Шизофрения, или тату салон Чон Чонгука.

Раннее утро далось для тебя тяжело. Голова болит так сильно, как будто вчера по ней огромный грузовик проехался, плюс ты опоздала на учёбу, но всё-таки в последнюю минуту ворвалась в кабинет.

Сразу после занятий, ты направилась к Чонгуку, размышляя над тем, как весело вчера вам было.

Приятную музыку в наушниках прервал звонок Тэхёна и ты немедленно взяла трубку.

—Ты–мелкая проказница, знаешь? — немного с усмешкой говорит парень, — Оставила меня вчера одного.

—Ну извини, Тэ, мне нужно было домой. Тем более Гук сам предложил меня подвезти.

—Агх, ладно, где ты сейчас?

—Как раз иду на место твоей вчерашней ночлежки.

— Оу, может подвезти?

—Нет, спасибо, я уже подхожу.  Ладно, увидимся.

—Надеру задницу тебе и Гуку, если снова будете пить.

Бросаешь трубку и входишь внутрь. Квартира(салон) Гука стала уже родной для тебя, её вовсе не хочется покидать, эти стены буквально привлекают тебя.

Сегодня необычно тихо, нет ни музыки, ни громко разговаривающих людей, да и Чона самого не видно.

Проходишь дальше, скинув рюкзак на кресло. Как и ожидалось парень сидит за столом, что-то рисует в большом блокноте.

Ты продолжаешь тихо разглядывать его из-за угла. Ресницы Гука чуть подрагивают, когда появляется новая линия на бумаге; губы складываются в трубочку, что говорит о том, как старается парень.

—Я вижу, что ты там стоишь. Иди ко мне, — резкий звук заставляет тебя вздрогнуть, но несмотря на это, ты сразу же присаживаешься рядом с ним.

—Таблетки от головной боли, выпей одну, — Гук подаёт блестящую упаковку таблеток, закрывая свой блокнот.

—Ты не представляешь, как сильно я нуждалась в них, — благодаришь и заглатываешь одну.

—Отлично, теперь идём.

Чонгук сжимает твою руку в своей и тащит за собой. И это кажется тебе странным, как будто у Гука есть потребность всё время касаться тебя. Весь вчерашний вечер Чон мог провести рукой по твоей ноге, или, сказав "Давай пять", сплести ваши руки вместе.  Отбросив эти мысли в сторону, садишься на диван.

—Раздевайся и ложись.

—Но в прошлый раз я сидела, — возражаешь ты ему.

—Хочешь чтобы я рядышком "Гав" набил? Нет? Значит ложись.

Вопросов больше не остается, поэтому ты снимаешь с себя чёрную толстовку и ложишься спиной вверх.

Слышишь тихий звук работающей тату машинки, и пальцы Чона снова касаются твоей кожи. Мурашки бегают по всему телу, становится стыдно, ведь Гук это явно заметил.

—Твоя кожа такая..., — он ненадолго замолкает, — Нежная, редко попадаются люди с такой мягкой кожей.

—Наверное, это самый странный комплимент, который мне делали, — отвечаешь ты, — Но спасибо.

Парень начинает работать, и на этот раз ты чувствуешь, как иглы вбивают краску в твоё тело. Больно, очень больно, слезинки скапливаются в уголках глаз, но ты стараешься терпеть.

Час мучений, по твоим щекам уже текут слёзы, и Чон заканчивает, аккуратно забинтовав свою работу.

—Ты умница, завтра продолжим, — поднимает он тебя, берёт твоё лицо в руки, большими пальцами смахивает слёзы и дарит быстрый поцелуй в середину лба, — Сейчас я уйду, ты оставайся, если хочешь, ну или же можешь пойти домой.

Чонгук хватает ключи от машины с тумбочки и быстро скрывается за дверью, оставляя тебя одну со своими мыслями.