"Лалисе Монобан"

  Письмо Лалисе Манобан

Я солгу, если скажу, что время лечит. Я устал. Устал просыпаться каждое утро и чувствовать всепоглощающую пустоту. Ненавижу осень. Ненавижу больницы.

Я стал зависимым от тебя ровно с того момента, как только встретил. Помнишь? Я стоял у здания, напротив кафешки, которая в конечном итоге стала нашим любимым местом.. Помню твои взъерошенные волосы и уставший взгляд, руки, которые с трудом несли ненужный мусор в виде бумаг и прочих папок с документами. Я предложил свою помощь, а ты слишком устала, чтобы отказываться. Твои глаза стали этаким магнитом для меня, потому что я правда не мог отвести от тебя взгляда. Уверен, тебя смущало это. И меня, по правде говоря, тоже. Дойдя до нужного места и передав весь этот хлам рабочему полиграфии, я предложил тебе чашечку кофе. Рассматривая свою обувь и перебирая пальцами волосы, ты тихо произнесла «только не влюбляйся в меня», а после улыбнулась, оставляя за собой недосказанность и, как понял я позже, сожаление.

Наши встречи стали слишком частыми. Я нуждался в твоём присутствии, а ты изо дня в день твердила мне «не влюбляйся, Чонгук, пожалуйста, только не влюбляйся». Я отмахивался от тебя шутя и говорил, что и в мыслях такого не было. А в голове чёрным по белому: не влюблён, а люблю.

Белые лилии... Одного твоего взгляда хватило, чтобы понять о твоей неземной любви к ним. Белые лилии, которые я дарил тебе каждое воскресенье в знак чего-то нового и прекрасного. Белые лилии, от которых сейчас глаза слезятся и буквально перехватывает дыхание.

К моему удивлению, у тебя был всего лишь один друг, с которым ты не хотела меня знакомить от слова совсем. Всего лишь случайная встреча и неизбежное «Розэ, знакомься, это Чонгук».

Я ненавижу осень. Я ненавижу больницы.

Пак Розэ стала той, кто разрушил мой идеальный мир, в котором я и ты, Лалиса, живём счастливой жизнью и с уверенностью смотрим в будущее. Но правда всё равно бы достигла моих ушей, ведь так? Теперь я понимаю, почему ты была против нашего знакомства: Розэ слишком честная.

«Не влюбляйся в меня, только не влюбляйся, пожалуйста».

Роковые слова, которые обжигали не только внутри, но и снаружи, выворачивая наизнанку и не давая спокойно собраться с мыслями. В тот день, когда горькая правда столкнулась со мной лицом к лицу, я до крови разбил косточки на своих руках, вымещая всю ненависть и обиду первому попавшемуся дереву по дороге домой. Помню твоё подозрительное лицо на моё «подрался в переулке, не переживай». Ты промолчала, словно догадалась, в чём дело, но упорно делала вид, что всё нормально.. Тихое «это того не стоит» и сильная боль в области сердца.

«У неё лейкемия, Чонгук. Она же говорила тебе об этом? Чонгук?..»

Маленькая разрастающаяся пустота, которая с того дня начала беспощадно заполнять моё тело.

В тот день, Лалиса, когда я узнал о твоей болезни.. В тот день ты пригласила меня к себе на ночёвку. Я до сих пор помню твою уютную маленькую квартиру. Стены пропитаны тобой и мне так и не хватило смелости вернуться в твой дом после того, как тебя не стало.

Карамельный латте, плед, звёзды, «Yesterday» Полла Маккартни, ты и я. Счастье ведь в мелочах, правда? Но жестокая реальность подобна удару волной, проходящей по лицу: мгновенно отрезвляет и разрушает эту чёртову иллюзию. Счастья не будет. Не в этой жизни.

Первый поцелуй. Наш первый поцелуй, от воспоминания которого мурашки по коже и легкое покалывание в груди. Клянусь, тогда, обняв тебя, такую смущенную и хрупкую, словно фарфоровую куклу, я осознал, что держу в своих руках целый мир. Правда.

Незаметно наступил октябрь. Жестокий октябрь, который хочется навсегда стереть из календаря, испепелить одним лишь взглядом и уничтожить. Но я не чёртов волшебник и чудеса просто так в жизни не случаются.

Короткий разговор подобен прощанию. Ты ведь тоже помнишь каждое слово, сказанное друг другу?

- Я просила тебя не влюбляться.

- Да, но так вышло, что не влюбился, а полюбил.

- Мы обязательно встретимся в следующей жизни, Чонгук.

- Не говори глупостей. Всё будет хорошо.

Я лгал самому себе в надежде на что-то хорошее. Какой же я дурак.

В памяти всплывает отчётливая картина, которая в последнее время часто тревожит мои сны: коридоры, переполненные безнадёжностью, твоё мёртвое тело, мои слёзы и пропитанные фальшью слова «мы сожалеем».

22 сентября 2014 год – день, когда тебя не стало. День, когда моя жизнь разделилась на «до» и «после». День, когда мир потерял яркие краски. День, когда я перестал смотреть в лицо будущему.

Прошло три года и я по-прежнему ненавижу осень. Я по-прежнему ненавижу больницы и этот мир, в котором нет тебя, Лалиса.

Мы обязательно встретимся в следующей жизни, ведь так?

Ты примешь меня?..

Ч.Ч.

22.02.2017

Эпилог

Осенний дождь вызывает лишь отвращение. У могилы девушки, обрамленный в черное длинное пальто, стоял парень, держащий в руках конверт и цветы, напоминающие, кажется, белые лилии. Он пробыл на этом месте совсем недолго: положил цветы у надгробия и, откопав небольшую ямку и спрятав туда конверт, засыпал землей, кидая прощальный взгляд на фотографию девушки.

Осенний дождь вызывает лишь отвращение. Так думал парень, отчаянно швыряя ногами камни и раз за разом тревожа ударами бездонные лужи. Дорога. Бесконечная тёмная дорога и свет, показавшийся из-за угла таким внезапным и.. ожидающим?

Звук тормозов, удар и бездыханное тело. Хлопок дверей и крики женщины, бесконечные гудки и мольба о помощи... Но всё это было таким неважным, таким несущественным, ведь в тот момент, когда гибель молодого парня была неминуемой, перед глазами возник образ молодой девушки – его девушки. Вечно прекрасная и излучающая тепло, счастливая и беспечная, с милой улыбкой и заразительным смехом – его до боли любимая Лалиса Манобан. Душа покидает тело, а на устах тихое «мы обязательно встретимся в следующей жизни».