Наглые Вигуки

Автор:❗https://ficbook.net/readfic/9372379❗

Чонгук никогда бы не подумал, что двойняшки - это настолько круто. Возможно, он догадывался, мог иногда представить такое или посмотреть в очередном хентае, но чтобы оказаться в подобной ситуации и на себе прочувствовать - нет. Но жизнь, знаете, сука хитрая, любит водить по извилистым дорожкам, всеми способами избегая прямого пути, и никто ей ничего сделать не может.

Чонгук знакомится с Тэхёном, который появляется в его жизни, как снег на голову, и вроде всё отлично, даже слишком. Тэхён прекрасен в постели, да и как личность тоже, но когда однажды он припирается к брюнету со словами: «Гуки, знакомься, это мой брат - Чимин~и. Хочешь или не хочешь, теперь он - тоже твой парень».

Чонгук, может, и рад был бы возразить, но этот Чимин~и слишком ахуенен, да и Тэхён тоже... Оба восхитительны и желанны до покалывающего в пальцах возбуждения. И вот как теперь жить?

Настойчивый звонок в дверь вырывает Чонгука из раздумий. Он встаёт с насиженного места, опуская чашку давно остывшего чая на стол, и быстрым шагом направляется к двери. Трель звонка продолжается ровно до тех пор, пока большая железная дверь не отворяется, являя взору двух красивых юношей, одетых, как всегда, с иголочки: в стильных пальто и облегающих брюках. Макушки вновь поражают своим новым цветом: одна стала нежно-розовой, напоминая воздушный зефир, а вторая - небесно-синей, и обе пестрят сейчас перед глазами пышными облачками. Чонгуку не привыкать. Эти двое меняют цвет чуть ли не каждую неделю, умудряясь при этом находить такие оттенки, о существовании которых в палитре Чонгук даже не догадывался. Тэхён тянет своё приветственное «Ликуй, Гукки, мы дома!» и в лучших традициях втягивает в сладкий поцелуй с вишнёвым вкусом гигиенической помады, а Чимин нежно улыбается, закатывая глаза на повадки братца, и легко чмокает в щёку, оставляя сладкий запах зефира и выпечки, тот самый, что вечным спутником преследует. Сам хозяин немного удивлен приходом парней, но не жалуется, ему в принципе не на что. Братья раздеваются и, захватив какие-то мешки, плетутся на кухню. Чонгук тенью следует за ними.

- Какая же ты свинка, - недовольно заключает Тэхён, рассматривая масштабы бедствия. Вся кухня заляпана многочисленными пятнами разнообразных цветов, на столе, как и на любой другой поверхности кухни, великое множество грязных чашек и тарелок. Не кухня, а мастерская художника, честное слово. - Ещё раз я приду в свинарник, и ты будешь страдать от спермотоксикоза как минимум неделю.

Тэхён ставит руки на пояс и по-хозяйски топает ногой, смеряя брюнета суровым взглядом. Чонгук фыркает, ему угрозы Тэхёна - как до колокольной башни, но вот то, что он опять хозяйничает в его доме, легко, совсем поверхностно, но раздражает. Этот парень везде чувствует себя как дома, и с этим ничего не поделаешь, Чонгук это хорошо запомнил.

- Не волнуйся, у меня ещё Чимини есть, - довольно усмехается Чонгук, демонстративно подмигивая розововолосому. Тэхён окидывает его взглядом, где явно читается «это вызов?».

- Вы меня в свои ролевые игры не втягивайте, - хмуро заявляет Чимин со стороны раковины, доставая из принесённого пакета крупную клубничину, и, промыв её под струёй воды, подносит к губам. - Чонгуки, то, что ты решил, что ты актив в нашем трио, не значит, что мы всегда будем предоставлять тебе свои задницы.

- Вот-вот, - поддакивает Тэхён со своего места, открывая дверцу холодильника, - мою позицию ёбыря мозгов никто не отберёт. А то, что я даю тебе возможность ебать меня в зад, не означает, что в какой-то момент я не трахну тебя, малыш Гукки.

И, когда братья говорят в таком хитром и одновременно серьезном тоне, Чонгук реально их побаивается, потому что знает - не шутят. Так что парень поднимает руки в примирительном жесте и быстро произносит:

- Я уберусь... - а после тихо добавляет, - или запрусь.

- Умничка, - довольно вещает Тэхён, сверкая улыбкой, и широким движением сметает с полки груду продуктов, чтобы отправить те прямиком в раскрытый мусорный пакет.

- Эй! - звучит возмущённое чонгуково от стены.

- Не «эй», милый мой, а «ой-ой-ой». Как давно ты проверял срок годности этого масла? - голубоволосый показательно трясёт продуктом перед носом задумавшегося брюнета и, не дожидаясь ответа, продолжает. - А вот я тебе скажу: года два назад, когда покупал. Потому что срок годности этого продукта истёк 23 месяца назад. И если ты им питался, то молись, чтобы за тобой пришёл ангел, а не сатана.

Чонгук с опасением смотрит на испортившиеся масло и облегчённо вспоминает, что не ел. Года два не ел. Он запускает пятерню в волосы, слегка оттягивая те, и думает, что, в общем-то, он здесь лишний, братья и так справятся.

- Ребят, я вам тут не нужен ведь, так что я в душ, - тараторит и быстро ретируется с кухни. Братья, к слову, довольно переглядываются, и во взглядах этих читается какой-то сговор, какой Чонгуку не понравился бы, заметь он его, но спина парня уже скрылась за стеной.

***

Вода расслабляет. Ласкает своими струями плечи, стремясь ниже, к самому сокровенному. Чонгук шипит, когда вода бьёт по возбуждённой головке, и крупно вздрагивает, стоит ей пройтись ровно по щёлочке. Он сжимает себя у основания и быстро включает ледяную воду. Вода должна помогать, но когда перед глазами продолжают стоять Чимин с клубникой в губах и Тэхён со своим хитрым взглядом, эрекция громко говорит «нет, друг мой, они такой секс, что я не могу просто взять и свалить». И Чонгук, в принципе, с ней согласен, но как же она, блять, не своевременна. Поэтому, смирившись с тем, что возбуждение само не спадёт, он делает сначала пару медленных движений по стволу, а после ускоряется и включает фантазию. Тэхён с кошачьими ушками стоит на четвереньках посреди кухни, выпятив задницу и смотря на Чонгука из-под ресниц с желанием и тихим скулежом, в то время как Чимин, разведя ноги, сидит на столешнице, проталкивая в себя сразу несколько пальцев, и, мыча, сосёт клубнику, а розовый сок ягоды течёт по его шее вниз.

Дверь в ванную резко открывается, вместе с тем, как белая струя стреляет в стену, оставляя интересный узор.

- Оу, Чонгуки, прости, не знал, - делая удивлённое, на деле же хищное выражение лица, вытягивает губы Чимин, и в Чонгуке что-то переклинивает.

- Да нет, что ты, всё нормально. Присоединишься? - брюнет усмехается и без стеснения поворачивается к Паку в чём мать родила, а после любуется смущением на чужом лице.

- Даже не знаю, - чуть прокашлявшись, тянет Чимин. - Тэхён же за стенкой...

- Ничего, Тэхён не услышит, если ты будешь тихим, - призывно манит рукой и закрывает за всё же шагнувшим внутрь Чимином дверь, игнорируя защёлку. Он притягивает юношу за талию, прижимая к своему мокрому торсу, и мгновенно находит чужие губы.

Чимин сладкий, не такой, как Тэхён, а более нежный и мягкий, и если голубоволосый сравним с тигрицей, то Чимин с домашней кошечкой, не менее гибкой и проворной. Он медленно и с особой осторожностью размыкает губы, утягивая в мокрый, чувственный и очень нежный поцелуй, его руки оглаживают кожу на шее Чонгука и накручивают вьющиеся чёрные пряди пальцы. Чонгук охотно отвечает. Он любит Чимина за его нежность, какую-то свойственную девственницам невинность, но при этом опытность и понимание. Чимин, Чонгук знает, может и диким быть, нетерпеливым и громким, с пошло высунутым языком и разведёнными до уровня шпагата ногами, с оттопыренной задницей и выгнутой дугой спиной, просящим с каждым толчком «ещё». Чимин может быть ненасытным, насаживаясь до предела и настолько быстро двигая бёдрами, насколько это вообще возможно. Он никогда не оставляет ни капли, проглатывая всю сперму и вылизывая до блеска член. Чимин - настоящая порнозвезда. Мечта каждого гея, хотя натурала, Чонгук думает, тоже. И сейчас эта порнозвезда в его распоряжении, да и не только сейчас. Чимин же его парень, один из двух. Чонгук усмехается этой мысли, вынуждая Чимина поднять непонимающий взгляд.

- Что?

- Просто кайфую от того, что у меня два парня.

Чимин приподнимает бровь и фыркает недовольно:

- Не думай, что ты после этого король мира.

- А я и не думаю, - розововолосый вновь удостаивает его вопросительным взглядом, а Чонгук смотрит с надменностью, языком слизывает каплю слюны, - я знаю.

И шипит, потому что у основания его сжимает рука Чимина. Член реагирует сразу, Чонгук хочет толкнуться, хочет вытрахать чужую руку, затем рот, а потом можно и проверить на прочность попку, которую он, кстати, больно сжимает сейчас в ладонях, но его кое-что останавливает.

- Подожди, - Чонгук ещё раз сжимает в руках мягкие полушария, а затем опускает взгляд. Чимин стоит в одной рубашке, доходящей ему примерно до середины бедра, но брюк нету. - Ты, блять, голый!

Чимин произносит тихое «упс» и молниеносно затыкает поцелуем, потому что из Чонгука сейчас точно полетят вопросы, ответы на которые брюнет должен получить чуть позже, впивается в губы остервенело, кусая больно и сразу зализывая, льнет всем телом, прижимая своим напором к стене, и, когда Чонгук оказывается вплотную прижатым, снимает через голову рубашку, полностью оголяясь.

Чонгук, блять, кричит, но внутри конечно, снаружи он только ахает своё «блядство» и порывается к Чимину, но розововолосый ему не даёт, толкает вновь к стене, овладевая губами, жмётся всем телом, активно трясь своим членом о чонгуков, и шепчет жарко на ухо:

- Помнишь, что я говорил тебе про твою неустойчивую позицию актива? - воркующий сладкий голос юноши обволакивает Чонгука, кажется, с головой, и всё, на что хватает брюнета в данный момент, это по-детски глупый быстрый кивок. - Так вот, если ты меня сейчас не трахнешь, то я трахну тебя, и Тэхён мне в этом поможет.

Чонгук реально пугается этой фразы и понимает, что пора, собственно, брать дело в свои руки, а если точнее, пора брать Чимина. Он ловко выбирается из плена чужих рук и быстро меняет позицию, прибивая уже Чимина к стене носом, выбив тем самым из розововолосого шипение от контраста температур. Пару раз проводит побагровевшей головкой меж ягодиц и резко входит одним слитным движением, выбивая из юноши под собой задушенный скулёж. В Чимине крышесносно, нежные стеночки ануса обхватывают мягко и влажно. Чонгук не медлит, просто не может медлить, когда хочется внутрь глубже до дрожи, вбивается рваными толчками всё чаще, крепко зафиксировав тело Чимина в руках, вводит ствол до упора и низко кайфует, посылая волны вибрации от голоса в ухо Чимину, который, к слову, принимает сейчас форму жидкости, с каждым движением грозясь стечь вниз, а после вообще смыться вместе с водой в канализацию. Спустя пару мгновений бешеного темпа, за которые Чимин свыкается с мыслью, что из него сегодня, блять, душу выебут, а Чонгук достигает высшей степени блаженства, брюнет изливается глубоко внутрь, вливая рваными толчками сперму аккурат Чимину в сфинктер. И когда он уже хочет выйти, парень в руках поддаётся назад, гортанно выстанывая, а потом снова и снова. И вот уже Пак Чимин конкретно трахает сам себя членом Чонгука, при этом выдыхая несвязно какие-то английские слова на подобии «yes», «fucking », «daddy», «so good» и их сочетания. И Чонгук готов уже повторно излиться, но дверь ванной громко встречается с кафельной стеной.

- Это, блять, как понимать? Ебаться и без меня? - на пороге, застыв с видом задетого до глубины души человека, стоит Тэхён собственной персоной. Стоит в одной длинной серой рубашке, едва ли прикрывающей его достоинство.

И именно в этот момент Чонгук обильно изливается, но уже на пол, а за ним и с громким стоном Чимин, пачкая стену белесыми каплями. Чонгук стоит к своему голубоволосому парню спиной, но лопатками чувствует его прожигающий взгляд. Чимин из-под него довольным котом вылезает и ленивой походкой двигается к брату. Тэхён смотрит на него вопросительно, складывает руки на груди, а потом Чимин делает то, что делает, а именно целует голубоволосого. Целует громко, со вкусом, с пошлым причмокиванием и ниточкой слюны, которую слизывает языком. Тэхён мычит в поцелуй что-то нечленораздельное, но отвечает, медленно укладывая руки на талию брата. Чонгук, который только поворачивается, застаёт картину интересную и до ужаса заводящую. Чимин, стоя обнаженным и положив руки на плечи Тэхёна, накручивает голубые пряди на пальцы, при этом страстно целуя, а второй также поглощён процессом, массирует ягодицы близнеца, потираясь членом о чужое бедро.

Чонгук громко сглатывает, чувствуя, как член по новой возбуждается и с пошлым шлепком соприкасается с торсом. Он думает, что раз он тут, вроде как, актив, то должен как-то помочь братьям, но решает с этим повременить, предпочитая медленно водить по своей эрегированной плоти, неотрывно следя за разворачивающимся представлением.

Тэхён между тем начал массировать опухшее после проникновения колечко Чимина, иногда слабо надавливая и проникая на половину фаланги, на что Чимин отзывается трепетным стоном в губы и жмётся ближе. Они не прекращают целоваться ни на секунду, Тэхён проталкивает уже три пальца в проход брата и тщательно надавливает внутри на чувствительные точки, из-за чего колени Пака против воли разъезжаются в стороны и опасно дрожат. Вскоре слышится тихий стон Тэхёна, потому что Чимин задирает его футболку и также принимается поглаживать анус. Старший отстраняется от губ брата и ведёт дорожку поцелуев вниз по шее, к груди. Обхватывает сосок своими горячими мягкими губами и начинает сладко посасывать.

Чонгук невыносимо сильно хочет их обоих, они такие чертовски горячие и разные, но мозг категорически отказывается подавать какие-либо сигналы телу, а потому парень продолжает стоять, с тихим рычанием надрачивая себе.

Чимин натурально течёт от столь приятного массажа простаты, он издает невнятный скулёж в губы брату и мнётся с ноги на ногу, потому что по внутренней стороне бедра течёт смазка, и чувствует он себя дико развратным. Тэхён улыбается брату в поцелуй и пальцами собирает смазку с кожи, обмазывая ими проход. Пак тем временем проникает фалангой в чужой анус, вытягивая из Тэхёна блаженный стон, и начинает вертеть им по нежным стеночкам.

Чонгук понимает, что может спокойно кончить только от вида того, как братья помогают друг другу снять возбуждение, но, сколько бы он ни водил ладонью по стволу, желание и зуд только нарастают.

- Чимини, мхм, больше, - тихо хнычет Тэхён, заставляя простонать Чимина с Чонгуком, потому что хныканье Тэхёна чересчур заводит.

Пак послушно вводит ещё два пальца, вынуждая Тэхёна блаженно выдохнуть и начать пританцовывать на месте, увеличивая трение. Они вновь целуются, но уже более жадно, клацая зубами и сплетая языки в танце. Их члены трутся друг об друга, истекая смазкой.

Чонгук не выдерживает. Он срывается, резко подходит и закидывает обоих парней на плечи. Те, кстати, невозможно худые оба, а Чонгук не просто так в качалку ходит. Братья скулят недовольно, но жмутся к Чону разгорячёнными телами и дышат на ухо громко. Парень заходит в комнату и мгновенно кидает обоих на кровать, так что оба оказываются лежащими на животах. Братья мгновенно немного приподнимаются и начинают тереться, сладко выскуливая, о бельё. Чонгук награждает обоих смачным шлепком, из-за чего парни одновременно вскрикивают.

- Чёрт возьми, Чонгук, - хнычет, уткнувшись носом в постель, Тэхён.

Чимин же тихо поскуливает и тянется рукой к своему члену, чтобы хоть немного снять напряжение. Но Чонгук не даёт. Он снова шлёпает, оставляя красные отметины от рук, а затем ставит на четвереньки.

- Вы пиздец какие жестокие. Делали это прямо у меня на глазах. Я, блять, совсем не железный, вы в курсе? - зло шипит Чонгук, награждая обоих шлепками.

- Прости нас, ах, Гук~и, - хнычет Чимин. - Мы жутко плохие мальчики.

- Да, Чонгук~и, - поддакивает Тэхён, повернув своё лицо с пошлым румянцем. - Накажи нас.

Чонгук довольствуется ответом, оглядывая соблазнительные задницы, и задумывается над наказанием для своих плохих мальчиков.

- Чимин, залезь Тэхёну на спину, - приказывает он, и Чимин с удивлённым возбуждённым взглядом молча подчиняется, послушно залезая брату на спину.

Чонгук подходит сзади, пристраиваясь, а затем слитным движением входит в Тэхёна, вырывая у того громкий блаженный стон. Он смачно шлёпает Кима по ягодице, призывая к действиям, и Тэхён послушно начинает двигать бёдрами назад, каждый раз хрипло выстанывая. Вскоре Чонгук резко покидает тело Кима и вдалбливается в Чимина, который, не мешкая, мгновенно начинает встречные движения тазом. Тэхён внизу нетерпеливо ёрзает и самовозбуждается от звуков Чимина, а Пак трётся членом о спину брата, отдаваясь Чонгуку.

Через некоторое время, Чонгуку надоедает эта поза. Он снимает еле движущегося Чимина с Тэхёна и укладывает на кровать, продолжая долбить Кима своим членом. Чимин хнычет и тянется к ним, на что Чонгук усмехается и шлёпает голубоволосого:

- Тэхён~и, не будь отвратительным братом, помоги Чимину, - и Тэ, послушно выстанывая, нагибается к брату, обхватывая его достоинство губами и начиная водить головой вверх-вниз.

Его ведёт от ощущения наполненности, Чонгука - от полного контроля над обоими, а Чимина - от ощущения губ брата на головке члена.

К концу этого безудержного секс-марафона уже никто не помнит, кто и сколько раз кончил, а также в скольких позах и местах они успели побывать. Сейчас они лежат разморённые на одной кровати, в воздухе стоит жаркий запах секса и летают перья из подушки. Чонгук лежит посередине, восстанавливая дыхание, а Тэхён с Чимином прижимаются к его груди, делая то же самое.

- Когда-нибудь мы тебя выебем, Чонгук~и, - бурчит в полудрёме Тэхён, а Чимин его кивком головы подбадривает. Чонгук на это только хрипло смеётся.

- Только не в этой жизни, милый, - улыбается Чон, а затем проваливается вместе с братьями в дрёму.