7 Глава
-Опять?!- взвизгивает Юнги, чувствуя как с него стягивают одеяло.- Уйди отсюда, уйди...
-Тихо, хён,- шепчет Чонгуг и успокаивающе как ребёнка гладит Мина по волосам, в темноте кажущимися просто светлыми.- Джин-хёна разбудишь, а он встаёт раньше нас всех. Ну не могу я там спать.
Шуга, на которого эти прикосновения действуют как то странно, нервно отдёргивается и, шипя про "грёбанный храпун" и "протоптал тут дорожку, наглец ", пытается вытолкнуть макнэ с футона. Чонгуг со снисходительной улыбкой наблюдает за потугами старшего и милостливо поворачивается на бок, наблюдая теперь за ним из под опущенных ресниц.
-Вали, я сказал,- цедит сквозь зубы Мин, в последний раз толкает Гука ногой и громко выдыхает.- Блять.
-Чонгука, ложись ко мне, только дайте поспать,- в тишине раздаётся сонный голос Джина, и оба парня застывают. Чонгуг встречается глазами с Юнги и помимо воли расплывается в улыбке, поспешно утыкается лицом в подушку и содрогается од смеха
Юнги молча ложится рядом, тянет одеяло на себя и мстительно тыкает острым локтем куда то в бок младшего. Зачем он это делает, он объясниться не может, ведь молодой и горячий Чонгуг просто так вряд ли такое спустит. Ответ не заставляет его долго ждать- макнэ уже почти заученным движением молниеносно сгребает хёна в охапку и, уткнувшись носом в макушку, довольно улыбается. Вот теперь всё хорошо, теперь ему уютно и можно засыпать.
Юнги, будучи в плену рук макнэ, почти спокойно водит глазами по комнате, останавливается взгляд на фигуре спящего теперь на боку Джина и ему кажется, что он всё видит, как поблескивают его глаза. Становится как то стыдно и Мин сползает чуть ниже в объятиях Гука, опускает голову и утыкается носом в его предплечье. Так нечего не видно и Мин успокаивается.
Чонгук, засыпая, чувствует как Мин губами льнёт к его руке на долю секунды он даже думает, что это ему снится, так что он крепче сжимает объятия, чтобы удостовериться в реальности происходящего. В груди разливается тепло и Чонгуг накрывает хёна с головой одеялом, чтобы и тому было так же тепло как и ему сейчас.
Джин в изумление наблюдает за тем, как собственнически Чонгуг сгребает вредного и немногословного хёна в охапку, но ещё больше изумляется, когда тот почти без борьбы сдаётся и, кажется засыпает.
Сокджин незаметно щипает себя, чтобы быть уверенным, что это не сон: Мин Юнги, который даже простые объятия воспринимает как пытку и терпеть не может, когда о нём беспокоятся и окружают заботой, сейчас совсем как плюшевый мишка в руках макнэ.
Что то в этом мире определённо пошло не так...