Часть 15. Brothers
POV автор
Завалившись в комнату и запихнув в тумбочку баночку с маской для лица, Чимин сразу же упал на кровать с каким-то усталым вздохом. То, что маска для лица не подойдёт к его коже, он не знал. Всю косметику он покупал с Хосоком, но даже не задумывался над тем, чтобы запомнить какую именно. Кожа на лице немного горела и щипала. Минни было страшно, что вылезут прыщи и испортят всё лицо.
Юнги лишь косо глянул на брата и продолжил дальше читать журнал. После выходки Чимина с захлопыванием двери перед самым носом, Юн обиделся и решил, что перестанет искать способы поговорить с братом. Ему казалось странным то, что он хотел узнать о нём больше, поэтому списывал всё это на временное помутнение.
Ведь внешность брата не могла ни на что повлиять? Он остался таким же лохом, как и был. Ведь так?
Юнги как будто был временно слеп. Он пытался заговорить с ним, пытался понять то, что сам пропустил в жизни младшего брата. Он даже постарался списать это на два месяца отсутствия и на то, что он чуть-чуть скучал по Чимину. Но и это самовнушение он быстро отклонил и решил, что это ещё один способ поиздеваться над Минни. Очередная жёсткая подножка Чимину? Или всё только кажется? Ха, ему просто надоело думать над этим, он решил просто забить и относиться к Чимину как и раньше.
- Чёрт, - шикнул Чимин, прижимая ладони к лицу. Кожа снова начала гореть.
Достав из тумбочки злосчастную баночку, Чим принялся читать состав, в котором вскоре увидел репейное масло. Нашарив под кроватью телефон, он принялся звонить своему спасителю.
Юнги посмотрел на него с пренебрежением как на сумасшедшего педика.
- Что мне делать? - Чимин заныл в трубку, откидываясь на подушку.
- Что случилось? Прокладки кончились? - усмехнулся Хо на том конце провода. Он никогда не упускал момента постебаться с мальчишки.
- Не смешно, - съязвил Чим, недовольно цокая и прикладывая к щеке холодную рамку со старой фотографией мамы и годовалого себя на руках. - У меня аллергия на репейное масло. У меня теперь вся кожа горит.
- Мм. Ну выпей противоаллергическое. Не волнуйся, через пару дней пройдёт.
- Точно?
- Точно. Ай, Чимин, мне вторая рука нужна, не могу попасть, - Хосок странно пыхтел, некультурно ворча себе под нос.
- Ты... - Минни так перекосило, что он даже забыл про огнём горящую кожу. - Ты чем там занимаешься?!
- Придурок! Ни тем, чем ты подумал. Я нитку в иголку вдеваю. Пошляк! - наигранно взвизгнул Хосок и залился звонким хохотом, который уловил даже Юнги на другой стороне комнаты.
- Да иди ты! - Минни кинул трубку и опять усмехнулся собственной глупости.
- Эй, ты тут не один, - рыкнул Юнги, нервно перелистывая страницы.
- Ой, простите Ваше Высочество, это вообще-то моя комната. Что хочу, то и делаю.
Выкопав из глубины тумбочки упаковку противоаллергического, Чимин закинул таблетку в рот и проглотил её без воды, от чего поперхнулся и закашлялся.
- Совсем совести нет. Вот до чего у нас гомики дошли, - ужаснулся Юн, лениво переворачивая страницу.
- Сделай милость, заткнись, - устало кинул Чим.
- А то что?
- Думаешь, мне нечем тебя шантажировать?
- Ну давай, удиви меня, - Ит картинно всплеснул руками.
- Хм. Ну к примеру то, что ты воровал в школе. Травку курил. И ещё много, много чего, - Минни осклабился, думая, что победил.
- Пф. Докажи! - Юнги просто подавился смехом.
- А зачем? Как будто папа не знает, на что ты способен. И если доказательств у меня нет, то он всё равно засомневается в тебе и опять будет расстраиваться из-за тебя.
Юн внешне сохранил уверенность, но всё же в нём успел поселиться страх. Он прекрасно знал, что Чимин прав. Но самое страшное, что косяков у Юнги намного больше, чем у Чима, и какие-то там фотографии никуда не идут в сравнение с залётами Мина-среднего.
Запугивание? Юнги всерьёз думал, что это сработает, и решил тоже попробовать пошантажировать Минни, только нужно подобрать момент. Это всегда срабатывало, всегда Чимин затыкался, если ему пригрозить. Но откуда он знал, что это уже не действует? Юна просто поражало, каким наглым он стал.
- Ну тогда, пожалуй, я тоже им кое-что расскажу. Фотографий и моего правдивого рассказа про то, как к тебе лип тот тип из супермаркета, вполне хватит. Родители будут очень рады узнать, что их сын гей.
- Если с сыном хамом и клептоманом они смирились, то и это переживут.
- Пойти рассказать?
- Ага, подожди, вот сейчас откашляюсь и с тобой пойду.
Юнги чуть не захлебнулся собственной слюной, а Чимин чуть не задохнулся под тяжёлым, полным отвращения, взглядом брата. Вдруг ему очень захотелось рассказать всю правду. Минни всегда было больно от равнодушия и брезгливости. Он всегда хотел хороших братских отношений, хоть это и скрывал даже сам от себя. Но всё равно их бы не было. Это невозможно, и от этого ему ещё больнее.
- И вообще, с какой такой радости, тебе есть дело до тех, кто ко мне липнет и кто фотографирует?
- Я даже не знал, что ты гомик. Мог бы поведать.
- Как будто тебе не плевать.
- Думаю, ты не настолько туп, чтобы понять, что если какой-то голубой мудак лезет к тебе, и все вокруг знают, что мой брат - гей, это меня унижает. Это позорит меня и нашу семью.
- Ах, это задевает твою гордость?! Тогда где она была, когда твоего брата унижали всей школой. Это прям большое уважение к тебе!
Юнги издевательски посмеялся, возвращаясь к чтению журнала.
- Меня не унижает слабак братец, которого гнобят. Если бы ты хотел, то не допустил бы такого по отношению к себе. Каждый сам за себя, называется. А если ты хлюпик, это не моя проблема. И не очень-то меня прельщает то, что меня будут считать братом голубой шлюшки.
- И поэтому тебе проще украсть и накуриться, чем понять кого-либо?
- Ты о себе? Нам вообще даже не о чем говорить, какое на хрен понимание?
- Ну да. Мы же сейчас говорим больше, чем за всю жизнь.
- "Как жаль", что тебе меня не хватает. Иди, пожалуйся родителям на то, какой я плохой.
Чимин решил промолчать, потому что внутри кипела обида и злость. Он боялся наговорить лишнего.
- Значит, ты мне не дашь жить спокойно, встречаться с кем-то? Всегда будешь делать доносы и подставлять меня?
- Может быть, - усмехнулся Юн, переворачивая страницу журнала, которую даже не прочитал. - Скорее всего. А тем более, тогда, когда это будет мешать мне.
- Ты ненормальный?! Меня достало быть изгоем и хлюпиком! Я больше не хочу такого. Не хочу такого отношения к себе как раньше!
- Сейчас расплачусь. Впрочем, если ты так хочешь прославиться геем-потаскушкой, можешь всем прямо говорить, что мы сводные. Я, по крайне мере, не буду нести ответственность за твоё уродство. По-моему, гомики - генетические уроды. Нет? Может, твоя мама "нагуляла" тебя с каким-нибудь неполноценным?
- Не смей так говорить о моём отце!
Для Чимина это была самая болезненная тема, а Юнги знал, куда надавить. И постарался сделать удар как можно сильнее.
Что они творят? По моему, они сдуру много лишнего наговорят друг другу. А Чимин не выдержал, подорвался с места и влепил брату звонкую пощёчину. Хотел еще уйти, как Юнги, очухавшись, схватил его за волосы, хорошенько рванул на себя и резко отпустил. Минни отлетел к стене и неуклюже грохнулся на пол.
- Ах ты дрянь. Извиняйся! - закричал Юнги.
- Перед тобой что ли?! Да не в жизни! Какое ты право имеешь так говорить о моём отце?!
- Крутым резко стал, педик?
- Я всё расскажу родителям! - Чимин прижался к стене спиной, в случае, если Юнги снова будет нападать, он отпихнёт его ногой. - Ненавижу тебя! Всё равно буду делать, что хочу, можешь сколько угодно портить мне жизнь!
- Ненавидишь? - Юнги сощурился.
- Как просто было задеть твоё самолюбие, - хмыкнул Чим, поглаживая волосы, которые больно рванул брат. - Всегда тебя ненавидел! Ты не представляешь как. Каждый год, изо дня в день! Ненавижу за всё! За то, что головой в унитаз совали, в шкафчике закрывали, избивали! Ненавижу тебя, потому что ты просто смотрел в сторонке! Меня достало быть изгоем и сраным уродцем. И тебя я никогда не прощу! Не в этой жизни! И плевать мне на твою гордость, пусть даже родители думают, что я гей и шлюха, ты мне больше не помешаешь! Что бы ты ни делал, я добьюсь своего и сделаю так, как хочу! Я ненавижу тебя!!
Юнги хмыкнул, скрывая этим незамысловатым жестом то, что в груди у него всё болело.
"Избивали? Его избивали?"
- Да кому ты нужен, сопля? Мне нахрен твоё прощение не нужно. Да и в чём я виноват? В том, что ты ущербный? В том, что я добился всего сам и я не такой ленивый слабак, как ты? Делай, что хочешь. Хоть трусы бабские надень, мне плевать на тебя. Ты мне никогда не был нужен, придурок.
Чимин подавился злобой. Он понял, что просто так сотрясал здесь воздух! Больнее всего было чувствовать безразличие к себе, насмешку даже к его обиде. А сейчас это было выражено в глазах Юнги настолько сильно, что Чимину захотелось убежать.
- Твоя проблема в том, что мне не нужно твоё прощение. Ты никому не нужен! Ты только и делаешь, что мечтаешь и планируешь, мечтаешь и планируешь. Мне на всё пофиг! На тебя в частности. Ты здесь просто так, для интерьера. Хотя, тебя даже будет страшно выставить на барахолке, на распродажу за 12 центов, потому что ты урод, которого никакая косметика не исправит. А то, что из тебя какой-то кретин куклу отстрогал, так я ему руку пожму. Наконец, по ночам пугаться перестану. А ты как был уродом, так им и останешься.
Чимин посмотрел в глаза брату и понял, что ошибся. Он в глубине души надеялся, что Юнги только для виду показывает свою неприязнь к нему. Но нет. Минни понял, точнее, увидел, что брату глубоко плевать на него. И даже замечание про его внешний вид не ударило так сильно, как безразличие к нему. А ведь он хотел, чтобы его хоть кто-то любил. Хотел хотя бы элементарного уважения со стороны брата. Но нет. Он слишком сильно ошибался в нём. Он уже даже почти рассказа Юнги про то, что он вовсе не гей, лишь бы тот не относился к нему так.
Юнги, делая вид, что это была обычная повседневная ругань, взял куртку и вышел из комнаты.
"Просто так, пройтись перед сном".
Но всё же, какой бы равнодушный вид он не делал, он чувствовал, что задело и его, а не только Минни. И слишком сильно, чтобы просто игнорировать это.
Примечания: ребятки, а вы помните, что я сказала, что у меня есть идея для нового фф? Так она уже опубликована. Название «The Lucky Pianist». Буду рада узнать ваше мнение:)