3.
Да, снег - это действительно потрясающее явление. У него, кажется, и запах свой есть. Не сравнить его с еловыми шишками или мокрым асфальтом, но что-то такое искренне особенное таится в этих кристалликах льда, спускающихся с небес, что странно было бы видеть их и совсем не радоваться. Снег холодный, но с ним, почему-то, так тепло.
Чимин не сказал бы, что очень любит зиму. Иногда ярких лучей солнца так не хватало, что никакой снег не радовал. Но и в летнюю жару, бывало, скучалось по гололеду. Пак скорее просто любил играться с температурами. В жаркую погоду он включал кондиционер, а во время заморозков принимал горячие ванны. Хотя горячими их назвать было сложно. Сам юноша привык к кипятку, обволакивающему его тело, но стоило ему прочесть случайную статью в интернете о том, что излишне горячие ванны принято считать одним из видов селфхарма, Чимин быстро свернул свой хамам 'Кипящие котлы' и на время завязал с этим делом.
Был ли это особый вид мазохизма? Кто знает... Сам парень решил избегать желания сидеть в обжигающей воде и начал контролировать свое состояние при долгом нахождении в душе.
"Снег, но телу жарко. Поразительно."
Так думал молодой человек, выходя из ботанического сада следом за незнакомцем. Единственное, что лишь немного сейчас волновало Пака, это его мысли. Их не было. Исключительная тишина, никакого лишнего шума и давки в голове. Ничего лишнего. Пустота. Совсем не зудящая, скорее наоборот: щадящая. Будто это то самое спокойствие, что Чимин так искал, наконец, медленно пробивается внутрь его, уставшего жить эту жизнь, тела.
Снег, будто боясь поранить, осторожно приземлялся на холодный асфальт, медленно заставляя тот белеть. И даже людей здесь было не так много, чтобы этого холодного красавца сразу утаптывать, так что тропинки в саду какое-то время оставались белыми.
Чимин наблюдал. Он зачарованно рассматривал каждую снежинку, парящую рядом с его лицом, и, возможно, со стороны выглядел очень глупо, но это было так неважно. В этот миг его совсем ничего не волновало. Время остановилось, но снег все падал и падал.
Падал так уверенно и неприхотливо, будто он единственный имел власть над всем этим миром. Ветра почти не было, так что крупные хлопья устраивали целые шоу, мастерски виляя из стороны в сторону примитивными зигзагами. Если бы сейчас кто-то сфотографировал Пака, этот снимок выиграл бы все конкурсы фотографий. Белый снег, пустой парк, серое небо и улыбающийся Чимин. Такой искренней улыбки он давно не мог выдавить из себя, а сейчас само собой вышло. Так приятно на душе, так потрясающе легко.
***
- Ты весь день где-то гулял, я в шоке - честно проговаривает Чонгук, сидя в позе вареной креветки на кухонном стуле, наблюдая за старшим братом, что, зайдя в квартиру, молча снимает с себя пальто, скидывает ботинки с ног и обессиленный падает на кровать - Расскажешь?
- Не расскажу - выдыхает шатен, поворачиваясь набок и вновь встречаясь взглядами с, пожалуй, заскучавшей без их вечных переглядок, стеной.
- Почему нет? - интересуется младший, закидывая кусок варёной редьки в рот.
- Потому что ты описаешься, как маленькая девчонка, когда узнаешь, с кем я познакомился сегодня, а мне потом пол за тобой подтирать - довольно улыбаясь удивлённой стене, отвечает шатен.
Младший некоторое время молчит, фильтруя информацию, затем немного думает над остроумным ответом, но, к сожалению, в их семье только Чимину достались и красивая внешность, и хорошее чувство юмора, так что Чон просто недовольно цокает языком и, подходя к кровати, шлепает брата по заднице.
- Давай, Матрёна, вещай.
И Чимин рассказывает. О странном блондине, который своей внешностью буквально, как магнит, тянет, но напором сразу отталкивает. И о тихом брюнете в кепке, что так спокойно отнесся к попытке Пака познакомиться, будто каждый день берет вот так номера телефонов у незнакомцев.
Чонгук падает с кровати, услышав о том, что брат написал на листке для брюнета свой возраст, и шутит о том, что можно было бы и вес с ростом тогда уж указать. И данные паспорта, и несколько подписей поставить, чтобы любой банк кредит одобрил на имя Пака-Мастера-Подкатов Чимина.
- Ты такой бумер, серьёзно - хихикая повторяет раз в пятый Гук, наблюдая за попытками брата найди информацию о Намджуне по его визитке.
- Фу, отлипни от меня, слизняк - дергается в ответ шатен, скидывая с себя ногу младшего, и расстроенно вздыхает - Что это за визитка такая, если на ней нет никаких контактов для связи, кроме номера телефона?
- Визитка для знакомств, никак не связанных с работой, очевидно же - закатывает глаза Чон, вновь укладывая ногу на спину нервному сыщику.
- Это ты на что это намекаешь, сосун древесный? - злобно зыркает на брата Чимин, но, видя ехидную гримасу на лице того, лишь машет головой, дабы выкинуть всякие мыслишки оттуда - Давай просто ляжем спать уже.
- Так и скажи, что тебе больше тот хиппи в кепке понравился - потирая руки, скатывается с кровати Гук.
- Никто мне не понравился. Я просто друзей завожу, чтобы с ума не сойти! - убедительно тараторит Пак, закутываясь в одеяло.
- Да да, друзей. Заводи, конечно, но как бы они в прямом смысле не завелись, если ты понимаешь, о чем я - играет бровями младший и через секунду спешит увернуться от летящего прямо в лоб тапка - Девственник обиженный...
- Импотент несчастный - не заставляет ждать ответа хозяин дома.
Так, обменявшись любезностями, они засыпают. Чонгук сдержанно радуется 'живому' поведению брата, а сам Чимин в голове прокручивает моменты знакомства с теми двумя парнями, представляя новые пути развития событий, где один из незнакомцев оказывался бы агентом под прикрытием, а другой преступником, а Чимин такой супер-бой между ними, как главный герой в книге; или вот ещё сюжет: один из незнакомцев оказался врагом другого, и они в ссоре из-за любви к Чимину начали драться, и.... в общем неважно. Просто представляет и все. Никогда не мечтали что ли? Что вы так странно смотрите?
Следующий день прошёл в ожидании. В ожидании снега за окном, желания вылезти из кровати, ну и.... звонка от того парня в кепке. Чимин почему-то решил, что Намджуну он написать всегда успеет, а вот с тем парнем нужно срочно знакомиться. Нужно ждать звонка, или сообщения, или письма на почту, или что там ещё делают люди, когда у них есть номер того, с кем они хотели бы познакомиться. Сам Пак, пожалуй, написал бы простое смс, но так бы сделал он, а вот чего ждать от загадочного брюнета из сада никто не знал.
- Второй день уже пошёл с последней твоей вылазки на улицу, а ты за все это время даже с кровати не встал - констатирует недовольно Чонгук, стоя над душой старшего брата, пока тот молча гипнотизирует свой смартфон - Сходи, приведи себя в порядок и сходим вместе куда-нибудь. Боже, у тебя, наверное, мочевой пузырь разрывается сейчас. Давай-давай!
'И правда. На этом кепочнике мир клином сошёлся что ли?' - спрашивает себя Чимин и, из вредности делая вид, что не согласен на предложения младшего, все же поднимается с кровати и плетется в сторону ванной.
Чонгук переживает. Провожает взглядом еле плетущегося брата и думает о том, что пора бы уже серьёзно взяться за его ментальное здоровье и сводить Чимина вновь к врачу, или что ещё лучше - предложить полежать в больнице. Хотя нет, это перебор, кажется. Гук хоть и взрослый мальчик, но совсем не понимает, как у такого сильного, вечно молодого и лучезарного парня вдруг могли появиться проблемы. Как такой светлый Чимин смог по уши утонуть в этом дерьме пассивности. Как? Почему именно этому потрясающему человеку от судьбы досталась такая страшная болезнь.
А депрессия - это ведь и правда самая настоящая болезнь, со своими симптомами и последствиями. Это он и без подсказок понял, послушав некоторые рассуждения брата.
' - ... Она болит. Болит так сильно, что не сравнить ни с чем. Болит повсюду. И нет какого-то одного органа, который бы отвечал за эту боль. Ты не можешь принять таблетку обезболивающего, чтобы стало легче, не можешь переждать, чтобы прошло, потому что не пройдёт, не можешь просто лечь спать, потому что даже сон не спасает. Не можешь сделать операцию, выпить сироп или поставить прививку от депрессии. Ты ничего не можешь в борьбе с ней. Сил нет даже на то, чтобы дойти до ванной и умыться. Тебе просто не хочется делать хоть что-то, чтобы исправить ситуацию, и самое страшное не это, понимаешь? Страшнее то, что ты все это осознаешь. Что каждую прожитую минуту, каждый день в этом состоянии, ты помнишь. Ты находишься в сознании. Физически тело все ещё под твоим контролем, но есть ли силы на управление им? Нет. И ты понимаешь, что это пиздец полнейший. Что такой глубокой ямы, что сейчас в тебе, ты больше нигде никогда не найдёшь. А ты её, черт возьми, чувствуешь. Она внутри захватывает каждый миллиметр твоего тела и сковывает его цепями боли. Болит голова, глаза, спина, шея, сердце, ноют ноги и руки: ты весь болишь. Ты просто тело, что бесконечно болит. Кусок мяса. А ощущается это, будто каждая даже самая маленькая мышца в твоём организме молит тебя прекратить все это. Прекратить чувствовать. Прекратить быть таким слабым. Прекратить быть. А ты....'
- Прекратить быть - шёпотом повторяет младший, вспоминая фразу за фразой.
Чонгук не привык проигрывать и уж тем более играть нечестно, но сейчас он бы согласился на допинг. Любой. Пусть самый дорогой, но действенный. Главное - вновь увидеть улыбку Чимина. Вновь услышать его смех. Вновь стать тем самым косячным младшим братом, который, по сравнению со старшим, разгильдяй полнейший. Опять увидеть, как его старший брат наслаждается жизнью.
От раздумий юношу отвлекает звонок. Звонят Чимину, но кто вообще ему звонил за последние две недели? Разве что рекламщики.
- Ну, поболтаем с каким-нибудь Пак ПукПиком про их новые новомодные пылесосы и огромные скидки, все равно нам тут очень скучно - даёт сам себе согласие на принятие телефонного звонка парень и тянется к телефону - Алло?
- Добрый вечер, это я - звучит на той стороне провода спокойный мужской голос.
'Супер, а это я' - язвительно подмечает про себя Чон, на время убрав телефон от уха, чтобы убедиться в том, что звонок все ещё продолжается.
- Кто 'я'? - все же уточняет Гук.
- Ну, я.... звоню - медленно, будто пытаясь на что-то намекнуть, тянет гласные собеседник.
'Я понял, Мистер Очевидность' - закатывает глаза Чон - 'Понабирают в кол-центры отсталых ради гос.пошлин, а учить работать их не хотят'
- Кому звоните? - спрашивает Гук, прислушиваясь к звукам из ванной, где Чимин, кажется, уже собирается заканчивать водные процедуры.
- Тебе - вдруг слышится неуверенность в голосе, и интонация немного ползет вверх, будто человек на той стороне звонка начинает сомневаться в том, что попал туда, куда планировал - Чимин?
- Нет, не Чимин - радуясь замешательству собеседника, отвечает Гук и переворачивается на спину.
'Значит не пылесосовая реклама'
- А где Чимин? - вдруг строго спрашивает парень, выдавая в голосе легкие нотки волнения.
- Чимин в душе - равнодушно сообщает Чон, разглядывая ногти на своих руках.
- А с кем я говорю? - вновь чуть спокойнее уточняет голос.
- С тем, кто пойдёт в душ следующим - честно отвечает Гук, ещё больше заводя собеседника в ступор.
- Можешь передать ему, что я звонил, пожалуйста? - спустя пару секунд молчания просит юноша.
- Окей.. - удивлённо проговаривает Гук, но не успевает ничего больше сказать - Сбросил.
'Какой вежливый. У него, наверное, луна в рыбах или венера в весах, ужас. Бедняга'
- Чимин, тебе тут звонили!