Менеджер

Утро началось непривычно. Когда я подошла к Чонгуку со списком дел на день, он замер, внимательно вглядываясь в моё лицо.

— Ты сегодня бледнее, чем обычно, — произнес он, и в его голосе проскользнула странная нотка беспокойства. — Ты завтракала?

Я лишь пожала плечами, списав это на минутную причуду. Но день превратился в какой-то сюрреалистичный сон. Чонгук — человек, который раньше едва удостаивал меня кивка или даже если и общался, то как с подчиненным, теперь буквально ходил по пятам.
«Тебе помочь с документами?», «Давай я сам договорюсь с фотографом».
Он слушался моих указаний беспрекословно, вызывая у меня подозрение. Куда делся тот высокомерный придурок?
В конце концов, я не выдержала и поймала его в коридоре.

— Что происходит, Чонгук? Откуда такая резкая смена курса?

Он замялся, и ответил тише, чем обычно:

— Слушай... я думал, ты понимаешь, что моё поведение было просто шуткой. Не думал, что ты так серьезно на меня обижаешься. Но последнее время ты подавлена. И насчет той ночи... — он отвел взгляд. — Я был уверен, что тебе понравилось так же, как и мне. Я не знал, что ты настолько из-за этого нервничаешь.

Я не знала верить ему или нет, это было сложно. Но следующие недели и вовсе перевернули моё представление о нём. Мы стали проводить время вне работы, и оказалось, что за этой самоуверенностью скрывается человек, с которым невероятно легко. Единственным возвращением в реальность был Юнги. Он демонстративно игнорировал Чонгука и каждый раз, видя нас вместе, явно не одобрял это сближение.

Однажды после тяжелой смены мы с Чонгуком и Чимином решили выбраться в небольшой традиционный ресторанчик. Мы заняли уютную закрытую беседку.

— Погоди, ты серьезно дошла до шестидесятого уровня ? — Чимин едва не подавился чаем, глядя на меня с удивлением.

— Да, но до сих пор не могу пройти задание на возвышение ранга.

— Охренеть... Не знал что ты тоже в неё играешь. Мы с Чимином зависаем в неё каждый вечер. — Чонгук оживился, его глаза азартно блеснули. — Всё, решено. Добавим тебя в друзья и будем ходить в рейды вместе.

В тот момент, глядя на их улыбки и чувствуя тепло от горячего чая, я поймала себя на мысли: как же сильно я в нем ошибалась. Возможно, нам просто нужно было немного времени, чтобы наконец-то понять друг друга.

На следующее утро я застала Юнги на кухне студии звукозаписи. Он медленно обернулся, и его взгляд был непривычно холодным.

— Чимин сегодня всё утро не затыкался, — начал Юнги, не сводя с меня глаз. — Рассказывал, как вы весело проводили время и ели мясо. Так значит у тебя теперь в планах сблизиться с Чонгуком?

В горле внезапно пересохло. Юнги сделал глоток кофе, поставил чашку на стол с глухим стуком и подошел ближе.

— Помнишь, что я говорил тебе ещё давно? О том, что Чонгук на самом деле не плохой парень? — он сделал паузу и его губы тронула разочарованная усмешка. — Забудь.

Я хотела возразить, рассказать о том, как Чонгук изменился, как он заботился о моем самочувствии и извинялся за свое поведение, но Юнги лишь покачал головой, пресекая любую попытку оправдания.

— Ты видишь только то, что он хочет тебе показать сейчас, — отрезал он. — Но я знаю его дольше. И то, как быстро он сменил гнев на милость, пугает меня больше, чем его прежнее высокомерие. Просто будь осторожна. Когда он наиграется в «хорошего парня», падать будет больно.

Он прошел мимо, задев меня плечом, и оставил одну в тишине. Моё сердце, которое ещё вчера так отчаянно поверило Чонгуку, теперь испуганно сжалось. Я не знала к кому прислушиваться: к человеку, которому совершенно точно можно доверять или к человеку, которому я хочу доверять.

Один из вечеров, когда мы с Чимином пришли в гости к Чонгуку, казался на удивление уютным. Я убеждала себя, что всё это лишь часть моей работы. В конце концов, наладить контакт с капризной звездой было моей главной задачей как менеджера. Тот факт, что мы переспали, я аккуратно упаковала в самый дальний ящик сознания и заперла на ключ. Чонгук, казалось, сделал то же самое. Он не позволял себе лишних намеков и это помогало мне расслабиться.
Мы расположились в его гостиной, заставленной мониторами и игровыми девайсами. Воздух наполнял аппетитный аромат лапши.

— Эй, Каролин, можешь взять хилера в отряд? — крикнул Чимин, не отрываясь от экрана.

Я принялась клацать по клавишам. Мы проходили сложное подземелье и адреналин вытеснял все лишние мысли. Но стоило наступить перерыву, как реальность снова начала подкидывать мне поводы для раздумий.

— Тебе не жестко? — тихо спросил Чонгук, подкладывая мне под спину мягкую подушку, пока я жевала лапшу. — Пересядь в кресло, оно удобнее.

Когда я вскользь упомянула, что обожаю овощи, он, не говоря ни слова, переложил всё содержимое своей порции ко мне в тарелку.

— Ешь, мне они всё равно не особо нравятся. — сказал он.

В эти короткие моменты Чимин будто растворялся в пространстве. Оставались только нежные интонации в голосе Чонгука и его внимательный взгляд, от которого по коже бежали мурашки. Я больше не ждала подвоха. Больше не искала в его словах сарказм. Моя подозрительность, которую так старательно подпитывал Юнги, начала таять под этим теплом.
Я поймала себя на том, что улыбаюсь, глядя на профиль Чонгука в синеватом свете монитора. Неужели это и есть настоящий он? Или я просто хотела, чтобы это было правдой?

Вдруг телефон на столе завибрировал. На экране высветилось имя Юнги. Он будто обладал шестым чувством и знал, что именно сейчас я нарушаю все его предостережения, наслаждаясь заботой Чонгука. Чонгук краем глаза заметил входящий, но ничего не сказал. Лишь на секунду замер, ожидая моей реакции.
Я быстро протянула руку и сбросила звонок.
Пальцы быстро набрали сообщение.

«Я сейчас занята по работе, освобожусь — наберу».

Наглая ложь, учитывая что «работа» сейчас заключалась в поедании лапши и совместном прохождении квестов, но признаться Юнги где я, значило спровоцировать скандал, а я не хотела ссорится с другом.

— Всё в порядке? — Чонгук обернулся, его голос звучал мягко.

— Да, просто рабочие моменты. — я выдавила улыбку и вернула всё внимание монитору.

Вечер продолжился, но внутри поселилось странное чувство двойственности. С одной стороны тепло Чонгука, который, когда я случайно задела рукой его плечо, не отстранился, а лишь шире улыбнулся. С другой — незримое присутствие Юнги, чьё недоверие висело в воздухе невидимым грузом.