Часть 19
А вы когда-нибудь сожалели о чем-нибудь? Так сильно, что совесть не давала спокойно жить, есть, спать. И желание исправить содеянное или сказанное настолько велико, что колкой болью отдаётся в сердце.
Вот бы вернуть время назад и не отпускать, не делать поспешных выводов. А выслушать, постараться узнать всю правду, пожалеть, обогреть и приласкать.
Дурак.
Юнги уже вторые сутки мучают сомнения, что опять поступил неправильно. Принял все слишком близко к сердцу, позволил эмоциям и обиде взять над разумом верх.
А что если обманула. Но зачем?! Что если запугал или заставил врать?!
Зачем? Зачем? Зачем?
Тысяча и один вопрос в голове, на которые увы так и нет ответа. Ещё Джун и Чимин просят довериться им и подождать ещё немного. Что нельзя лезть на рожон. Но сил сидеть без дела и в неведении уже совсем нет.
— Хен, хватит так убиваться. Ну погорячился с кем не бывает. Ведь назад времени не вернёшь. — Чимин заходит в кабинет Мина и садиться на диван. — Доверься Намджун, он ещё не разу нас не подводил. Ведь именно он и его связи тогда нашли Лиен.
-Да, ты прав. Но. — Юнги мешает. — Что если с ней что-то опять случилось. И вина уже будет на мне. Ведь знал, что тот козёл бьёт её, а про что-то ещё и думать страшно. Я идиот, слабак.
— Юн, черт, приди в себя и хватить нюни распускать. Всё мы совершаем ошибки.- Пак не выдерживает. — Мы справимся с этим все вместе. Кстати, откуда ты знаешь её мужа, как там его? Хосок?
— Он не давал Ли проходу ещё когда мы были друзьями. Ещё тогда он мне не понравился. Сыночек богатых родителей, родился с золотой ложкой во рту и думал что может получить все что только пожелает. — от одного воспоминание о Чоне Юнги начинает выходить из себя. — представляешь, он даже предлагал мне тогда кругленькую сумму, чтобы я оставил Лиен и не мешал им быть счастливыми! Гнида… Уверен, что все можно купить за деньги.
— Мда, мерзкий тип. И что она только замуж — то за него вышла? Ещё и терпит все это.
— Вот и мне это интересно, Чимин. — Юнги подходит к бару и наливает два стакана крепкого виски. — Держи.
Снова ночь без сна, а если и удаётся заснуть, то снится она… Вся избитая и замученная, снова и снова пытается свести счёты с жизнью. От таких снов Юнги просыпается в холодном поту, и по спине пробегают толпы мурашек.
Глупец.
Мин снова выходит на балкон и закуривает очередную сигарету, какая это уже по счету он и не помнит.
Обещал же бросить.
Опять не сдержал обещания.
Обещал не отпускать и защищать, всегда быть рядом.
Снова провал.
И ааа после этого можно на него положиться, как можно верить ему. Правильно, что ушла тогда. Видимо поняла и раскусила его намного раньше. Каждый ищет место под солнцем, никто добровольно не будет грубить или усложнять себе жизнь.
Слабак.
Но ведь с Хосоком явно не лучше. Ведь он убивает её и физически, и морально. Почему она до сих пор с ним?!
Глупышка…
" Держись, Лиен, я скоро заберу тебя! Я помогу! Только дождись меня!» — снова обещает в пустоту, словно она услышит его. Но слова так и растворяются в темноте ночного Сеула, так и не дойдя до адресата.
В эту ночь уснуть больше и не получилось не только одному Юнги.
На другом конце большого мегаполиса в чужой комнате, в чужой постели так же не знает сна Лиен.
Зачем? Ради чего все это?
Шлюха.
Что она только что сделала? Почему так рвёт на части душу? А есть ли в этом смысл?
Сейчас ей самой от себя противно. Но ведь сама легла в постель. Сама разрешила все это. А теперь жалеет.
Ей блевать от самой себя хочется. Мечтает встать и пойти очистить желудок от того, что так яро проситься наружу. Хочется залезть в ванну и не выходить оттуда пока не смоет с себя эту грязь. Но ей это не под силу. Она погрязла в этом дерьме по самое дно, там даже солнечного света не видно.
Она давно в душе уже мертва.
Сама выросла для себя могилу и закопала себя заживо. И некого больше винить. И стыдно просить о помощи. Ведь никто не придёт и не вытащит из этого болота. Добровольно пошла на казнь, что ж теперь молить о пощаде.
Одинокая слеза стекает на подушку. Больше нет слез, закончились. Рука, чтт обнимает и прижимает её к себе, обжигает словно пламя. А ведь все было бы по другому, если бы она хоть на секунду смогла заставить себя полюбить его. Но ведь сердцу не прикажешь. Она давно отдала его Юнги, ещё тогда в её день рождение, когда согласилась быть его девушкой. Хоть разум и твердит, что нельзя, что нет пути назад. Но сердце… Оно тянется и болит о другом.
А ведь Хосок давал ей шанс на счастливую жизнь, но чёртова гордость не позволила предать того, кого любила. Как? Как можно себя насильно заставить полюбить того, кто всегда был противен.
" Ты мне противен! Я тебя ненавижу!» после этих слов, Хосок в первый раз сорвался и ударил Лиен.
Flashback
— Ты моя! — кричал он навзрыд. — И никто, слышишь, никто не смеет прикасаться к тебе, говорить с тобой, даже смотреть на тебя! Ты поняла меня, дрянь?! — слышится оглушительный удар.
— Это не любовь, Чон, это болезнь.
Это был второй раз когда Хосок сорвался. Он заметил её в кафе. Лиен разговаривала тогда с бывшим одноклассником, который поздравлял её с недавней свадьбой.
Ревность.
Именно она застелила Чону глаза и не дала выслушать Лиен.
Моя!
Словно она вещь, а не человек. Словно она его Собственность, словно он купил её.
Купил.
И она это знает. И сумма её свободы и жизни равна лечению и восстановлению её мамы.
Flashback end
А сейчас уже нет пути назад, с наступлением утра нужно снова будет играть свою роль. Снова улыбаться и говорить, то все хорошо.
«Хорошо» — что блевать тянет.
«Хорошо» — что сдохнуть хочется.
Иногда можно и унизиться…
Было бы во имя чего.