Part 4
*спустя неделю*
Лиса не находила себе места. В который раз она убедилась в том, что без балета уже давно бы сошла с ума, ведь после того, как она покинула больницу, она ещё ни разу не посещала тренировки.
Когда она была в любимой школе искусств в последний раз, то тренер с пониманием отнеслась к проблеме девушки (иначе и быть не могло). Даже не так. Женщина буквально заставила её взять перерыв и отлежаться дома.
И Лалиса послушалась.
Всю неделю она посвятила лежанию на диване и безделию. Пару раз ей звонила тётя, которая являлась единственным родным для девушки человеком. Пусть она и была очень далеко от неё, но всё же старалась помогать любимой племяннице, а та, в свою очередь, очень это ценила.
Родителей, как говорилось ранее, у девушки не было. Что же с ними произошло? Наверное, вы удивитесь, но Лиса и сама не знала где они.
Знала только то, что родная мать отказалась от неё, когда ей и двух лет не было. А об отце ей никто и никогда не рассказывал - она, в принципе, и не интересовалась.
До семнадцати лет её воспитывала родная тётя, которая вот уже как три года назад уехала в другую страну. Она хотела забрать и племянницу, но та напрочь отказывалась, говоря, что никак не может оставить свои танцы, своего тренера, да и в принципе не горела желанием уезжать из Кореи.
— Не переживай, — по всей квартире раздался голос девушки, что сидела на полу, облокатившись спиной о мягкий диван, и разговаривала по телефону. — Не надо ко мне приезжать! Я уже проставила себе все уколы и полностью здорова...
Но человек, который оказался той самой тётей, отчаянно перебивал Лалису, говоря, чтобы та ни в коем случае больше не доводила себя до подобного.
— Я всё поняла... Да... Нет, не надо, — говорила та, одновременно с этим переключая каналы, в надежде найти что-нибудь интересное. — И я тоже скучаю.
Через пару минут, Лиса сбросила вызов и запрокинула голову назад, окончательно выключая при этом телевизор. На часах уже давно перевалило за девять часов вечера, и девушка решила пораньше лечь спать.
Ведь завтра уже можно было выходить на тренировку.
Лиса готова была отметить этот день в календаре всеми яркими цветами, что только существовали на всём белом свете. Ведь так надоело сидеть дома и принимать лекарства, от которых уже выворачивало наизнанку.
Уже через десять минут, та лежала в постели, укрываясь любимым одеялом и ярко улыбаясь тому, что совсем скоро почувствует на своих ногах «счастливые пуанты». Что совсем скоро закружится в танце, погрузится в него с головой и забудет о том, как попала в эту несчастную больницу.
Забудет о болезни. Хоть ненадолго, но забудет, ведь именно балет всегда отгонял от неё все эти ужасные мысли.
— Добрых снов мне, — улыбнулась Лиса, прикрывая глаза и зевая, а после, спустя ещё пару минут, окончательно погрузилась в царство Морфея.
***
Прекрасное чувство. То, что всегда приносило много радости.
Настоящее счастье.
Лиса стояла напротив зеркала, держась руками за специальные поручни, и разминала ноги, делая ими красивые движения в разные стороны. На голове, как и обычно, был сделан идеальный пучок, а, так называемый, белый "купальник", подчёркивал её идеальную, тонкую талию.
На лице яркая улыбка. И это было особенностью Лисы. Тренер всегда говорила им об улыбке на сцене. Конечно, иногда она была неуместна (всё зависело от спектакля), но чаще всего, она была важной частью выступления.
И именно у Лисы эта улыбка была искренней. Самой искренней. Ей было смешно наблюдать за многими девушками, что учились вместе с ней балету, когда те через силу натягивали на лицо улыбку. Ведь им так сказали. Глупо. Наигранно.
— Девочки, а вы же видели того парня новенького? — раздался голос одной из балерин. Она подбежала к остальным и увлечённо принялась рассказывать о каком-то «красавчике, что играет на скрипке». — Он сейчас опять будет играть!
Все, как по команде, тут же бросились к лестнице. Лалиса же, хоть и не любила подобное, но из интереса решила просто послушать. Поэтому она чуть приоткрыла дверь и спокойно продолжила заниматься, ожидая того, как какой-то парень начнёт играть.
И он начал. Так чувственно. Так завораживающе. На секунду, Лиса даже замерла, а после подошла поближе к двери, чтобы лучше слышать эту музыку. Музыку, через которую выплёскивали все чувства, которые, должно быть, не решались озвучивать в жизни.
Всё внутри скручивалось в тугой узел так сильно, что становилось тяжело дышать. Было сразу понятно, что играющий умел обращаться со своим музыкальным инструментом.
Вскоре, любопытство всё же взяло вверх, и девушка вышла из зала, направляясь прямиком к лестнице. Звук становился отчётливее. И чем ближе Лиса приближалась к нему, оставляя позади себя ступеники, чем больше ощущала мурашки, расползавшиеся по всему телу.
— Чонгук... — одними губами произнесла девушка, увидев знакомое лицо.
Протискиваясь, девушка подобралась ближе к парню, чтобы окончательно убедиться в том, что это действительно был он. И правда. Перед ней действительно стоял сосед, о существовании которого узнала около недели назад. Он, время от времени прикрывая в глаза, жил этой музыкой. Той, которую прямо сейчас создавал сам.
А его красивые черты лица казались ещё прекраснее. И когда тот полностью открыл глаза так, что Лиса смогла хорошо их рассмотреть, она, точно околдованная, внезапно замерла на месте. Опустив руки, которые до этого сжимали край юбки, девушка внимательно следила за каждым его движением.
До тех пор, пока не пересеклась своим взглядом светло-карих глаз с его - тёмно-карими, почти чёрными.
***
Домой она вернулась, как и обычно, поздно. Лиса чувствовала сильную усталость, но это ничуть не угнетало, а совсем наоборот — ей было приятно от этой усталости.
Она так соскучилась по всему этому.
Девушка почти сразу приняла прохладный душ. Переодевшись в пижаму, состоящую из простых коротких шортиков и майки чёрного цвета, она прошла на кухню, где решила приготовить себе ужин. Девушка уже было включила музыкальный канал и вытащила их холодильника всё необходимое, как вдруг ей послышался стук.
— Что? — зачем-то спросила она вслух, замирая на месте и делая звук на телевизоре потише. — Стучат что-ли?
Она, с набитым ртом, быстро направилась в сторону коридора, пережёвывая на ходу пищу.
Но стоило только посмотреть в глазок, как девушка вопросительно изогнула бровь и, немного помедлив, вскоре всё же повернула замок. Уж кого, но этого человека она вообще не ожидала сейчас увидеть. Да о чём речь? К Лисе вообще редко кто приходил в гости.
— Что-то произошло? — только и смогла спросить она спустя некоторое время, когда на пороге оказался сосед.
Тот стоял с каким-то пакетом в руках и ключами от машины, которые вскоре по-хозяйски положил на тумбочку, стоящую неподалёку.
— Мило выглядишь, — неожиданный комплимент сорвался с его уст, отчего девушка сильно смутилась, ведь только сейчас осознала, что стояла перед ним в открытой пижаме.
Оголённые плечи. Влажные волосы, от которых исходил приятный аромат кокосового шампуня. Лёгкий румянец на щеках и пухлые губы, которые та невольно кусала. Чонгук внимательно осмотрел её с ног до головы.
— Я повторяю свой вопрос, — немного растерянно произнесла Лиса. — Что-то произошло?
— Да нет, — непринуждённо пожал тот плечами в ответ. — Всё в порядке. Просто решил проверить как ты здесь.
Девушка с недоверием посмотрела ему в глаза. На минуту, она вспомнила, как смотрела в них сегодня, когда парень играл на скрипке, но тут же замотала головой, тем самым, отгоняя от себя все эти мысли.
— Ну ладно, проходи, — сделала шаг в сторону, прислоняясь спиной к холодной стене и невольно скрещивая руки на груди, дабы закрыть оголённые участки.
Парень снял с себя белые кроссовки и вскоре приблизился к девушке, отчего та опешила. Он лишь протянул той пакет, что принёс с собой, в котором, как выяснилось позже, были фрукты и коробка конфет. Чонгук как-то странно ухмыльнулся, а после того, как девушка всё же приняла «гостинцы», молча прошёл внутрь, осматривая небольшую квартирку, в которой была только одна спальня, гостиная, совмещённая с кухней, да ванна с туалетом.
— Мило, — лишь сказал он.
— Что же у тебя всё «мило», — вдруг усмехнулась Лиса, ставя пакет на стол, на что Чонгук тоже улыбнулся. — Чай, кофе?
— Потанцуем? — сказал тот, отчего девушка сначала опешила, но чуть позже поняла, что это была лишь некая «поговорка». А парень из-за выражения её лица громко рассмеялся, за что вскоре получил коробкой конфет, которые та кинула в него. — Мне чай.
Положив конфеты на стол, Чонгук удобнее уселся и принялся наблюдать за девушкой, что ставила чайник. Он вдруг мысленно подметил кое-что.
Ему было совершенно комфортно здесь. И так спокойно на душе. Именно после слов этой девушки тогда в лифте, Чонгук глубоко задумался.
«Никого не слушаю и делаю так, как считаю нужным».
— Я очень удивилась, когда увидела тебя сегодня, — начала Лиса, наливая своему гостю чай. — Признаюсь честно, ты просто прекрасно играешь.
А она и представить не могла, что именно она подействовала на него. Простыми словами. После той их встречи, Чон на следующий же день приехал в школу искусств и поразил всех своей игрой на скрипке. Парень много лет занимался музыкой, но из-за того, что никто и никогда не одобрял его «хобби», ему пришлось бросить всё это. После этого он окончательно закрылся в себе. Тогда он очень изменился. Было очень сложно.
— Спасибо, — сказал он, всё больше поражаясь тому, как легко ему было на душе.
Обычно, даже самое обычное знакомство доставляло ему много дискомфорта. Сейчас же всё иначе.
Просто он нашёл нужного человека.
— Лалиса, — по имени обратился он к ней, а у девушки чуть не выпал чайник из рук. Ведь Чон вдруг оказался очень близко к её спине и вскоре уткнулся носом в её волосы. Случайно это было или же специально — она так и не поняла. — Спасибо тебе за всё...