сделать чтобы Тэхен перестал мучиться? Почему именно Тэхен обязан столько страдать? Гук с радостью забрал бы все эти кошмары себе. Лишь бы этот солнечный ребёнок больше не страдал.
- Ну почему Жизнь такая мразь?
°°°
Тэхен проснулся на следующее утро. Омега привстал на локтях и сонно огляделся. Он дома у Чонгука. Ким вспомнил вчерашний день и помрачнел. Эта неделя дастся ему очень тяжело. Каждый год так. Ким хотел встать и приготовится к началу ада, как дверь открылась и в комнату вошёл Чонгук с подносом в руках.
- Доброе утро, - Чонгук сел рядом. - Я принёс тебе завтрак.
- Завтрак в постель? Как мило и одновременно сопливо, - улыбнулся Ким. На минуту он совсем забыл о грусти. Но всего лишь на минуту. - Но я не голоден.
- Ну нет. Ты не ел со вчерашнего дня. Я не выпущу тебя из дома пока не поешь, - строго и упрямо заявил Чон. - Тем более я испёк блинчики, а ты их обожаешь.
Тэхен слабо улыбнулся. Зная Чонгука, он и в правду не отпустит его.
- Хорошо, - сдался омега. - Но совсем немного. Я правда не хочу есть.
Чонгук улыбнулся и аккуратно поставил поднос перед омегой.
- Я с детства пеку блинчики когда мне плохо. Помню, как эту традицию начал Чимин. Нам было лет восемь вроде. Его тогда задолбали братья и сестры, а меня отчитали родители за то что я вместо учёбы сбежал фотографировать. Мы тогда встретились и не знали как отвлечься от злости и грусти. Тогда мы на зло старшей сестре Чимина залезли к ней в дом и, пока её не было дома, начали готовить первое что взбрело в голову.
- И как?
- Получилось ужасно. В тесто попала скорлупа, а у муки почему то был вкус песка. Мы тогда отплевываясь выбежали из дома, оставив там ужасный срачь. Нас потом стошнило, а его сестра бегала за нами по всему городу со скалкой в руке, но зато мы здорово повеселились. С тех пор печь блинчики когда всё паршиво как то вошло в традицию.
Тэхен засмеялся. Чонгук слушал этот слегка хрипловатый смех и улыбался. Пусть всего на несколько минут, но ему удалось рассмешить свою омегу. И это не могло не радовать.
°°°
Тэхен съел пару блинов, выпил чай и, встав, спустился вниз.
- Помни, если станет невыносимо, сразу беги ко мне. - в сотый раз повторил Гук.
- Хорошо, хорошо. Я понял, хён. Чуть что, сразу прибегу к тебе, обещаю.
Чонгук кивнул и поцеловал омегу на прощание.
Как сильно Тэхену этого не хотелось, но он всё таки дошёл до своего дома. Омега набрал в грудь побольше воздуха и направился к двери, молясь про себя чтобы отца не было дома.
Но его молитвы были жестоко проигнорированы. Отец сидел в гостиной и, видимо, ждал его. Ким вздохнул, поняв, что от отца не сбежать. В неделю смерти мамы отец становится в тысячу раз злее. Омеге всегда вдвойне тяжело даётся эта неделя.
- "Ну что ж...поехали"