Сумасшедший

- Тэхен,- шепнул на ухо внезапно подошедший Чонгук, от чего тот вышел из своих грёз, где мучительно убивал этого подонка напротив,- Успокойся. Все хорошо,- рука легла на плечо парня.
Тэхену стало приятно от одной мысли о заботе. Давно он не ощущал такого. Родители его почти не любили, в основном они показывали «любовь и заботу» на публику, во время бесед с далёкими родственниками или при обсуждении продвижения компании.

Пока парни отвлеклись на тихие перешептывания, мужчина что-то слабо вырисовывал в воздухе. Как оказалось, он отдавал команды охранникам, ввиде жестов.

Увидев всё это через камеры наблюдения, охрана не медлила и уже через пару секунд была в помещении.

- Левый корпус L347,- лишь скомандовал тот и вышел.

Парни оторвались от друг друга и стали выжидающе смотреть на то, как к ним подходят два здоровых и высоких мужчин. Юноши отходили назад, но уже вжавшись с холодную до мурашек стену, остановились.

Тэхена и Чонгук небрежно схватили за плечи и вкололи в шею странный, но уже привычный для них раствор. Затем стало всё кружится перед глазами. Темнота.

***

Чонгук проснулся первым. Он осмотрел всю комнату, каждую деталь. Через несколько минут от занятия его отвлёк голос.

- Чонгук~. У меня голова болит~,- охрипшим голосом сказал Тэхен, приподнимаясь на кровати, приняв сидячее положение.

- Не переживай,- Чон встал из своей белой кровати и направился к другу. Он сел на одну кровать с Кимом, чуть приобнимая того за плечо, мысленно посылая поддержку

- Тебе нужно поспать. Приляг,- сказал Чонгук Тэхену.

- Ты прав.. А как же ты? У тебя не болит голова?

- Нет. Я в порядке,-мило улыбнулся Гук, а затем ушёл к себе на кровать, смотря пустыми глаза куда-то потолок.
На самом же деле, у Чона болела голова от всех этих событий. Но среди всего этого ужаса, было большое «но» - он встретил Тэхена, Юнги, Чимина и Хосока.

***

- Хосок, что происходит? Зачем они взяли Тэ и Гука?- не переставал плакать Чимин.

- Чимин, мне тоже их жаль, но я правда ничего не знаю,- ответил ему старший, прижимая к себе в объятьях.

- Не к добру всё это..- бубнил Мин, постоянно хмурив лицо.

Вскоре в помещение зашёл мужчина, лет 40-50 и взяв Хосока за рукав, потащил к выходу.

- Йа~. Пустите. Кто вы такой? - безперестанно кричал Чон, пытаясь оттолкнуть мужчину.
- Тебе всё объяснят там.

- Где? Куда вы его тащите?- спросил Юнги совсем не доброжелательно.

- Вы с Чимином следующие, советую готовиться,- усмехнулся этот тип, за что получил мысленный удар от Мина по лицу.

- Отпусти. Хосока. Тварь.- говорил Чимин, делая акцент на каждом слове. Никто из присутствующих такого не ожидал.

- Не хочу. Смотри-ка, я его трогаю,- мужчина бесстыдно лапал парня, а когда дело дошло до лица Хосока, которое на этот момент выражало дикую неприязнь у ситуации, Чимин подошёл и со всей силы ударил того придурка.

- Я Тебе говорил,- Чимин усмехнулся своим же действиям и громко смеясь, наступил на горло тому мужчине.

- Ч..Чимин?- не понял Чон.

- Слушай сюда внимательно, я повторять не буду. Передай своим ублюдкам в белых халатах, что если они что-то сделают с Тэхеном, Чонгуком, Юнги или Хосоком, то я каждого из вас убью. Мучительно. Жестоко. Больно. По-садистки,- громко прошептал Пак, всё время улыбаясь,- понятно?

- П..Пошёл..Ты... Вы.. Все здесь.. Подохните,- сказал мужчина, за что получил удар по животу от Мина.

- Возможно. Но только после тебя, сука,- мужчина последний раз в жизни увидел злую и жестокую улыбку двоих парней, а затем один из них выхватил пистолет из кармана и убил врача.

- Ахах. Приятно,- посмеялся Чима почти одновременно с Юнги. Сейчас двое парней выглядели совсем как два короля ужаса: натянутые до ушей улыбка, полученные во время убийства мужчины, гневные и чёрные глаза, пропитанные злобой и ненавистью, но что самое ужасное, так это то, что почти вся одежда и лицо с руками были в крови.
Юнги прошелся по губам языком, слизывая остывшую кровь.

- Противная кровь. Даже у животного будет лучше, чем у тебя,- спокойно обращался он к трупу мужчины.

- Согласен,- подтвердил Пак, но резко вспомнил, что вжавшийся в уголок Хосок наблюдал за всем этим.
Чимин направился к другу, но тот лишь остановил его жестом протянутой руки.

- Не подходи, мне нужно обдумать ситуацию.

- Но..

- Пожалуйста..

- Ладно,- сказал Чим и сел в другой угол. Его, если честно, не заботила произошедшая ситуация, а наоборот - смешила.
Улыбаясь своим мыслям, он не заметил, как к нему подсел Мин.

- Что?- удивленно спросил Чимин. Юнги лишь молчал и продолжил смотреть на парня. Вскоре обоим пришлось перестать пялиться друг на друга, ведь они услышали, как неподалёку в углу тихо посапывал Хосок.

Каждый из двух парней думал о своем. Юнги о том, что же ждёт их завтра. А послезавтра? Чимин же больше думал о только что произошедшем событии, которое, возможно сильно повлияло на его характер. Он смотрел на уже остывшее бездыханное тело мужчины пустыми глазами. Если же пять минут назад его не волновала ситуация, то сейчас он сломан. Но он был их тех людей, которые хоть и будут умирать внутри, но никогда не покажут истинных эмоций. Возможно, поэтому ему было сейчас трудно. Чимин плохо знал окружавших его людей - Хосока, Юнги, Чонгука и Тэхена.

Выйти из своих мыслей Пака заставила тяжесть, опустившаяся на его плечо. Юнги, слабо прижавшись к парню, тревожно спал, постоянно вздрагивая. Чимин знал, почему Мину плохо спалось. Это были те ужасные дни, когда их насильно заставляли что-либо делать. Пока Тэхен хоть как-то « отдыхал », то Чимина мучали почти каждые 4 часа, тыкали шприцами. С Юном было не проще.

Пак и Мин были в одной комнате экспериментов из-за догадок врачей об одном свойстве их тел. Над ними проводились одни и те же пытки, резали их, избивали, вкалывали что-то, давили как морально, так и физически.

Гука держали буквально так на цепи, как собаку. Ему кололи такие же вещества, как и Тэ, но только во все участки тела, включая внутренние органы, такие как легкие, мозг и тд. Видите ли, для проверки. Восстановится ли его дыхание, после онемения легких? А сможет ли мозг начать функционировать после отключки?

Самое страшное происходило с ним. Никому не известно, что происходило с Хосоком. Это, своего рода, секрет, который должен лечь в гроб вместе с Чоном. Сам же он никому не рассказывал, а кому? Верно, никому. Ему запретили, а вообще, ему самому стыдно и страшно такое говорить.