Letter
На седьмом уроке я получил сообщение от мистера Чона:
"Хосок о тебе спрашивал. Можешь прийти сегодня после школы?"
Хосок обо мне спрашивал. Он недавно очнулся, только - только начал говорить - и спрашивал обо мне? Это замечательные новости ... действительно замечательные новости, снова говорил я себе.
Я написал папе Хосока ответ:
"Да! Конечно".
Остаток уроков я только об этом и думал. Я направился в больницу сразу после школы по двум причинам. Первая: чтобы родители, которые беспокоились за мое эмоциональное состояние (спасибо за предупреждение, Тиен), не запретили мне туда поехать. И вторая - чтобы я не совпал по времени с Тэхёном. Он поедет туда только после бейсбольной тренировки.
К тому времени, как я добрался до больницы, предвкушая встречу с Хосоком, разговор с ним, я так себя накрутил, что мои руки тряслись. Сначала я посидел в машине, стараясь успокоить нервы, но быстро понял, что от этого становится только хуже. Я пробежал через парковку и влетел в зал ожидания.
Улыбка мистера Чона была шире, чем когда - либо.
- Чимин~а, мы по тебе скучали. Ты не приходил.
- У нас расписание: один посетитель в день. Как вы и сказали.
- Это для его друзей. А ты родственник, помнишь? - Мужчина мне подмигнул.
- Ох! Точно.
Минхо бы умер, услышав это.
- Идем. Хосок тебя ждет. - Мистер Чон взял меня за руку и повел к сыну.
Когда мы вошли, Хосок спал. Мое сердце упало.
Но папа оставил меня у изножья койки и, подойдя к сыну, потрепал его по руке:
- Милый, к тебе посетитель.
Хосок застонал, и его глаза распахнулись.
- Пап?
Так приятно снова слышать его голос после двух недель молчания.
- Да. Привет.
- Можно мне обезболивающие?
- Я знаю, что тебе больно, но пока нет.
- Никакого уважения, - сказал Хосок, и его губы изогнулись в легкой улыбке.
Я тоже улыбнулся. Это первый признак того, что Хосок остался прежним, и тогда я понял, что все будет хорошо.
- Через несколько часов. Ты хорошо справляешься. Уменьшили количество до двух уколов в день.
Альфа кивнул.
- Здесь Чимин.
- Привет, - произнес я, и парень сразу же посмотрел на меня.
- Пап. Только ты мог так сделать, - возмутился он. - Теперь Чимин думает, что я наркоман.
- Он так не думает, - возразил папа.
- Нет, думаю, - ответил я.
Хосок попытался засмеяться, но вместо этого закашлялся.
- Присядь, - попросил он, показывая на стул.
- Ты уверен? Выглядишь уставшим.
- Мне скучно. А так как мне нельзя обезболивающее...
Его папа по пути на выход сжал мою руку.
- Не слишком долго. Ему правда нужно отдохнуть, - тихо предупредил омега.
- Я не оглох, пап.
Я опустился на стул у его койки:
- Как ты?
- Довольно хорошо. Ты видел мой новый крутой шрам?
Мои глаза устремились ко лбу Хосока и розовой линии, которая будет вечно напоминать ему об аварии.
- Видел. Я несколько дней назад его разглядывал.
- Я слышал, что ты здесь был. Спасибо.
- Глупости.
Может, Хосок и думал, что осилит долгий разговор, но его речь была невнятной, а глаза уже закрывались.
- Тебе нужно поспать.
- Нет, я в порядке. Расскажи, что я пропустил.
- Да не так много. Баскетбольный матч. Вечеринку. - И то, что Минхо обвинял меня в твоей аварии.
- Звучит весело. - Альфа стал моргать медленнее и реже.
- Ты уже засыпаешь.
- Так и есть, - согласился Хосок. - Извини.
- Пожалуйста, не извиняйся. Я вернусь.
- Приходи завтра.
- Завтра день Минхо. - Единственный день, когда я не рискнул бы здесь оказаться.
Хосок потянулся к моей руке, и я пожал ее:
- Приходи завтра, - сказал он, будто совсем меня не слышал.
- Хорошо.
- Обещаешь?
- Обещаю.
Хосок кивнул, но уже с закрытыми глазами.
Из больницы я вышел с улыбкой. Хосок очнулся. И моя жизнь вернулась к ранее намеченному курсу.
🍫
Выехав из больницы, я застрял в пробке. Время всего 15:45. Я думал, что пропущу вечернюю пробку, но моя поездка из сорокапятиминутной уж точно превратится в часовую. Я потер шею. И тут вспомнил про назначенную встречу с Юнги. В четыре, в парке у моего дома. Я совсем об этом забыл из - за новостей о Хосоке. Почему у Юнги нет работающего телефона?
Я ужасный человек.
Нет, все будет в порядке.
Мин не придет. Я видел это в его глазах. Он не собирался приходить. А даже если бы и собрался, то как он туда доберется?
У него нет машины, водить он не умеет.
🍫
К тому времени как я добрался до нашего района, часы на приборной панели показывали половину шестого. Оказалось, что пробка вовсе не была связана с вечерним часом пик, все дело в большой аварии. Я позвонил родителям и предупредил, что застрял в пробке и вернусь позже, чем думал.
Проезжая мимо парка, я сбросил скорость, чтобы на всякий случай проверить, не пришел ли Юнги. Сначала я решил, что оказался прав, и расслабился, но потом заметил сидящую на скамье возле качелей одинокую фигуру в темном пальто. Я ахнул и, подъехав к тротуару, заглушил двигатель. Он пришел?!
В парке было пусто - слишком поздно для детишек, которые обычно здесь играли. Юнги читал в свете фонаря, и воспоминание о нем в библиотеке вернулось ко мне с такой силой, что пришлось на мгновение остановиться и стряхнуть его.
- Мне так жаль, - сказал я.
Юнги поднял голову, его темные глаза встретились с моими. Казалось, он не расстроился.
- Привет.
- Как ты сюда добрался?
- Типа как я пришел к существованию или?..
- Смешно. - Я присел рядышком с ним, Мин закрыл книгу - все еще "Гамлета" - и положил ее на скамейку. - Тебя кто - то подвез?
- Я приехал на автобусе.
- Ты приехал на автобусе ради меня?
- Я езжу на автобусе. Ради всего, не слишком уж анализируй это.
- Поздно, я уже проанализировал.
- И что ты выяснил?
- Что обещал научить тебя водить. Надо было сделать это правилом.
- Ты и твои правила.
Мы посмотрели друг другу в глаза и как будто бы одновременно вспомнили придуманные нами правила: никаких привязанностей, никаких поцелуев. Нам пока хорошо удавалось их соблюдать. Юнги не отводил взгляда. Разве нет?
- Как Хосок?
Я моргнул и отвернулся от его пристально взгляда:
- Что?
- Ты же был там, верно? В больнице.
Я кивнул:
- Папа Хосока написал в последнюю секунду, мне пришлось поехать. Он хотел меня увидеть.
Плечи Юнги напряглись, но он сказал:
- Это хорошо.
Я попытался понять, почему альфе могли не понравиться эти новости. Почему он озвучивал обратное своим чувствам?
- Его все еще мучают боли. И возможно, ему придется проходить курс физиотерапии. Так что потребуется время, чтобы он вернулся домой.
- Ты сейчас обозначаешь, сколько еще будешь во мне нуждаться?
- Я... нет. Мы же друзья, верно? Ты можешь...
Альфа хохотнул, перебив меня:
- Это была шутка.
- А, ну да. - Я откинулся на спинку скамейки. - В любом случае, я завтра не собираюсь в больницу, потому что очередь Минхо.
- Минхо - это тот альфа, который обвинил тебя в аварии Хосока?
- Да. Я не хотел мешать ему, но Хосок просил прийти завтра. Заставил меня пообещать. Так что теперь я должен это сделать.
Юнги наклонился, упершись локтями в колени, и призадумался. А минутой позже сказал:
- Так ты пытаешься справиться с тревожным расстройством, притворяясь, будто у тебя его нет.
- Что?
- Ты знаешь, что завтра в больнице тебя ожидает стресс, тем более, если там будет Минхо.
- Да.
- Но, вместо того чтобы остаться дома ради душевного равновесия, ты поедешь туда, потому что кто - то этого ждет.
- Я не могу перестать жить.
- Нет, ты этого не хочешь. Ты беспокоишься за эмоции других, а не за свои.
- Либо я буду сидеть дома и переживать, что подвел Хосока, либо поеду в больницу и буду переживать, что Минхо злиться из - за моего присутствия.
- Потому что ты ничего не рассказал ребятам. Если бы рассказал, что у тебя тревожное расстройство, они бы не удивлялись, что ты не приходишь на встречу или сбегаешь от них пораньше. И ты не переживал бы за них. Друзья поймут. Будут чувствовать себя лучше, и ты будешь чувствовать себя лучше. - Юнги всплеснул руками и покачал головой, словно разозлился на себя за что - то. - Знаешь что? Забудь. Это не мое дело.
Я раздраженно выдохнул:
- Нет. Ты прав. Я расскажу им.
- Теперь ты так говоришь, потому что думаешь, что я разозлился. - А это так?
- Неважно, Мини. - Юнги обхватил мои щеки ладонями. Его руки были ледяными. - Пойми наконец, что ты сам думаешь. - Альфа смотрел мне прямо в глаза. Меня бросило в жар. - Пойми, чего ты хочешь, - произнес он тише.
А потом Юнги встал и ушел, и я ему позволил это сделать, даже не предложив подбросить. Нам обоим нужно было немного побыть одним. Чтобы продолжать следовать нашим правилам.
Я подтянул ноги на скамейку, слова Юнги крутились в голове. В них был смысл. Я вспомнил все те разы за последние пару месяцев, когда приходил куда - то, чтобы кому - то угодить, пусть и понимал, что со мной потом будет: баскетбольные матчи, вечеринки и, возможно, даже больница. Не то чтобы я хотел все это прекратить, но мне нужно научиться лучше разбираться в своих эмоциях, справляться с ними не после того, как испугаюсь, а перед этим. Оставаться здоровым. Но для этого не обязательно рассказывать друзьям о тревожном расстройстве. Просто нужно отстаивать себя. Не делать то, что мне не нравится.
Я спустил ноги со скамьи и начал было подниматься, как вдруг заметил книгу Юнги. Он давно уже ушел. Просто отдам ему завтра в школе. Я открыл ее, изнывая от любопытства, и письмо конечно же все еще лежало там. Я снова прочитал адрес. Йонсан, Сеул. Его папа жил так близко, а он не видел его годами?
Я открыл на телефоне приложение с картой и ввел его адрес. В пятидесяти минутах отсюда. Я включил блокировку и снова рассмотрел конверт. Обратный адрес был неизвестен. Конечно же не тот, где жил Мин сейчас, но и не предыдущий. Интересно, сколько раз ему пришлось переезжать? Сколько он сменил семей?
🍫
Когда я шёл по дорожке перед домом, на крыльце горел свет, отбрасывая теплое желтое свечение. Это место выглядело таким уютным. Мой дом. Я открыл дверь под шум моих родителей на кухне - они смеялись, звенела посуда, - я закрыл ее за собой и прошел к ним. Но на входе ненадолго притормозил, чтобы понаблюдать, как папа с братом убирают оставшуюся лазанью, а отец моет тарелки.
- Давайте испечем печенье, - предложил брат.
- Ты просто съешь все тесто, - засмеялся папа.
- И что?
- Я тоже хочу поесть теста, - подал голос я.
Все подняли головы.
Брат заговорил первым:
- А вот и ты. Иди сюда и проведи со мной немного времени.
- Это приказ?
Я положил на стойку книгу Юнги и присоединился к семье. Достал из ящика вилку и воткнул ее в оставшуюся лазанью.
- Может, тебе дать тарелку? - спросил папа.
- Еще есть салат, - улыбнулся отец. - В холодильнике.
Не успел я положить еду в рот, как отец достал контейнер с салатом, а папа появился с тарелкой в руке.
- Спасибо.
И следующие полчаса отбивался от вопросов о Хосоке, пока мы готовили печенье.