Мой любимый демон

Кажется, он просто любит шарфы. Всегда, везде, хоть в самую жару, он всегда носит эти треклятые шарфы, шарфики, нашейные платки, чокеры, высокие воротники.

Кажется, что здесь может быть странного? Просто привычка, просто любимый предмет гардероба.Но Намджун каждый раз хмурится, когда Чимин вновь поправляет объёмный ворот водолазки. Потому что знает одну большую тайну, что скрывает этот паренёк за семью печатями.

Намджуну никогда не нравилось, что Чимин и Юнги вместе. Он прекрасно знал характеры обоих парней, Чимин был его любимым тонсэном, а Юнги- лучшим другом. Намджуна всегда беспокоило, что Чимин бросал заинтересованные взгляды на друга. А когда Юнги всё же поймал один из этих взглядов и ухмыльнулся... Намджун уже знал, что они будут вместе. Просто не знал, как скоро. И когда на следующий день смущающийся Чимин тихо прошептал, что они с Юнги теперь встречаются и у них был секс... Намджун впервые промолчал, лишь сильнее нахмурился, хотя внутри него клокотала злость. Он ведь просил не трогать мальчишку. Но снаружи это никак не отразилось. Намджун лишь прошептал: "Делайте, что хотите", - и ушёл от парня, оставив его в недоумении.

В тот вечер Намджун сильно напился. Чтобы Юнги и вдруг его послушался? Какой бред, он всегда всё делает наоборот. А Чимин? К нему теперь даже не стоит подходить. Ради его же блага. Да и вскоре парень всё сам поймёт, только вот будет поздно...

Намджун никогда не лез в отношения своего друга. Тот всегда был слишком своенравным, никогда никого не слушал, дерзил старшим, что уж говорить о младших. Их он почти не воспринимал как людей, только вот с Намджуном иногда болтал, и то только после теста на IQ, узнав, что у парня самый высокий показатель среди всех студентов.

-Умник, значит,- хмыкнул он, пока Намджун застыл, поражённый тем, что старшекурсник обратился к нему,- ну, пойдём, выпьем. Я угощаю.- Так и началось что-то на подобие их дружбы. Юнги никогда не цеплялся к Наму, всегда спокойно выслушивал, конечно, кроме моментов задетой гордости. В целом, у них были приятельские отношения, а в универе их прозвали лучшими друзьями, ведь Намджун был единственным, кого Юнги терпел рядом с собой.

Похоже, что Юнги тоже так считал, ведь вскоре Нам сумел погрузиться в мир сонбэ, даже сам не осознавая этого.

Что можно было сказать? Юнги не любил притворяться, но был очень горделив. Если в универ он носил дорогие брендовые вещи, то дом его был беден. Парень пил растворимый кофе, постоянно кривясь, и выкуривал в день пачку дешёвого табака, отчего его квартира была похожа на притон, со своими обшарпанными стенами и ободранными подобранным на улице кошаком обоями. У него был вечный бардак на старом деревянном столе, а единственной новой вещью была кровать, из под которой выглядывали диски с порно, а в самом углу, словно позабытой, стояла распахнутая коробка с секс-игрушками.

Нам был готов принять любые причуды друга, ведь, в конце-то концов, тот был интересным собеседником.

А вскоре Намджун узнал, что Юнги гей и тот ещё любитель всяких извращений. И мало мальского уважения к своим партнёрам у него нет. Намджун знал, что Юнги всегда издевается над своими пассиями, параллельно безумно их ревнуя. Но он никогда их не держал, и те, кто сперва признавались парню в любви, вскоре с ужасом сбегали от него, и больше не появлялись в его жизни. И единственное, чего хотелось Киму. Это чтобы парнем Юнги не стал какой-нибудь другой дорогой Наму человечек.

А затем в его жизни появился Чимин. Первокурсник, немного наивный, стесняющийся своего плохого зрения и не любящий носить очки, трудолюбивый малый с симпатичным личиком и невероятной улыбкой. Они познакомились как-то банально, когда Нам решил заглянуть к своему братишке Тэхёну, который поступил в тот же университет, и столкнулись в коридоре.

Чимин был приятным в общении, и Намджун быстро привязался к мальцу. Но только когда они решили вместе пообедать, и к ним присоединился Юнги, и в глазах Чимина Нам явно увидел восхищение и интерес, только тогда Джун понял, какую непростительную ошибку он совершил.

И вот теперь, эти двое вместе уже грёбаных четыре месяца, а Чимин с каждым днём всё бледнее, а воротники и шарфы его всё шире и толще. Да и если раньше парень носил свободные футболки и майки, то сейчас прекратил. И Намджун знает, что на теле парня наверняка куча синеющих отметин.

И даже Юнги уже удивляется тому, что Чимин его ещё терпит, усмехается, и бормочет, что они удивительно гармоничная пара. Он- садист, и мальчишка- мазохист.

Но терпение Намджуна не безгранично. И когда Юнги в очередной раз рассказывает, как душил Чимина, он уже не выдерживает.

-Ты ничего не можешь мне запретить,- Юнги презрительно смотрит на младшего после пламенной его тирады,- Чимин сам никогда не будет против, прекрати его жалеть. Да и что ты можешь предложить мне в замен? Чимин- прекрасная игрушка, -старший усмехается, глядя на Джуна,- хотя... Если ты предложишь мне себя и мне понравится, я прогоню мальчишку.

Это заявление вводит Нама в ступор, а Юнги заливается издевательским смехом.

-Если решишься, позвони. Мой номер ты знаешь, мой...друг ,- Юнги усмехается и спокойно уходит. А Намджун...

Он выскакивает из университетского кафе, в котором и произошёл их непростой разговор, и нагоняет старшего.

-Я согласен.

Цепкие пальцы хватают младшего за подбородок, на лице Мина- маска спокойствия, которая, похоже, готова треснуть. Он притягивает лицо младшего к своему и серьёзные глаза рассматривают лицо Джуна. А затем, вновь ухмылка на лице, и поцелуй, властный и безумно горячий, на виду у шокированных зрителей.

-Теперь ты мой, помни, Намджун. Только мой.