3 Глава
-Хочу есть,- ноет Хосок, лежа на полу зала для танцпрактик,- может хотя бы в магазин сходим?
- Хён, возьми с собой Тэхёна,- Чонгуг на секунду прерывается,- и... принесёшь нам мороженое? Очень жарко.
Юнги отрывается от созерцания себя любимого в зеркале, нервно оглядывается на Чонгука, быстро обводит взглядом помещение и подмечает, что если Хосок с Тэхёном уйдут, то... больше никого здесь не останется. Никого, кроме Чонгука.
-Я пойду,- вызывается Мин добровольно, чуть дёрганным движением поправляет волосы, светлый цвет которых недавно обновили, и продолжает, чувствуя на себе пристальный недовольный взгляд макнэ.- Как раз нужно пройтись и проветрить голову.
-Тогда я пойду с Юнги-хёном,- заявляет младший и решительно сдёргивает со стула обе куртки,- идём.
Мин не успевает и слова против сказать, как оказывается вне комнаты для практик с курткой, прижатой к груди Гук крепко держит его за локоть и с невозмутимым видом шагает по коридору компании. Чон замечает, как старший нервно оглядывается по сторонам и явно раздумывает как бы сбежать, но Гук держит крепко и отпускать того совсем не собирается.
- Стой, хён,- внезапно останавливается Чонгук перед дверьми, напрочь игнорирует клюющего носом охранника и поварачивается к Юнги,- ты так простудишься. Дай помогу.
Мин снова молчит, пока макнэ натягивает на него куртку(от волнения и впопыхах не юнгевскую, а хосочью), только смотрит чуть лениво с неким посылом " что тебе ещё от меня надо-то, дитё?" и молчит. Чонгуг теперь смотрит со злостью, дёргает края куртки, зачем-то разглаживает кофту на груди старшего, старательно задерживая ладони на долю секунды на внезапно чувствительных грудных мышцах Юнги, и с силой застёгивает куртку до самого конца так, что хрупкого старшего теперь еле видно. В его движениях послание отказывающемуся понимать хёну- "ты мне нужен, тупая ты скотина, поймёшь ты наконец?" И где-то внутри Чон знает, что "тупая скотина" всё прекрасно понимает, но не желает идти навстречу, а значит прокладывать путь придётся самому.
Юнги становится страшно весело от осознания того, что он может вот так вот одним своим молчанием и ничегонеделанием довести и так не особо терпеливого макнэ до ручки. И вроде бы это совсем неправильно- вот так вот изгаляться над парнем- хотя это вообще не очень правильно то, что он делает, а Юнги позволяет. Мин Юнги же позволяет? Позволяет. Надо бы пресечь, отругать, врезать в конце концов, но Шуга бездействует и просто убегает, избегает, отмалчивается, отгораживается, притворяется поленом. Театр одного актёра, не иначе.
В круглосуточный магазинчик они заходят молча: один всё ещё злится, а другой с глазами, в которых всё же нет-нет да и проскальзывает тщательно скрываемое веселье. И второй знает, скрываемое веселье. И второй знает, что ему за это ещё придётся расплачиваться, но не сейчас.
-Чонгу-а, возьми корзину,- наконец прорезается голос у старшего, когда мелкий набирает снеков в охапку так, что ещё чуть-чуть и всё рассыпется по полу.- И молись, что бы в этой куртке оказался бумажник.
Макнэ молча идёт ко входу и высыпает всё, что нахватал, в корзину, хватает по пути обратно ещё несколько напитков(просто чтобы счёт вышел побольше- хён же платит) и подходит к Юнги, который застрял у холодильников с мороженым. Они скрыты от продавца стеллажом с рамёном ( это Гук подмечает абсолютно машинально) и младший, изображая предельную заинтересованность в выборе холодного лакомства, обхватывает Мина за талию и наклоняется прямо поверх него ближе к стеклу, за которым лежат десятки разных упаковок мороженого. Юнги замирает, чувствуя как чужие сильные руки удерживают его на месте и как близко лицо Чонгука к его собственному ( если обоим чуть-чуть повернуть голову, то их губы встретятся). Чон же наоборот активничает, теснее прижимает Мина к холодильнику, хмыкает и ведёт пальцем по стеклу ветрины, размышляет какое же выбрать. Юнги словно одержимый следит за пальцем, выводящим одному Гуку понятную фигуру, сдерживается, чтобы не накрыть руку младшего своей и не прекратить эту пытку. Он напрочь забывает о том, что они здесь стоят, чтобы выбрать и купить мороженое, он просто давит внутри себя зарождающийся страх, понимая, что то, о чём он думает и то, что ему это нравится не совсем нормально. Хотя опять же смотря что считать нормально.
-Отодвинься,- шипит Мин и закрывает глаза, когда чуть отросшая щетина на полборотке младшего царапает кожу щеки.
-Я ещё не выбрал,- с усмешкой отвечает Чонгуг и сильнее прижимается к Юнги,- не шевелись, я даже название прочитать не могу.
Мин Юнги ненавидит объятия со спины, в которое превратилось затяжное разглядывание мороженого, а потому он прикладывает все силы в то, чтобы отодвинуть от себя зарвавшегося макнэ, но тот как стена.
-Чон Чонгуг, блять,- не выдерживает Юнги, устав вырываться,- совсем обнаглел? Быстро отошол от меня!
-Есле поцелуешь,- коварно улыбается тот и подставляет щеку,- ладно уж, чтобы не сильно тебя смущать, можешь поцеловать в щёку.
Юнги округляет глаза, возмущённо раздувает ноздри и крепко сжимает губы. Охренел вконец, думает Мин.
Бесится, решает Чонгуг и сдерживает улыбку, когда замечает, как быстрым не до конца осознанным движением старший облизывает губы. Гук ждёт.
-Вам нужна помощь?- раздаётся несколько сонный и чуточку обескураженный голос откуда-то сбоку, Чонгуг давит в себе гомерический хохот, пока Юнги шопотом матерится, краснеет и морщит лицо.
-Нет, спасибо,- выдавливает из себя Мин, отодвигает дверцу холодильника, тащит не глядя четыре штуки, пользуется моментом, пока обессилевший от сдерживаемого смеха Чонгуг не в силах противостоять толчку старшего, вырывается из западни и идёт к кассе под недоуменный взгляд кассира.- и рисовых пирожков, пожалуйста. Четыре штуки.
Пока мужчина спешно упаковывает пирожки, Юнги роется в карманах, надеясь, что Хосок оставил бумажник в кармане.
-Я почти уверен, что он в кармане,- говорит подошедший
с корзиной в руке Гук.- он сегодня без сумки и рюкзака, так что он точно в кармане.
В кошельке Хосока, слава богу, всё же есть наличные и парни расплачиваются бысто. Юнги улучает момент, что бы испепелить взглядом макнэ, но тот только улыбается, смотрит с таким намёком во взгляде, что Юнги быстро отворачивается, краснея. И снова бесится.
-Я всё ещё жду свой поцелуй,- говорит Чон, шагая с пакетом в руках по коридору компании,- сейчас или я потребуют его на какой-нибудь передаче.
Юнги мысленно стонет в голос, прекрасно зная, что если это будет на очередной записи Weekly idol или Bangtan bomb, то выбора у него не будет, а потом он останавливается и оборачивается к макнэ, транслируя взглядом мысли о том, как он его за это ненавидит.
Чонгуг прячит довольную улыбку, потому что знает: стоит сейчас это сделать, и этот противный хён пошлёт всё к чертям и снова сбежит. Он терпеливо ждёт, смотрит на Юнги блестящими от возбуждения глазами и ждёт.
Юнги стягивает капюшон с головы, расстёгивает куртку до середины, потому что внезапно становится жарко и нечем дышать, зажмуривается и тянется губами Чонгуку, оставляя на его щеке быстрый смазанный поцелуй.
-Скажешь кому - убью,- хрипит напоследок Шуга, отворачивается и заходит в зал для практик, где в ожидании еды уже давно изнывает Хосок.
-И года не прошло,- возвещает
Тэхён, отрываясь от отработки движения.
Хосок, пока рвёт упаковку от пирожков, успевает заметить то, что покрасневшие и мрачный Юнги сразу идёт в свою репетиционную, а сияющий как начищенный пятак Чонгуг, скинув куртку, сразу включает музыку и танцует то, что они репетировали весь день. Хорошо танцует, эмоционально
-Чего это он?- кивает в сторону репетиционной Тэхён, но Хосок только пожимает плечами и косится на довольного как слон макнэ. Что то там всё же произошло...