𝓢𝓮𝓻𝓮𝓷𝓲𝓽𝔂 | 𝑹𝑶𝑺𝑬𝑲𝑶𝑶𝑲

—♫ на самом деле, мы с
тобой одинаковые. боясь,
что человек опередивший
меня, будет насмехаться
надо мной, я тоже не смог остановиться ♫—

DAY6— Marathon

•

Чувство удовлетворения постепенно начинает пересиливать злость, пока я наблюдаю за парнем, сидящим напротив меня и теперь полностью облитым напитком. Капли стекают по его волосам и вискам, заставляя его на несколько секунд прикрыть глаза, а чёрная рубашка промокает не меньше. Я внимательно слежу за его лицом: ноздри резко раздуваются, желваки на челюсти напрягаются, становясь заметными под кожей, но вместо страха всё это почему-то вызывает во мне лишь улыбку.

— Тебе не стоило этого делать, подруга, — слышу голос позади и оборачиваюсь, натыкаясь взглядом на того самого парня, который подходил ко мне, пока я прогуливала первый урок.

Тэхен и остальные его друзья смотрят на меня с неприкрытым потрясением, и я замечаю в их глазах ещё что-то, едва уловимое, но совершенно очевидное. Жалость? Предупреждение? Я не успеваю понять.

Неожиданно Чонгук, который всё это время сидел, стиснув зубы, поднимается на ноги и проводит рукавом рубашки по лицу, стирая с кожи капли напитка. В следующую секунду он хватает меня за плечи и резко разворачивает к себе. Я совершенно не ожидаю такого движения и едва не теряю равновесие, чувствуя тяжесть его рук на своих хрупких плечах.

Поднимаю взгляд и встречаюсь с его глазами. В них больше нет привычной холодной насмешки, только нескрываемая злость, кажется, впервые настолько открытая. Мне становится не по себе, и лёгкий холодок пробегает мурашками по спине, хотя в помещении далеко не холодно, наоборот, воздух кажется слишком душным и горячим.

Я сглатываю вязкий ком в горле, но тут же вскидываю подбородок, стараясь показать, что этот хам вовсе меня не пугает.

— Тебе и правда не стоило этого делать, — шипит Чонгук.

На его лице медленно расплывается улыбка, которую я вижу впервые. Это даже не улыбка, а какой-то нездоровый оскал. Я невольно перевожу взгляд на его губы, а затем снова поднимаю глаза. С каждой секундой его взгляд становится всё темнее, а пальцы на моих плечах сжимаются сильнее, заставляя меня подумать, что завтра я вполне могу проснуться с синяками.

Я не успеваю произнести ни слова, как парень перехватывает меня за запястье и резко тянет в неизвестном направлении. Я изо всех сил пытаюсь вырвать руку, но терплю неудачу. Вдалеке слышу крики девушек и оборачиваюсь, надеясь, что они смогут меня остановить, но, к моему несчастью, друзья Чонгука уже перегородили им дорогу, не позволяя приблизиться.

Брюнет идёт невероятно быстрыми и широкими шагами, и мне приходится практически бежать за ним на каблуках, лишь бы не растянуться прямо на кафельном полу.

— Отпусти меня! — кричу я сквозь оглушительную музыку.

Кажется, он либо не слышит меня, либо намеренно делает вид, что не слышит. Я уже не понимаю.

Спустя несколько секунд мы оказываемся на улице, и дверь за нашими спинами с глухим хлопком отсекает шум вечеринки. Я даже не успеваю толком выйти за порог, как Чонгук резко разворачивается и прижимает меня к холодной стене.

Я смотрю на него и понимаю, что он, кажется, окончательно потерял самообладание. В его лице больше нет привычного спокойствия, а взгляд настолько тяжёлый и тёмный, что на мгновение мне действительно становится страшно.

— Чего ты этим добиваешься? — первым подаёт голос Чонгук, щурясь.

Он снова с силой прижимает меня к стене, и боль отзывается где-то между лопатками. Холод бетона мгновенно пробирается сквозь одежду, заставляя тело напрячься.

Я сжимаю зубы и стараюсь никак не показать, что мне больно. Потому что прекрасно знаю: таким, как он, только и нужно увидеть чужую слабость.

— Я? Кажется, ты что-то путаешь, Чонгук, — усмехаюсь, потому что совершенно не понимаю, чего он от меня хочет. — Ты первый перешёл черту, оскорбив меня, и я не намерена терпеть подобное отношение к себе.

Парень лишь приподнимает бровь, усмехнувшись так, словно я только что сказала какой-то детский лепет, после чего отводит взгляд в сторону, будто действительно обдумывает мои слова. Несколько секунд он молчит, а затем снова переводит на меня глаза.

— Бедная девочка... — произносит брюнет едва слышным шёпотом, но я прекрасно его слышу, потому что он находится настолько близко, что между нами практически не остаётся воздуха. Я хмурюсь, совершенно не понимая, что он пытается мне сказать. — Ты ещё не знаешь, что значит перейти черту.

На его лице появляется медленная, почти демоническая усмешка, от которой внутри всё неприятно сжимается. По телу пробегает лёгкая дрожь, но я тут же списываю её на холод, хотя ещё несколько секунд назад совершенно его не чувствовала.

Чонгук вдруг перехватывает выбившуюся прядь моих волос, медленно накручивая её на палец, и опускает взгляд, заставляя меня невольно замереть. Только сейчас я осознаю, насколько близко мы стоим: при каждом вдохе и выдохе между нами почти не остаётся расстояния, а наши тела соприкасаются при малейшем движении. От этого мне становится неуютно, и я заставляю себя не отступать, хотя сердце начинает биться заметно быстрее.

— Ты... получил по заслугам, — наконец подбираю слова и смотрю прямо ему в глаза. — Так что не смей винить меня в этом.

В следующую секунду выражение его лица резко меняется, и он перехватывает меня за шею, заставляя замолчать. Я округляю глаза от неожиданности и инстинктивно упираюсь ладонями ему в грудь, пытаясь сохранить равновесие, пока его пальцы крепко удерживают меня на месте.

— Кажется, ты не поняла... — тихо произносит Чонгук, он слегка наклоняется ко мне, не отводя взгляда. — Я предупредил тебя ещё в первый день: сиди тихо и не привлекай внимания. Но ты почему-то решила сделать ровно наоборот.

Его пальцы сильнее сжимаются вокруг моей шеи, и я чувствую подступающую боль, однако сейчас она кажется далеко не самым страшным из происходящего. Я стараюсь не показывать страха, хотя дыхание становится тяжелее, а пальцы невольно сжимаются на ткани его рубашки. Не хочу, чтобы он увидел, что добился своего. Не хочу дать ему ни единого повода почувствовать себя победителем.

— Ты говоришь, я перешёл черту? — он снова усмехается, и в его глазах вспыхивает нездоровый огонь, от которого внутри у меня неприятно всё сжимается. — Тогда запомни, с этого момента я действительно начну её переходить и тебе уже некуда будет бежать.

Свободной рукой он хватает меня за талию, и его пальцы с силой впиваются в рёбра, заставляя меня болезненно поморщиться. Я тут же хватаюсь за его запястье, пытаясь отстранить его руку, но он даже не обращает внимания на мои попытки вырваться.

— Убери от меня свои руки, придурок, — цежу я сквозь зубы, стараясь сохранить хотя бы остатки уверенности, хотя собственный голос уже звучит не так твёрдо, как хотелось бы.

Чонгук лишь слегка склоняет голову, продолжая смотреть на меня сверху вниз, словно мои слова вообще не заслуживают его внимания. В его взгляде читается такое откровенное превосходство, что меня начинает пробирать злость.

— Чеён, тебе не стоило заходить на мою территорию, — произносит он уже совершенно серьёзно, и от этой перемены мне становится ещё неуютнее. — Ты почему-то решила, что если смогла поступить в эту школу и получить несколько хороших оценок, то теперь имеешь такое же право говорить со мной, как остальные.

Я замираю, не сразу находя, что ответить. Он говорит это настолько спокойно, будто действительно не понимает, насколько унизительно звучат его слова, словно для него само предположение о нашем равенстве является чем-то абсурдным.

— Но ты ошиблась, — добавляет он после короткой паузы, и его пальцы чуть сильнее сжимаются, будто он намеренно хочет заставить меня почувствовать каждое своё слово.

Я смотрю ему в глаза, стараясь не отводить взгляда, хотя внутри всё больше нарастает тревога.

— Ты не одна из нас, — произносит Чонгук медленно, будто хочет, чтобы я запомнила каждое слово. — И никогда ею не станешь только потому, что тебе удалось оказаться среди нас.

От этих слов внутри неприятно холодеет, и я впервые понимаю, что всё происходящее для него даже не кажется жестокостью. В его голове это просто естественный порядок вещей: есть люди вроде него, которые родились на вершине и привыкли смотреть на остальных сверху вниз, и есть такие, как я, которым, по его мнению, следует быть благодарными уже за саму возможность находиться рядом.

Я сжимаю пальцы на его запястье сильнее, пытаясь скрыть дрожь, которая начинает пробираться по телу, но он, кажется, замечает даже это и выглядит совершенно довольным собой.

— Игра началась, — бросает Чонгук напоследок, после чего наконец отпускает меня и разворачивается, направляясь обратно к дому, словно только что не произошло ничего особенного.

Я остаюсь у холодной стены, несколько секунд просто смотрю ему вслед, не в силах пошевелиться, а затем машинально касаюсь горла и начинаю кашлять. Только теперь, когда он отдаляется и между нами появляется расстояние, я наконец позволяю себе сделать несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

___

В школу я всё-таки прихожу на следующий день, ведь пропускать тесты, которые почему-то решили проводить уже в первые дни учебного года, совершенно не хотелось. Стоило мне войти в класс, как я сразу ловлю на себе несколько заинтересованных взглядов: кто-то быстро отводит глаза, делая вид, что занят своими делами, а кто-то, наоборот, продолжает открыто наблюдать, видимо, уже успев услышать о вчерашней сцене. Я лишь закатываю глаза и прохожу к своему месту, стараясь не обращать внимания на шёпот за спиной.

Девочки подлетают ко мне практически сразу. Джису хватает меня за плечи и начинает вертеть в разные стороны, внимательно осматривая, будто пытается найти хоть какие-то следы вчерашнего вечера, а Лиса стоит рядом и с нескрываемым любопытством следит за её действиями.

— Ты вообще как? — Джису обеспокоенно хмурится, задерживая взгляд на моём лице, а затем снова проводит глазами по рукам и плечам.

— Я полностью цела, — усмехаюсь я, мягко убирая её руки со своих плеч и поправляя волосы. — Можете прекратить этот осмотр.

Джису наконец облегчённо выдыхает и отступает на шаг, однако Лиса не выглядит такой же спокойной. Она продолжает рассматривать меня, словно пытается понять что-то ещё, а затем присаживается на край соседней парты.

— Ладно, тогда рассказывай, — произносит она, слегка наклоняясь ко мне и понижая голос. — Что вчера между вами произошло?

Я тяжело вздыхаю, уже понимая, что просто так от разговора мне не отделаться, и кладу телефон на парту.

— Ну, если вам настолько интересно... — отвечаю я, пожимая плечами, после чего начинаю рассказывать всё с самого начала.

Я объясняю им, как Чонгук сначала начал оскорблять меня перед всеми, как я не выдержала и облила его напитком, а затем рассказываю о том, что произошло на улице и чем закончился наш разговор. Девушки слушают меня практически не перебивая, но по их взглядам я быстро замечаю, что их интересует не только то, что он сделал со мной. Они несколько раз переглядываются, будто пытаются сопоставить услышанное с чем-то, что давно знают о Чонгуке.

— Подожди, — Лиса наконец поднимает ладонь, заставляя меня остановиться, и её брови медленно поднимаются вверх. — То есть он сам пошёл за тобой?

— Да, — коротко отвечаю я, нахмурившись от её странной реакции.

Лиса несколько секунд молчит, словно пытаясь подобрать слова, а затем переводит взгляд на Джису.

— Просто... неожиданно, — произносит она, слегка пожимая плечами, будто сама не хочет придавать своим словам слишком большое значение.

— Что именно неожиданно? — спрашиваю я, подозрительно прищурившись.

— Ну, Чонгук обычно не тратит столько времени на людей, которые ему совершенно безразличны, — наконец произносит она, стараясь сказать это как можно спокойнее.

Я усмехаюсь, не понимая, к чему они клонят.

— Может, я просто его сильно разозлила.

Лиса качает головой, задумчиво поджимая губы, и ещё раз смотрит на меня, словно пытается найти какое-то другое объяснение.

— Может быть, — соглашается она, но в её голосе слышится сомнение. — Просто раньше я не видела, чтобы он так долго возился с кем-то из новеньких.

— Он просто решил поставить меня на место, — раздражённо отвечаю я, скрещивая руки на груди. — Не думаю, что здесь есть какой-то глубокий смысл.

Лиса качает головой, недовольно поджимая губы, но затем снова бросает на меня задумчивый взгляд.

— Хотя знаешь, что действительно странно? — произносит вдруг Джису, после чего делает небольшую паузу и смотрит на меня.

Я вопросительно приподнимаю бровь, ожидая продолжения.

— Не то, что ты его разозлила, — Джису чуть наклоняется ко мне и говорит тише, словно не хочет, чтобы кто-то ещё услышал. — А то, что он вообще тебя заметил.

От её слов я на секунду замолкаю, не сразу понимая, что именно она имеет в виду.

— В смысле?

Лиса бросает на Джису короткий взгляд, словно та сказала чуть больше, чем стоило, а затем переводит глаза на меня.

— Просто Чонгук редко обращает внимание на людей, которые находятся за пределами его круга, — объясняет она спокойно, слегка пожимая плечами. — Обычно ему достаточно одного взгляда, чтобы решить, стоит человек его времени или нет.

Я недовольно фыркаю и отворачиваюсь, доставая из сумки тетрадь.

— Значит, в этот раз я оказалась достаточно раздражающей, чтобы попасть в его поле зрения.

Лиса тихо смеётся, прикрывая улыбку ладонью, а Джису лишь качает головой, продолжая смотреть на меня с каким-то странным любопытством.

— Возможно, — произносит она, уже улыбаясь. — Только я бы всё равно на твоём месте не стала радоваться такому вниманию.

Я собираюсь ответить, но в этот момент в класс заходит учитель, заставляя разговор мгновенно оборваться. Девочки возвращаются на свои места, а я достаю всё необходимое для теста и открываю тетрадь, стараясь сосредоточиться на предстоящей работе.

___

Проходит ещё несколько уроков, которые тянутся для меня целую вечность, и мы наконец дожидаемся большой перемены, чтобы отправиться в столовую. Я стараюсь больше не возвращаться мыслями к словам Чонгука, потому что не вижу смысла придавать им какое-либо значение. Он просто пытается запугать меня, пользуясь своей фамилией и положением, а я не собираюсь позволять какому-то избалованному богачу испортить мне первые дни в новой школе.

Мы набираем еду, берём подносы и направляемся к одному из свободных столиков. Я снова замечаю на себе десятки взглядов, которые, кажется, следят за каждым моим движением, но изо всех сил делаю вид, что совершенно этого не замечаю. Только успеваю поставить поднос на стол, как рядом останавливается девушка.

Я сразу узнаю её — Ким Дженни. По её внешности и манере держаться сразу понятно, что она такая же, как и остальные ребята из его круга. Она не спрашивает, можно ли присесть, просто останавливается напротив меня и несколько секунд молча рассматривает, будто пытается понять, что во мне такого, из-за чего обо мне успели заговорить уже в первые дни.

— Пак Чеён? — произносит она наконец, чуть приподняв бровь и скользнув взглядом по моему бейджику, хотя прекрасно знает моё имя.

— Да, — я поднимаю на неё взгляд, не понимая, к чему всё это, и слегка откидываюсь на спинку стула.

— Быстро ты освоилась, — замечает она, складывая руки перед собой. — Ещё даже толком не успела привыкнуть к школе, а о тебе уже говорят практически за каждым столом.

Я хмурюсь, не понимая, к чему она ведёт, а девушка продолжает смотреть на меня так, словно пытается оценить не меня саму, а то место, которое я успела занять среди остальных.

— Не думаю, что это обязательно хорошо, — добавляет она после короткой паузы, чуть склоняя голову набок. — В этом месте слишком много внимания иногда приносит больше проблем, чем пользы.

Я уже собираюсь спросить, какое вообще отношение она имеет к моим проблемам, но она опережает меня.

— Особенно если ты пока не совсем понимаешь, как здесь всё устроено, — произносит брюнетка спокойно, без угрозы в голосе, однако от её тона мне почему-то становится ещё неприятнее. — Советую сначала присмотреться к людям вокруг, прежде чем решать, с кем стоит связываться.

Она бросает короткий взгляд куда-то за моё плечо, словно замечает кого-то в другом конце столовой, после чего снова смотрит на меня.

— В любом случае, добро пожаловать в Академию, Чеён, — произносит она с лёгкой улыбкой, будто говорит совершенно обычную вежливую фразу. — Надеюсь, ты быстро поймёшь, как здесь всё работает.

После этого она разворачивается и спокойно уходит, оставляя меня сидеть с совершенно непонимающим выражением лица. Я несколько секунд провожаю её взглядом, а затем медленно поворачиваюсь к подругам.

— Это сейчас что было? — спрашиваю я, переводя взгляд с одной на другую.

Лиса лишь пожимает плечами, продолжая смотреть вслед ушедшей девушке, а Джису задумчиво поджимает губы.

— Не обращай на неё внимания, — Лиса пожимает плечами, стараясь говорить как можно спокойнее, хотя по тому, как она постоянно косится в сторону девушки, я понимаю, что спокойствия в ней сейчас не так уж много. — Она просто... слишком внимательно относится к Чонгуку.

Джису тут же кивает, соглашаясь с подругой, но сама выглядит так, будто предпочла бы вообще не произносить её имя вслух. Она бросает короткий взгляд туда, куда ушла девушка, а затем снова переводит глаза на меня.

— У них с Чонгуком... сложные отношения, — тихо объясняет Ким, продолжая ковыряться вилкой в еде.

— Ключевое слово «сложные», — добавляет Лиса, слегка поморщившись и понижая голос. — В школе их давно воспринимают как что-то вроде пары, хотя официально они никогда ничего не объявляли.

— А почему вы обе так её боитесь? — спрашиваю я, переводя взгляд с одной на другую.

Джису тут же качает головой, словно я задала вопрос, на который не стоит искать ответ.

— Мы не боимся, — быстро отвечает она, однако её нервный взгляд в сторону выхода говорит совершенно обратное. — Просто Дженни не из тех людей, с которыми стоит без причины связываться.

Лиса согласно кивает и уже собирается что-то добавить, но в этот момент по столовой прокатывается очередная волна девичьих вздохов. Мы почти одновременно поворачиваем головы ко входу.

В помещение заходит компания парней.

Я как раз сижу лицом к дверям, поэтому прекрасно вижу всю четвёрку, которая движется через столовую с такой уверенностью, будто это место принадлежит им по праву. Девушки за соседними столиками начинают переглядываться, кто-то поправляет волосы, кто-то пытается поймать взгляд проходящих мимо парней, а несколько голосов тут же становятся тише.

Я невольно задерживаю дыхание, когда замечаю, что Чонгук идёт впереди своей компании с привычной невозмутимостью, не обращая внимания на десятки взглядов, которые тут же устремляются в его сторону.

Дженни замечает его ещё издалека. Она сидит за их привычным столом в окружении нескольких ребят из их компании и до этого спокойно листает что-то в телефоне, время от времени поддерживая разговор, однако стоит Чонгуку появиться в дверях столовой, как её внимание незаметно переключается на него.

Она не поднимается со своего места, не машет рукой и не пытается привлечь его внимание каким-либо очевидным способом, лишь чуть выпрямляет спину и откладывает телефон экраном вниз, словно теперь он ей больше не нужен. На её лице появляется едва заметная улыбка, и я сразу понимаю, что она ждёт его.

Я невольно задерживаю взгляд на происходящем, сама не понимая, почему мне вдруг стало интересно, куда направится Чонгук. Наверное, после всего, что произошло между нами вчера, мне хочется убедиться, что он действительно собирается оставить меня в покое хотя бы сегодня. Поэтому я смотрю на него чуть дольше, чем следовало бы, и замечаю, как он медленно проходит между столиками вместе со своими друзьями.

Когда расстояние между ним и столом становится всё меньше, девушка чуть приподнимает подбородок и на мгновение встречается с ним глазами. Её улыбка становится немного заметнее, однако она всё равно остаётся сидеть на месте, не произнося ни слова и не делая ни одного лишнего движения. Она словно уверена, что этого короткого взгляда вполне достаточно и что дальше всё произойдёт само собой.

Я уже почти перестаю следить за ними, потому что кажется очевидным, куда он направляется, но именно в этот момент замечаю одну деталь, заставляющую меня снова напрячься. Чонгук проходит мимо первого ряда столиков, затем мимо второго, а расстояние между ним и Дженни становится всё меньше. Я даже начинаю думать, что сейчас он остановится рядом с ней, однако вместо этого парень продолжает идти.

Ещё несколько шагов.

Девушка всё ещё сидит на месте, и её взгляд теперь неотрывно следует за ним. Она, кажется, ждёт, когда он свернёт к их столу, но Чонгук этого не делает. Он проходит мимо, даже не повернув головы в её сторону, и продолжает двигаться дальше с тем же спокойным выражением лица, словно вовсе не замечает, что только что произошло.

Улыбка на лице Дженни медленно исчезает.

Сначала она просто перестаёт улыбаться, будто не сразу понимает, что Чонгук действительно прошёл мимо. Затем её пальцы, лежавшие возле телефона, медленно сжимаются, а взгляд продолжает следить за его спиной.

— Вы это видели? — едва слышно произносит Джису, застывая с вилкой.

Лаиса не отвечает, она словно вообще забывает о еде перед собой и смотрит на происходящее широко раскрытыми глазами, после чего медленно переводит взгляд на Джису, будто надеется получить от неё какое-нибудь объяснение. Но Ким лишь едва заметно качает головой, потому что сама выглядит не менее растерянной.

— Он не к ней идёт? — тихо спрашивает Лиса, чуть наклоняясь к Джису, но продолжая следить за Чонгуком.

Джису снова качает головой и сильнее сжимает вилку, уже явно начиная нервничать.

— Похоже, нет, — отвечает она почти шёпотом, после чего её взгляд неожиданно останавливается на мне.

Я замечаю это и хмурюсь, потому что не понимаю, почему она вдруг так смотрит.

— Что? — спрашиваю я, переводя взгляд с неё на Лису.

Лалиса открывает рот, словно собирается ответить, но тут же закрывает его, потому что Чонгук продолжает двигаться прямо в нашу сторону. Теперь сомнений уже не остаётся, он действительно идёт к нашему столику.

У меня внутри всё неприятно сжимается.

Я машинально выпрямляюсь, перестаю есть и крепче сжимаю пальцами вилку, совершенно не понимая, зачем он вообще направляется сюда. После вчерашнего вечера меньше всего мне хотелось снова пересекаться с ним, а уж тем более посреди столовой, где на нас уже и без того обращает внимание половина школы.

Чонгук приближается.

Ещё несколько шагов, и я уже отчётливо вижу выражение его лица. Он выглядит совершенно спокойно, даже немного скучающе, словно не собирается совершать ничего необычного.

Я уже не свожу с него глаз.

В какой-то момент наши взгляды встречаются, и на несколько секунд мне кажется, что он специально делает это медленнее, чем необходимо. Однако Чонгук лишь слегка приподнимает бровь, будто его забавляет моё выражение лица, и продолжает идти.

— Что ты... зачем ты сюда пришёл? — я поднимаю на него глаза, стараясь придать голосу уверенность, хотя внутри всё равно появляется неприятное напряжение.

Но потом замечаю, как две девушки, сидящие неподалёку, переглядываются и тут же отворачиваются, когда я встречаюсь с ними глазами. Несколько парней из старших классов уже откровенно смотрят в нашу сторону, а кто-то даже наклоняется к своему другу, явно обсуждая происходящее. Чем дольше Чонгук стоит рядом со мной, тем сильнее меняется атмосфера в столовой. Разговоры не прекращаются полностью, но становятся заметно тише, будто все пытаются делать вид, что не наблюдают за нами, одновременно не желая пропустить ни одной детали.

Я чувствую себя так, словно меня посадили посреди сцены, хотя я вообще не просила об этом. Но среди всех этих взглядов я вдруг замечаю один, который ощущается особенно тяжело.

Дженни.

Я медленно перевожу глаза в сторону их стола и вижу, что она всё ещё сидит на своём месте. Только теперь девушка уже не смотрит в телефон и не разговаривает с окружающими. Она сидит совершенно неподвижно, положив руки перед собой, и смотрит прямо на Чонгука.

Несколько секунд её взгляд остаётся на нём, после чего медленно перемещается на меня.

Я невольно задерживаю дыхание.

На её  лице нет злости или ревности, которую можно было бы легко заметить. Она выглядит абсолютно спокойной, но именно это спокойствие почему-то заставляет меня чувствовать себя ещё более неуютно. Её взгляд становится внимательнее, словно она пытается понять, что именно происходит и почему Чонгук, который должен был оказаться рядом с ней, вдруг решил подойти к столу какой-то новенькой.

Чонгук не отвечает сразу, он останавливается рядом с нашим столом и медленно окидывает взглядом подносы перед нами, простую посуду и сам стол, за которым сидим мы с девочками. Его взгляд задерживается на еде, затем скользит по стульям и только после этого возвращается ко мне. На лице появляется едва заметная усмешка, словно увиденное лишь подтверждает какую-то давно сделанную им для себя мысль.

— Просто хотел убедиться, что ты действительно здесь, — спокойно произносит он, наконец встречаясь со мной взглядом. В его голосе нет ни капли интереса, скорее раздражающее равнодушие, будто он действительно остановился лишь потому, что случайно заметил меня среди остальных.

— И что теперь? — я хмурюсь, не понимая, чего он добивается, и стараюсь не обращать внимания на то, что Джису и Лиса сидят рядом совершенно неподвижно. Я чувствую, как обе следят за нашим разговором, но ни одна не решается вмешаться.

Чонгук чуть склоняет голову набок, словно рассматривает меня внимательнее, а затем ещё раз окидывает взглядом наш стол. На его губах появляется короткая усмешка, и я сразу понимаю, что ничего хорошего он сейчас не скажет.

— Ничего. Просто это место тебе подходит, — отвечает он спокойно, после чего едва заметно кивает в сторону стола. Его взгляд задерживается на мне ещё несколько секунд, и в нём появляется то самое высокомерие, которое я уже успела возненавидеть.

Я несколько секунд молчу, пытаясь понять, что именно он имеет в виду, но выражение его лица постепенно заставляет меня осознать смысл сказанного.

— В смысле? — переспрашиваю я, чувствуя, как раздражение начинает постепенно вытеснять неловкость. Я поднимаю подбородок, не желая давать ему возможность заметить, что его слова задели меня.

— В смысле, не пытайся занять место, которое тебе не принадлежит, — произносит он наконец, и его голос звучит настолько буднично, будто он говорит очевидную вещь, не требующую никаких объяснений. После этих слов он ещё раз оглядывает меня с головы до ног и слегка отступает от стола.

От его слов внутри всё неприятно сжимается, но я тут же поднимаю подбородок ещё выше, заставляя себя не отводить взгляда. Мне хочется ответить ему чем-нибудь таким же едким, чтобы хотя бы на секунду стереть это самодовольное выражение с его лица.

— А ты, кажется, слишком много о себе думаешь, — отвечаю я, стараясь говорить спокойно, хотя голос всё-таки выдаёт моё раздражение. Я крепче сжимаю пальцы вокруг вилки и смотрю на него прямо, уже совершенно не желая отступать первой.

На моём ответе уголок его губ едва заметно приподнимается. Однако вместо привычной насмешки Чонгук лишь несколько секунд молча смотрит на меня, будто запоминает эту дерзость. В его взгляде нет злости, скорее какое-то холодное любопытство, словно он пытается понять, насколько долго я действительно собираюсь продолжать ему сопротивляться.

— Посмотрим, надолго ли тебя хватит, — произносит он тихо, и от спокойствия в его голосе эти слова звучат гораздо неприятнее, чем если бы он повысил голос. Он больше ничего не добавляет, лишь коротко смотрит на меня и разворачивается.

Я наблюдаю, как он отходит от нашего стола и направляется обратно к своей компании. Он даже не оборачивается, словно этот разговор уже окончательно перестал его интересовать, а я остаюсь сидеть на месте, чувствуя, как злость постепенно разгорается внутри.

Несколько секунд я провожаю его взглядом, пока он не скрывается среди людей, после чего медленно опускаю глаза на свой поднос. Аппетит окончательно пропадает, и я лишь раздражённо двигаю еду вилкой, вспоминая каждое его слово.

— Ненавижу его, — тихо произношу я, сжимая вилку чуть сильнее, чем собиралась. От напряжения пальцы даже начинают побелевать, и я заставляю себя расслабить хватку.

Лиса нервно выдыхает и только после этого снова начинает нормально дышать, будто всё это время действительно боялась лишний раз пошевелиться. Она бросает короткий взгляд в сторону удаляющейся компании Чонгука, а затем снова смотрит на меня.

— Просто... не связывайся с ним, — тихо произносит она, осторожно подбирая слова. В её голосе нет обычной шутливости, и именно это заставляет меня насторожиться ещё сильнее.

Я поднимаю на неё глаза, замечая, как Джису тоже молча смотрит на меня. Обе выглядят так, словно прекрасно понимают что-то, чего пока не понимаю я.

— А если он сам не собирается от меня отстать? — спрашиваю я, слегка нахмурившись. Мне уже начинает надоедать, что все вокруг говорят о нём так, будто он какой-то человек, с которым лучше никогда не пересекаться.

Джису замолкает и на несколько секунд опускает взгляд на свой поднос. Она перебирает пальцами вилку, явно пытаясь подобрать подходящий ответ, но в итоге ничего не говорит.