20
Старший альфа стоит позади Чонгука, в короткий срок разминая напряжённые плечи, кожа на которых лоснится в свете.
Чон сдавливает бутылку, посылая струю воды себе в рот, заодно обливая и разгорячённое лицо. Азарт вперемешку с выброшенным в кровь адреналином бушует в венах, действует как допинг.
Грудь часто вздымается, толпу заглушает собственное шумное дыхание.
— Давай, ещё половина, — тихо сообщает тренер, проталкивая капу альфе в рот. — Сегодня ты порадовал меня.
Чонгук тяжело выдыхает и кивает, ворочая капу языком, удобнее устраивая на зубах.
Был подан звоночек — бой начался.
Альфа в красных длинных шортах напротив встал в стойку, невысоко подпрыгивая на месте, смотря исподлобья, словно выжидая момента, когда будет лучше всего ударить.
Чонгук встряхивает головой, где волосы слиплись между собой и начали виться. Он делает выпад, обманывая соперника, что среагировал моментально, тут же получая глухой удар в район скулы.
Чонгук помнит слова тренера, поэтому не расслабляется ни на секунду, даже когда имеется возможность. Мышцы под кожей красиво перекатываются от каждого резкого движения, кожа натягивается на рёбра.
Умело блокирует удары, отклоняясь от сильного удара, намечающегося приземлиться ему в нос. В голову даже сейчас рвётся Тэхён, его слова набатом бьют, красной надписью гудят.
Он обещал ему вернуться невредимым.
Громкий крик тренера возвращает его в реальность — всё же позволил себе забыться. Чон не успевает полностью увернуться от очередного летящего кулака, принимая несильный удар в угол губы, что тут же отреагировала брызгами крови. Через время появится и багровая гематома.
Чонгук усвоил правило не радоваться раньше времени, а его соперник — нет. Альфа видит эту слабину и преждевременное празднование в чужих глазах, замахиваясь, глухо, с силой ударяя точно в чёткую линию челюсти.
Альфа напротив едва ли не подлетел, отшатываясь, но не удерживаясь на ногах, падая. Его грудь часто и высоко вздымается — видно что сил подняться нет. Но мужчина не сдаётся, медленно пытается, опираясь на колено, тут же морщась и подаваясь вперёд, упираясь взмокшим лбом в пол.
Раз, два, три…
Чонгук отшатывается сам, чувствуя лёгкое головокружение.
… четыре, пять, шесть…
Судья машет рукой над головой согнувшегося альфы, делая отсчёт с равными интервалами.
… семь, восемь, девять…
— Победитель… Чон Чонгук! — громко оглашает судья, поднимая чонугкову руку вверх.
Зал заполняется хлопками и возгласами. Особенно радуются те, кто ставил ставки с
баснословными суммами на победу Чона.
Тренер обнимает его, похлопывая по вспотевшей спине, подавая махровое полотенце. Альфа уходит победителем. Где-то в глубине души он надеялся увидеть стоящего здесь Тэхёна, что ждал его, приехав в другую страну, а после накинулся, награждая жарким поцелуем.
Сегодня омега был его личным допингом.
***
— Ты никуда не едешь, — спокойно отвечает Хосок, поворачиваясь к Киму.
— Нас пригласили вместе.
— Я хочу отпраздновать победу Гука, а не отметить поминки своих оставшихся нервных клеток.
— А не ты ли в прошлый раз тащил меня туда? — спрашивает омега, усмехаясь, закинув ногу на ногу.
— А не ты ли в прошлый раз упирался, как козёл? — он улыбается, подходя и садясь рядом с Тэхёном. — Козочка, вернее. Ну не дуйся, Тэхён, я делаю это ради нашего спокойствия.
— Ты делаешь это ради своего спокойствия, — отвечает омега, отворачивая лицо, не давая себя поцеловать.
— Я не собираюсь продолжать этот разговор, — Хосок поднялся, желая отойти, но почувствовал, как талию обвивают худые руки, к спине прижимается щека.
— Может быть ты не поедешь тоже? — мурлычет Тэхён, зажмуривая глаза. Потому что противно от себя самого. — Мне будет очень одиноко… — Ким очерчивает бессмысленные узоры на хосоковой спине, опаляя шею тёплым воздухом, оставляя невесомый поцелуй. — У нас давно не было, я соскучился…
Альфа сжимает губы в тонкую полоску, собираясь с мыслями. Несмотря на лёгкое возбуждение, что ударило в пах и низ живота, он отрывает от себя омегу, поворачиваясь к нему лицом.
— Солнышко, ты заболел? — Хосок прикладывает ладонь ко лбу омеги, тут же получая по руке. — Шучу-шучу, просто забыл что такое ласка от тебя.
Альфа желает оставить лишь невинный чмок, но увлекается, затягиваясь — слишком соскучился по мягким алым губам.
***
Вечер, тот самый клуб, та самая компания почти в полном сборе. Чонгук доволен, как кот, объевшийся сметаны, держит в крепких пальцах стакан из толстого стекла, болтая прозрачную жидкость, что менее ядерная, чем янтарный виски. Но это только разминка.
— Выпьем за нашего победителя, — улыбается Чимин, первый протягивая низкий стакан.
— Поддерживаю. Круто ты его уделал, матч транслировали тогда, мы смотрели! — Намджун отпивает, шипя от послевкусия, и торопливо перекладывает стакан в другую руку, освободившуюся ладонь протягивая подошедшему альфе. — Хосок-а, тебя как раз и не хватало.
— А я смотрю начали без меня, — улыбается Хосок, присаживаясь напротив Чонгука. — Ну чё, победитель, это было красиво.
— Спасибо, — кивает Чон, взглядом стреляя на место рядом с Хосоком, где по праву должен сидеть Тэхён. Он хочет спросить, но прикусывает язык, топя вопрос в алкоголе, который так и не сорвётся с языка.
— А где Тэхён-а? — интересуется Чимин. — Один Джин только в строю.
— Нездоровится ему, — лжёт Хосок, мимолётно глянув на чонгука в ожидании хоть какой-нибудь реакции, которой в итоге не последовало. — Наверное, предтечное состояние.
— Один с течкой отсиживается, теперь и второго потеряли, — Намджун мотает головой, откинувшись, осушая стакан до дна.
Чонгук ставит опустевший стакан, беря новый, также залпом выпивая, даже не моргнув. Он не слышит и не видит ничего, кроме пустого места в углу, что давит на него.
Теперь в венах граничит алкоголь с раздражением.
