58
Тэхён с осторожностью поворачивает ключ в замочной скважине, тихо захлопывая за собой дверь. Взбесить Хосока ещё больше желания никакого не было, поэтому вернуться сюда было острой необходимостью. Омега чувствует, как мерзкое чувство щекочет нервы, возвращая его в прошлую жизнь, в тот ужас, из которого его достал Хосок, сейчас словно отправляя обратно. Сейчас он снова увидит изуродованное лицо измученно улыбающегося папы и отца, который поприветствует его ударом головой о стенку.
Воздух накаляется и невероятно нагнетает, когда в коридор выходит сонный альфа, подрагивая от прохлады после сна и опираясь всем предплечьем о стену, сложив руки на груди.
— Вот и солнышко вернулось, — улыбнулся Хосок, протяжно зевая. — Я уже успел соскучиться и подумать о своём поведении. Прости дурака.
Он плечом оттолкнулся от стены, собираясь двинуться к омеге, но тяжёлый взгляд исподлобья остановил его на полушаге. Он мелко вздёрнул брови.
— Сделаешь ещё шаг, и я забуду, что родился омегой.
Хосок растерянно улыбнулся, не ожидая, что обида омеги действительно будет настолько глубокой. Для Тэхёна ведь это, конечно же, обыденное дело — давиться обилием воздуха, которого мгновение назад катастрофически не хватало.
Сталь в чужом голосе порождает неприятное растекающееся внутри чувство, давящее в районе груди. Альфа поднял руки вверх в примирительном жесте на уровне солнечного сплетения, давая понять, что он вражески не настроен, ступая назад к стене. Взгляд упал на ладонь омеги, что мелко щупала собственный живот, в голове невольно стали проматываться моменты, в которых он никак не желал вспомнить и увидеть, что в состоянии агрессии, захватившей разум в тот момент, он избил Тэхёна.
— Ну что же, я предусмотрел и этот вариант событий, — вздохнул Хосок, говоря это скорее себе, разворачиваясь и уходя обратно в спальню.
Тэхён проследил за его спиной, коротко бросив взгляд на свой живот, новая жизнь в котором давала нечеловеческой уверенности в себе.
Альфа вернулся через полминуты, звеня чем-то в ладони. Омега сжал челюсть, смотря на протянутые Хосоком связку с парой ключей и прикреплённой бумажкой с адресом. Тэхён не сдвинувшись с места, показывает всем своим видом, что он и шага в его сторону не сделает. Альфа понимающе хмыкает, коротко несколько раз кивнув, соглашаясь с действиями Кима. Он кинул связку ключей омеге, которую тот ловко словил.
— Забегая вперёд скажу, что это доступ к твоему временному жилью, — заговорил Хосок, замечая мимолётный вопрос в карих глазах. — Я снял тебе квартиру недалеко от твоего университета. Думаю, для нас будет лучшим решением пожить раздельно какое-то время.
Тэхён больше не проронил ни слова, и вместо благодарности за понимание с хосоковой стороны, он чувствует, как ему хочется искренне рассмеяться, потому что никаких «их» больше нет. Омега только сейчас понимает, что для него никогда и не было.
Альфа уходит в гостиную, оповестив, что мешать собирать вещи он не будет. Тэхён уже было дёрнулся в сторону спальни, но гордость кувалдой ударила по затылку. Ничего из этих вещей ему не принадлежит. Всё было куплено за хосоковы деньги, а значит он больше и пальцем не притронется к ним. Было бы сейчас другое время, где пройтись по улице нагим, не получив осуждающих взглядов в ответ — обыденное дело, он бы даже то, что сейчас находится на нём, скинул тут.
Тэхён несколько секунд медлит, поджимая губы, прежде чем оторвать от сердца и положить на тумбочку из светлого дерева ключ от машины, тоже подаренной Хосоком. Альфа, пришедший под конец с кружкой горячего кофе, наблюдает это и мимолётно хмурится.
— Прекрати.
Тэхён кидает на него быстрый взгляд искоса и разворачивается, коснувшись холодного металла дверной ручки.
— Не беспокойся, — прерывает его действия Хосок, буравя взглядом так и оставшийся лежать ключ от тэхёновой машины. Вот ведь коза. — Я не потревожу тебя в новой квартире.
Омега шумно выдыхает и давит на ручку, второй рукой поворачивая замки. Тэхён выходит за дверь, собираясь её закрыть, но альфа вновь останавливает его.
— Тэхён, — с виной в голосе негромко зовёт альфа, мелко улыбнувшись, когда омега всё же посмотрел на него. — Прости меня.
В грудь больно врезаются ключи от его квартиры, он успевает подставить ладонь, куда они со звоном приземляются. Дверь громко захлопывается, чудом не пустив мелкие трещинки по стене, оставляя его в оглушающей тишине смотреть на своё отражении в чёрной подрагивающей жидкости и чувствовать, как горячее дно чашки точно оставит ожог на его ладони.