Глава 9
Вторая рука Юнги сама тянется к своему изнывающему члену и начинает медленно, тягуче ласкать готовый взорваться орган. Нежность по отношению к Гукки постепенно сдаёт позиции, отдавая возбуждённого мужчину во власть похоти. Он снова вытаскивает палец из ануса парня и, захватив побольше крема, толкается уже двумя пальцами. Внутренний зверь довольно урчит, слыша вскрик Чонгука и видя, как тот сучит ножками и вертит попой, пытаясь слезть с длинных пальцев хёна. Но не тут-то было! Зверь свою добычу не отпустит......
Поглаживаемый двумя сильными пальцами комочек внутри Чонгука твердеет и становится очень чувствительным. Теперь каждое прикосновение к нему пронзает нежное тельце словно разрядом тока, заставляя крепче сжимать свой член и вырывая совсем не детские стоны из юного горла. Им обоим становится жарко. Юнги тяжело дышит, не в состоянии оторвать взгляд от мечущегося на огромном столе паренька, чей вид, как и звуки им издаваемые, застилают чёрные глаза сплошной пеленой возбуждения. Кухня наполняется раскалённым воздухом и пошлыми хрипами, и увлечённые совместной дрочкой любовники, не замечают чью-то тень, мелькнувшую в окне гостиной. Им слишком хорошо и.......слишком мало.
Чонгуку кажется, что он плавится под этими руками, делающими так больно.....но.....так приятно. Он неумело, но самозабвенно водит рукой по своему члену, иногда поглаживая только лишь припухшую головку. Но....... это не то..... Ему чего-то не хватает. Вдруг он чувствует, как пальцы взрослого выходят из попы и это ощущение ему совсем не нравится. Вроде бы и легче, но......как-то.....пусто......Он разочарованно вздыхает, не видя, как старший довольно улыбается, наблюдая за тем, как цепкие сети чувственного наслаждения всё сильнее затягивают его крольчонка в свой плен.
— Что такое, мой сладкий? — голос отчима, низкий и хриплый, на грани слышимости, запускает мурашки по обнажённому смуглому телу, - Ты.....хочешь ещё? Мне вернуться.....на место?
— Да.... — выстанывает мальчишка, — засунь их......обратно......хён.
Юнги берёт ещё сливок с торта и послушно без остановки вводит оба пальца в призывно раскрытую попу, тут же начиная двигать рукой взад и вперед гораздо быстрее, чем делал ранее. Чонгук выгибается дугой и почти скулит. Его бросает то в жар, то в холод. Ему больно от того, как пальцы хёна распирают его попу.....но.....это почему-то заставляет его член совсем затвердеть.......и намокнуть. Каждое прикосновение к своей налитой головке вызывает в мальчишке целую бурю ощущений и заставляет желать ещё. Он трогает себя снова и снова, но......напряжение только нарастает. Гукки очень хочется облегчить своё состояние, но у него не получается...... своя рука делает только хуже. Ему хочется сжать член сильно-сильно и...... сделать что-то ещё..... Он извивается и почти уже плачет от бессилия, когда сильная рука хёна накрывает его руку и помогает приласкать себя, крепко сжав маленькие пальчики внутри своей ладони вокруг ствола и начиная водить ими вверх-вниз. Воооооот!!!!!!! Это......именно то, чего он ТАК хотел!
— Ты так сильно хочешь, мой маленький, да? — отчим улыбается, нежно касаясь губ парня своими. — Не расстраивайся, Чонгукк-а, я научу тебя, как делать себе приятно...... Тебе не больно, мой хороший? В попе?
— Больно.....хён, — выдыхает мальчишка, но терпит и не закрывается.
— Только больно? Или немножко приятно? — взрослый убирает руку парня с маленького члена и сам принимается надрачивать его всерьёз, одновременно усиливая напор пальцев в анусе.
— Приятно...... немножко, — вынужденно признаётся Чонгук, которому на самом деле ОЧЕНЬ хорошо, но сказать об этом очень стыдно......
Конечно, когда хён трогает его член, в то же время засовывая пальцы в его попу, то ему гораздо приятнее, чем когда он трогал себя сам. И..... в попе уже не так больно...... И.... как-то мало....... Почему-то хочется, чтобы в дырочке стало опять немного больно......
— Тебе нравится, когда и больно и приятно, да, Чонгукк-а? — низкий тягучий голос хёна холодком проходится по коже и заставляет мальчишку желать большего, - Хочешь, я сделаю ещё лучше?
— Да..... — единственное, что может выдать младший и он сам не понимает, на какой вопрос хёна он отвечает......Просто "да".......
Юнги отстраняется от сладких губ и, размазав влагу по концу своего возбуждённого члена, приставляет крупную головку к самой дырочке Чонгука. Набухшая твердая плоть надавливает на нежную розовую мякоть и юная попа сначала сжимается, но потом Гукки послушно расслабляется и отчим чувствует, как мышцы его ануса становятся мягче. Юнги тут же толкается внутрь. Он, конечно же, не входит в узенькую попочку полностью, но самый кончик покрасневшей от прилива крови головки, там где чуть раскрытое отверстие сочится липкой смазкой, немного вдавливается в анус парня.
Взрослый чуть-чуть отодвигает член и опять надавливает. Потом ещё раз.....и ещё раз..... и ещё раз..... Он толкается снова и снова, стараясь с каждым разом проникнуть всё глубже. Чонгук дышит часто и тяжело, уткнувшись носом в свой локоть, и лишь тихонько охает, когда твердая головка давит на попу. Эти еле слышные стоны в купе с шикарным зрелищем раздвинутых смуглых ножек, нежных поджавшихся яичек и стоящего колом аккуратного маленького члена, просто сводят Юнги с ума. Он наклоняется над своим крольчонком, отводит его руку в сторону от пылающего личика и нежно касается бархатной щечки губами.
— Чонгукк-а, ты такой сладкий.... — шепчет взрослый прямо в нежное ушко, - Не закрывайся. Я хочу видеть твои красивые глазки и целовать твои вкусные губки......когда буду брать тебя......в попу.
В изумлении от услышанного, мальчишка распахивает прикрытые было в смущении глаза и облизывает пухлые губы. Юнги-хен......он сейчас сказал такое.....Он......будет брать его...... Гукки судорожно вздыхает и переводит испуганный взгляд на отчима. Он хорошо помнит, как просил когда-то двоюродного брата вставить ему в попу, как тем парням. Любовники братика всегда так сладко стонали под ним, что Чонгуку казалось, что это должно быть очень приятно. С тех пор они с братом много чего засовывали в него..... и сначала было больно......а потом он привык......и ему понемногу. начало нравиться.....Но это были очень тонкие штуки. Даже палец братика, протолкнутый в смазанную дырочку, был не очень толстым. Палец Юнги-хена толще и......делал Гуку намного больнее.....но......и намного приятнее. А если ещё и член трогать......то совсем хорошо. Но сейчас Чонгук не на шутку пугается. Эта идея почему-то уже не кажется ему такой заманчивой. У Юнги-хена......такой большой член! Это ведь будет ОЧЕНЬ больно, наверное.....
— Хен.....я боюсь, — шоколадные глазки испуганно бегают, а зубки прикусывают губу, заводя взрослого ещё больше. Этот маленький беззащитный комочек выносит мозги напрочь. — Хён... я не.....
В ту же секунду отчим накрывает губы Чонгука своими во властном поцелуе, одновременно толкаясь членом в попу чуть сильнее. Парень охает, раскрыв губы, чем сразу же пользуется старший, просовывая язык в нежную мякоть. Он с упоением вылизывает нёбо и уголки юношеского рта, перейдя вскоре к посасыванию розового язычка, и просто тает от наслаждения, сцеловывая тихие стоны, срывающиеся в такт толчкам его члена с обкусанных мальчишечьих губ.
— Хен! — вскрикивает Гук, ощутив наиболее сильный толчок, тянущей болью отдающийся в пояснице. — Хен......я боюсь. Не надо..... ах..... хен......пожалуйста......не надо......мне будет больно, — торопливый шепот напуганного парня дурманит разум Юнги похлеще той чистейшей дури, которую привозит из Кабула Хосок. Этот сладкий крольчонок его точно до беды доведет! — Пожалуйста, хен! Пожалуйста.....не надо.....хен.....я боюсь.....Больно..... Хен, мне больно! — но все мольбы мальчишки бесполезны. Ему уже не остановиться......
Он давит и давит, с силой вжимаясь каменным членом в желанную дырочку, стараясь проникнуть хоть чуть-чуть внутрь. И только резкий крик "Больно!" немного отрезвляет, ненадолго стирая пелену с затуманенных похотью черных глаз. Юнги теряется, приходя в себя, и слегка отстраняется, видя своего сладкого мальчика в слезах.
— Маленький мой...... Прости...... прости меня..... — он нежно шепчет в любимые губки, успокаивая плачущего малыша, сцеловывает хрустальные капли, скатывающиеся из уголков блестящих глаз, и зацеловывает смуглые щечки.
Юнги отходит ненадолго, чтобы взять масло, и щедро смазывает свой член и анус парня.
— Не плачь, мой хороший....... Всё будет хорошо....... Давай...... Давай ещё разочек...... Расслабь попочку......
— Мне б-б-б-б-у-у-дет о-о-ч-ч-ень больно, хё-ё-ён, — заикаясь скулит мальчишка, обняв отчима за шею, сам не понимая того, что один только вид такого нежного и трясущегося, но, в то же время, возбуждённого крольчонка только сильнее возбуждает старшего, позволяя похоти чёрной нефтью разлиться в сердце.
— Конечно будет, мой сладкий, — отчим целует пухлые губки и толкается в членом в попу, — ты же такой узенький...... Мой мальчик......такой узенький...... — зачарованно тянет старший, слегка отстраняясь и толкаясь снова и снова. — Но тебе же нравится....... когда маленько больно, Чонгукк-а..... Я сделаю больно совсем чуть-чуть...... Просто потерпи немного, малыш. — давление взрослого члена усиливается, заставляя парня ойкнуть и схватиться за крепкую шею ещё сильнее.
— Расслабься, мой маленький....... Расслабь попу...... Да......вот так...... Вот так, мой хороший..... Ты же у меня такой умница, Чонгукк-а.....— еле слышно шепчет Юнги в маленькое ушко, чувствуя, как тесные стеночки ануса понемногу раздаются в стороны, позволяя ему протолкнуться дальше. — Расслабь попочку ещё сильнее, малыш......Потерпи чуть-чуть....... Вот...... молодец..... Пусти меня внутрь...... Я хочу, чтобы мой мальчик хорошо расслабился и пустил своего Папочку в попу....... Папочка сделает тебе очень приятно....... Вот умница..... — старший чувствует, что его накрывает волной, сметающей все барьеры на своём пути и заставляющей торопиться, чтобы не навредить Гукки слишком сильно.
— Представь, что тебе нужно что-то вытолкнуть из попы, Чонгукк-а...... Давай....... Ещё чуть-чуть......Ещё расслабь попу..... Ещё немного, Чонгукк-а........
— Да! Да, мой хороший! — облегчённо выдыхает Юнги, слыша крик парня и с силой врываясь каменным членом в узкий анус. — Всё, мой маленький...... уже всё, — успокаивает он Гука, чувствуя как крупная головка полностью вошла в попу мальчишки, заставляя того плакать и дрожать от боли. — Всё, мой родной...... Больше не будет сильно больно, мой сладкий....... только немножко......
Отчим выцеловывает зарёванное личико своего мальчика и начинает понемногу двигаться в узенькой попе, еле сдерживаясь от того, чтобы не войти на всю длину до упора. Он чувствует, что этот неземной ребёнок одним своим существованием сводит его, взрослого и опытного, с ума. Ему ни в коем случае нельзя потерять Гукки. Лишиться Чонгка - значит перестать жить. Он уже однажды терял дорогих людей....... причём...... некоторых вынужден был убить сам...... чтобы не мучались...... Он хорошо знает, каково это - собирать себя по частям, складывая осколки души в единую мозаику, которая, тем не менее, не спешит становиться обратно ровным и гладким зеркалом, ещё долго оставаясь кривой и уродливой.
Чонгуку больно. Он плачет, всхлипывая покрасневшим носом, но позволяет старшему целовать и успокаивать себя. Юнги-хён такой плохой! Он обещал, что будет больно совсем немного..... а потом приятно.... Но ему сильно больно! И совсем не приятно! Гукки чувствует, как от обиды на уже любимого хёна слёзы начинают течь с новой силой, тут же исчезая под ласковыми губами противного Юнги-хёна. Ему что-то шепчут, нежно целуют и успокаивают, но это не сильно помогает. А вот рука хёна...... начавшая снова трогать его член...... на мгновенье отвлекает от той боли, что разлилась внутри. К тому же, член хёна в его попе перестаёт двигаться, даря облегчение, и сейчас, по сути, только давит, распирая стеночки...... что уже так знакомо......и......если ещё и трогать свой член......то......даже почти приятно...... Чонгук перестаёт плакать, сосредотачиваясь на новых ощущениях, и покрывается мурашками, когда хён трогает его снова набухший орган.
Юнги не вынимает член из попы парня, оставив головку внутри, но прекращает фрикции, стараясь сделать процесс как можно более безболезненным для своего мальчика. Он надрачивает рукой свой ствол, одновременно оглаживая член Чонгука, и с удовольствием наблюдает, как изменилось поведение крольчонка, стоило лишь ему возобновить ласки. Как хорошо, что Гукки от природы такой чувствительный! Мальчишка успокаивается и замирает, прислушиваясь к своим ощущениям, а потом постепенно начинает часто дышать и елозить попкой, добавляя вставленной в него головке взрослого приятного трения об узкие стеночки. Юнги давно уже на грани, но он не может позволить себе кончить раньше, чем это сделает его кроьчонок. Он наклоняется и вбирает юный член в рот, облизывая и посасывая набухший ствол и набрякший кончик, стараясь доставить малышу максимум удовольствия.
Взрослый доволен собой и радуется, как ребёнок, когда его усилия увенчиваются успехом и Чонгук начинает пошло постанывать в такт сосущему отчиму, попутно зарываясь пальцами в его пряди. Он извивается худеньким тельцем, крутит попой, дрыгает ножками и, наконец, звонко вскрикивает, судорожно поджимая ягодицы и изливаясь жидким семенем в рот отчима. Юнги, тут же усиливает темп своей руки и успевает передёрнуть всего лишь пару-тройку раз перед тем, как обильно наполнить почти ещё детскую попу густой горячей спермой, с хриплым рыком уткнувшись в мягонький животик потому, что его крольчонок, похоже, вцепился намертво и не думает отпускать его волосы. Отчим вынимает член из измученной дырочки, всё также прижимаясь щекой к нежному бархату возле пупка Гукки, и замирает на некоторое время, приходя в себя после крышесносного оргазма. Он понимает, что никого лучше этого паренька у него никогда не было. Все те бесчисленные любовники и любовницы не могут даже и близко сравниться с малышом Гукки..... сыном его невесты...... почти что его сыном......
Блять! Как же выпутаться из этого дерьма?! Чонгука он однозначно никому не отдаст. Если будет надо, то выкрадет и увезёт его куда-нибудь подальше...... на осторова.......скажем.... Каймановы........ где их в жизни никто никогда не найдёт.
Задумавшись о будущем и млея от начавших нежно теребить его пряди маленьких пальчиков, Юнги теряет присущую ему бдительность и не замечает раскосых лисьих глаз, метнувших чёрные молнии из раскрытого неподалёку окна. И только хрустнувшая под ногой чужака ветка возвращает его в сознание, вздыбливая волосы на загривке и мгновенно обостряя животные инстинкты зверя, глубоко загнанного внутрь.....как он думал уже навсегда. Но, нет! Судьба, когда-то предсказанная его матери повивальной бабкой, похоже, не собирается так просто сдавать свои позиции. Ну, что ж...... за Чонгука он готов поспорить даже с ней. Посмотрим ещё, кто кого!
__________________________
★★★★★★★★★★★★★★★★★
❤️💕😊
*зайчики мои , я теперь думаю писать скетчи, один уже готов , в профиле новая история❤*