Глава 13.
Довольно приветливая погода помогает собраться с мыслями и духом о сегодняшнем дне, который я хотел, чтобы побыстрее закончился, поскольку этот день войдет в один из самых ужасных в моей жизни. Ненавижу их всех, за что мне это все? Мама никогда бы не позволила такого, но отец не особо хочет прислушиваться к моим словам или вспоминать о мыслях покойной. Почему я вообще стал сыном своего отца? Неужели он не может понять, что жениться на той, кого я не люблю, это ужасно... ДА и не могу я этого сделать, поскольку никто не сможет заменить мне Гука.
Я не видел его уже 29 часов, а через 10 часов состоится вечер в честь помолвки с Хан Ыль. Она безусловно красива, умна, мила — мечта любого парня, но не гомика. Восемь часов дня, а мне неймется, обычно я еще сплю, но сейчас больше всего на свете я бы хотел увидеть Чонгука, а еще лучше сбежать с ним куда-нибудь, но увы этого не может быть... Как же я это ненавижу... Отец забрал его с собой, чтобы он помог ему с какими-то бумагами и справками, поскольку его хотят взять, как свидетеля на нашей свадьбе, которая должна будет состояться через месяц.
Я бродил по своей комнате, сложив руки на груди. На мне были пижамные штаны, которые были серебристо-серые и свисали почти до пола, такая же майка и полосатый черно-белый халат. Он также был почти до пола, но находился выше штанов, что позволяло не спотыкаеться о него.
Все же решив немного отдохнуть, я бросил взгляд на окно и продвинулись к нему стул, чтобы после приземлиться на него. Я не любил день, поскольку все интересное для меня было ночью. Именно в это время суток я чувствую себя свободным, отдаленных от этого мира и забот, которые приходят с восходом. Как жаль, что не многие замечают это. Но нельзя было сказать, что день ужасно плох, рассвет ужасно прекрасен, как и ожидание того, что скоро на тебя падут первые, пока еще не очень теплые лучи солнца, но тем не менее, как бы я не любил ночь, я всегда жду этого рассвета, надеясь, что с новым днем придет новая жизнь, хорошие моменты. Только сейчас уже утро, солнце уже греет людей и деревьев своим ярким и теплым светом. Порою мне хочется, чтобы оно меня растопило и я больше не видел бы этого мира...
Меня заставил под прыгнуть стук в двери, который был очень сдержанно и не решителен. По нему можно было определить, что стучит очень маленькая и слабая ручка.
Я, как обычно, следуя своей привычке, встал, засунув руки в карманы халата, направился к двери. Впервые в жизни у меня не возникло вопроса, кто это пришел? Или я не крикнул, что вы хотите? Пойдя к двери, не посмотрев в глазок, открыл её. Я смотрел в пол на черные туфли на огромном каблуке, поднимая их вверх, заметил уже знакомые ровные и длинные ноги, тонкую талию и прочие изгибы тела. Новым оказалась лишь одежда, которая была на Хан Ыль. Я не рассматривал её подробно, лишь понял, что та в черном, легком, длинном платье. Длинные черные волосы были сплетены в высокий хвост, который придавал ей некую нотку простоты, чего обычно нельзя было увидеть в особах нашего, высшего, общества. Карие глаза смотрели так же неуверенно, как и звучал стук в двери.
— Доброе, — чуть отрезав басом, пожелал тот и освободил путь, пропуская Хан Ыль в комнату, сопровождая все это жестом руки, которая указывала в глубь комнаты, которая находилась в одном из особняком компании отца.
Девушка мило улыбнулась и прошла вовнутрь, начиная осматривать комнату. Аккуратно заправленная кровать кремового цвета, которая была на тон темнее чем стены этой комнаты. Диван, стоявший напротив телевизора, был почти таким же, но на его обивке был плавный переход от темного и белому, что опускалось к полу.
— У дизайнеров была очень скупая фантазия для комнаты, — заговорила та, что я немного удивился, поскольку мне казалось, что придется самому искать тему для разговора.
— Что ты имеешь в виду? — спросил я, уже примерно понимая о чем идет речь.
— Все комнаты одинаковы и похожи в оформлении, — продолжила та, подойдя к окну и поправить одну из телесных прозрачных занавесок.
— Так устроены все здания... Так можно понять, что эта комната находится именно в этом здании... — ответил я.
— Мы же и так в этом здании, зачем это узнавать? — немного рассмеявшись, спросила та, прикрывая свой ротик.
— Ну например, сейчас у каждого отеля, особняка, гостиницы есть свой интернет-сайт, где описаны все услуги, размещены фото комнат, персонала... Но вот что желать, если человек ищет такой отель, в котором будут кремовые оттенки в комнатах, а названия отеля он не знает? — спросил я, надеясь, что девушка даст ему шанс продолжить.
— Они забивают в поиске комнаты или номера с этими указаниями... — тихо ответила та.
— Правильно, а там уже найти, где это находится не составит труда, — продолжил я, подойдя к ней сзади. Я надеялся, что она сама расскажет о цели своего визита, поскольку девушка не могла прийти сюда только для того, чтобы посмотреть мою комнату и сравнить её с остальными... Точнее, возможно Хан Ыль на самом деле интересовало это, но не на столько, чтобы такая стеснительная девушка, как она, ради этого пришла к парню в номер, но, поняв, что та не знает, что сказать, решил подтолкнуть её к этому. — Ты что-то хотела?
Девушка немного вздрогнула от такого вопроса да и от резкости, поскольку была тишина и она успела к ней привыкнуть. Она медленно повернулась ко мне, а после сделала шаг вперед. Хан Ыль окинула меня взглядом, немного усмехнулась, поскольку всех смешила моя привычка: постоянно держать руки в карманах, а голову — немного опущено.
— Ты такой милый, — хихикнула та, а после вновь немного задумалась, — Я хотела поговорить о том, что сегодня вечером состоится наша помолвка, а мы ни разу об этом не поговорили...
— А ты о сегодняшнем дне хочешь поговорить?.. Нет, не так... О чем именно ты хочешь поговорить? — спросил я, немного запнувшись и сбившись с мысли.
— До церемонии осталось 10 часов, но я ни разу не видела тебя на подготовке к ней... Ты не принимал участия... Ты не хочешь этой помолвки, не так ли? — спокойно спросила та, немного с надеждой в глазах, но я не мог ей соврать, поскольку не хотел этого, да и это было бы глупо. Я покивал головой, говоря, что так оно и есть — я не хотел этой помолвки.
— Прости, но я не хочу этого, просто не могу... — сказал я, подняв на неё взгляд, но лучше бы я этого не видел, поскольку глаза девушки были наполнены грустью и обидой. Она еле сдерживала свои слезы, которые наплыли в её глазах. — Я люблю другого человека, прости...
— Тогда нам нужно что-то делать...
— Ты не разочарована? — удивился я такому решению, поскольку мне казалось, что она будет всячески подбадривать меня и уговаривать.
— И да, и нет... Ты мне понравился, я рада, что встретила тебя, поскольку ты ужасно хороший, но я не хочу, чтобы ты страдал... Только ты знаешь, что я не могу сопротивляться отцу, поэтому тебе придется действовать, а я смогу лишь посодействовать.
— Ладно, хорошо, тогда я буду действовать, хотя нам обоим после этого может быть не сладко...
— И что же ты сделаешь? — спросила та, подойдя ко мне. Я уже собрался ей рассказать свой резкий и слишком дерзкий шаг, то Хан Ыль: — Хотя стой! Не нужно, пусть будет, что будет, я тебе доверяю. — девушка быстро отошла от меня, выйдя из комнаты, оставив меня наедине со своим планом, который требовалось обдумать или хотя бы обсудить и согласовать с Гуком, но он мне сейчас кажется просто безупречным, поэтому я не стану кого-либо предупреждать. Мне хотелось заставить отца немного позлиться, а Чонгука убедить, что кроме него, мне никто не нужен...
Конец тринадцатой главы...