5
Сегодня очень холодно, и кажется, что даже тёплое помещение не спасёт. Чонгук на очередной подработке пытается хорошо справиться, так как через три дня ему отдадут зарплату. Доставка еды выбивает все силы из парня, ведь целый день на ногах — это трудно.
Он стучит в дверь уже пятой за сегодня квартиры и долго ждёт. Наконец дверь открывают, а Тэхен и Чонгук никак не ожидали увидеть здесь друг друга. Чон быстро отдает заказ и говорит цену.
— Подожди, здесь не хватает, — Ким смотрит на сумму в руках, оставляет дверь открытой и идёт в другую комнату.
— Что за дела? — вместо него возвращается Чимин, а Чон даже думать не хочет, кто это и что между этими двумя.
— Привет, — здоровается Пак. — Что-то случилось?
— Да... — Чонгук мямлит. — Здесь не хватает.
— А, да? Секунду, — Чимин достает из кармана деньги и отдаёт нужную сумму. — Вот. Спасибо за доставку. Ммм... — парень прищуривается, чтобы разглядеть бейдж.
— Чонгук, — Пак смотрит ему в лицо, а на ум приходит бывший Тэхена.
— Приятного аппетита. До свидания, — младший кланяется и уходит.
Чимин, вернувшись на кухню, видит Кима, сидящего у окна. Старший ставит еду на стол и наблюдает за ним. Он подходит, затем тоже смотрит в окно, после чего понимает, на что Тэхен так отвлёкся.
— Это тот Чонгук, да? — Чимин уже пугается, когда Ким молчит и ничего не отвечает, смотря за уезжающим. — Ты в порядке?
— Да. Всё хорошо, — бросает Тэхен и берется за еду.
— Если хочешь, можем поговорить об этом.
— Нет, я же говорю. Лучше расскажи о том, что произошло вчера. Ты заговорил со мной лишь сейчас, — требует Ким.
— Не хочу говорить об этом.
— Да что такое?
— Ничего, Тэхен.
— Ты изменял Юнги?
— Неважно! — громко заявляет Чимин.
— Ну ладно. Зачем кричать? Я понял, — пугается Тэхен и продолжает свой обед.
— Я знаю, что я идиот. Прости, — выдыхает Пак.
— Ммм, ну, мы знакомы недолго, так что этот вывод я пока не сделал. Хотя нужно подумать.
— Не смешно.
— Я требую подробности, — настаивает Тэхен.
— Не могу вспомнить, что произошло в ту ночь. И... — Пак смотрит на свои руки, а ощущение, будто они немеют. — Я был пьян.
— Я не понимаю, — Ким наблюдает за лицом друга.
— Это было давно и я был пьян. Вот и всё. Я голоден, — быстро выговаривает Чимин и принимается за еду.
— Хорошо, — обижается Тэхен.
***
Хосок опускает руки и даже не знает, что теперь делать. Зарплата через неделю, а человек, лежащий в коме, никаких надежд очнуться не оставляет. Этих денег всё равно не хватит. Ветеринарная клиника сегодня принимает много животных, поэтому даже на какие-либо мысли отвлекаться нет времени.
Говорят, животные — хороший антистресс, только не сегодня и не для Чона.
Сломанная лапа, сломанный хвост, собачий грипп, стресс у кота из-за переезда, депрессия хомяка — все это сводит с ума.
— Здравствуйте, — девушка с узкими, но голубыми глазами, вместе с собакой породы корги заходит в кабинет Хосока. Видимо, она метиска, раз у неё такая внешность.
— Здравствуйте, — парень обращает внимание на глаза девушки. Та тоже с явным интересом разглядывает его.
— Доктор Чон, моя собака ничего не ест и много спит. Он меня пугает, — проговаривает она, а Хосок принимается осматривать собаку.
— Как давно он в таком состоянии?
— Ну-у, кажется, дня два-три. Я приехала из Америки только вчера, закончив там учёбу. Наверное, он по мне скучал, — грустно говорит она.
— Как вас зовут? — интересуется Хосок.
— Моё имя Хан Мин, — девушка выглядит серьезной.
— Хо-ро-шо, — по слогам выговаривает доктор, разглядывая каждый миллиметр собаки.
— Она скорее всего потеряла аппетит и мне нужно узнать по каким причинам. Мне придётся взять её кровь для анализа и сделать рентген. Может, вы меняли корм собаке?
— М-мм. Да, — отвечает Мин. — Мама поменяла корм три дня назад.
— Дело может быть и в этом. После всего я сообщу вам точную проблему, — Чон улыбается уголками губ, а девушка отвечает:
— Спасибо большое.
— Это моя работа.
***
На работе Юнги бесится. Намджун, сидящий в соседнем кабинете, бесит через эти стены. Чимин, находящийся в своей квартире, бесит через всё это расстояние. Снег сегодня не идёт. Рождество всё ближе, а мать даже на связь не вышла. Машина утром чуть не вывела Мина из себя, не желая заводиться. Намджун, к счастью, уехал на автобусе.
— Привет, — в кабинет заходит Ким и встаёт перед другом. Тот ничего не отвечает, а лишь продолжает разглядывать бумаги.
— Чего? — наконец спрашивает Юнги, почувствовав себя неловко от напористого взгляда младшего.
— Мне нужен принтер. Мой окончательно выдохся. В этой компании, кажется, не меняли аппаратуру с прошлого века.
— Пользуйся, — пассивно отвечает на это Юнги, не поднимая голову.
— Спасибо.
Через несколько минут Ким, тихо закончив свою работу, покидает кабинет, а Мин сдерживает себя, чтобы не завалить парня вопросами.
***
Джин вечером приезжает в отцовский дом с сотой надеждой на то, что сегодня родители скажут ему, как сильно любят и попросят прощения, после чего примут его таким, какой он есть. Мечтать не вредно, учитывая то, что это подаёт надежды.
— Привет, мам, — с грустью в голосе здоровается Ким, кладёт рюкзак на пол и присаживается на большой диван рядом с матерью.
— Привет, Джини. Приехал? — женщина на сына не отвлекается, а лишь смотрит телевизор, при этом пилит ногти.
— Да, как видишь, — Джин продолжает сидеть рядом с ней, а затем принимается осматривать взглядом собственный дом.
Дом, в котором ему явно не рады. Огромная люстра висит в гостиной, кожаные диваны и плазменный телевизор больших размеров. Огромная арка, ведущая в столовую, в которой стоит не менее огромный стол.
Тут Джин когда-то был счастлив и считал себя особенным. Он знал, что богатство отца сделает ему жизнь, но тот отказался, можно сказать, от него, как только узнал, что он гей.
До этого Ким был хорошим отцом, а Ким младший — отличным сыном. Послушный и умный, а ещё учился на отлично, да ещё и никогда не врал.
Пришлось работать в баре. Но понемногу отношения начали налаживаться, только Джин чувствует, что теперь ему это нахер не нужно.
— Буду у себя, — парень встаёт и уходит, а мать кивает и продолжает заниматься своими делами.
— Боже. Я на дне, — выговаривает Ким, пройдя в свою комнату и закрыв за собой дверь. Помещение в прекрасном состоянии, но от этого лишь тошнит. Здесь слишком пусто и неуютно.
Ким звонит Намджуну, чтобы немного отвлечься, и он по нему безумно скучает.
— Привет, Джин, — первым здоровается младший.
— Привет. Чем занимаешься? — заботливо спрашивает Ким.
— Я сейчас на работе. Ты не представляешь, как это утомляет. Ещё только вечер, а я готов упасть прямо тут и больше не подниматься. А ещё этот принтер.
— Что с принтером? — со слабой улыбкой на губах интересуется Джин.
— Сломался, мать его, — у Намджуна тоже поднимается настроение, немного поговорив с этим человеком.
— И что ты с этим сделал? Пожаловался кому-нибудь?
— Да, я подал на них в суд. Сказали, что придут разбираться через сотню световых лет, думаю, именно тогда мне и вручат новый хороший принтер.
Джин на это смеётся.
— Неужели всё так плохо?
— Мне плохо. Когда мы сможем увидеться? — серьезно спрашивает Джун, а старший, совсем отвыкнувший от этого тепла, краснеет.
— Не знаю. Я сейчас у родителей.
— А-а-а. Ясно. Джин, извини, что создаю тебе проблемы с родителями. Просто...
— Ничего, мне кажется, так и должно быть.
— Я знаю, что должен был оставить тебя в покое, но не сделал этого. Теперь, когда мы снова вместе, я очень счастлив. И, Джин, теперь я думаю над тем, что ты можешь чувствовать. Если я правда надоел тебе...
— Не говори глупостей, — Сокджин опять его перебивает. — Я просто слишком зависим от их мнения, но хотя бы раз в жизни они могли бы послушать меня.
— Прости, что не могу помочь. Я безнадёжен, — падает духом Намджун.
Джин хочет ответить на это хоть что-нибудь. Он сильно отвык, а тёплые слова даются с трудом. Они будто стесняются друг друга.
— Ты... — пауза. — Как бы там ни было, я всё равно тебя люблю! — тараторит старший и опять краснеет, прикрыв лицо рукой.
— Хах, это мило. Я тоже те...
— Позвони, когда поедешь домой, — перебивает в которой раз Джин и быстро выключает телефон, после чего падает спиной на кровать.
— Глупо вышло, — ругает он самого себя, а у Намджуна поднялось настроение на все сто световых лет, что уже готов дождаться новый принтер.
***
Юнги еле как поднимается из-за рабочего стола и плетётся к кафе на первом этаже. Дойдя до него, он видит Намджуна, который уже сидит за барной стойкой и пьёт кофе.
— Мне как всегда, — говорит Мин бариста и присаживается рядом с младшим.
— Как ты? — спрашивает тот, отвлекаясь от телефона.
— Ничего не изменилось с того времени, как мы виделись в последний раз, — с присущей себе интонацией отвечает Юнги и берёт в руки кофе, который уже готов.
— Ясно, я тоже не очень себя чувствую.
— Не помню, чтобы спрашивал, как ты себя чувствуешь.
— Не помню, чтобы ты был настолько груб когда-либо.
— Что ты знаешь про Чимина? — неожиданно спрашивает Юнги. — Расскажи мне, надоело думать над всем этим.
— Наверное, я не должен был вообще говорить об этом. Извини. Просто забудь, я толком ничего не знаю. Мы были пьяны.
— Что за хрень, Джун? Почему ты должен знать это, а я нет. Говори сейчас же! — начинает злиться Юнги, привлекая к себе лишнее внимание.
— Блин, говори тише.
— Рассказывай уже!
— Сука, — Намджун допивает свой кофе, встаёт и уходит.
— Стоять, эй! — кричит Мин и идёт за ним.
— Раз начал, договаривай, — настаивает старший и тянет того за руку у лестниц.
— Надоел! Сами разбирайтесь! — ругается Намджун и пытается вырваться.
— Он не хочет ничего объяснять. Что с вами не так?! Не будь мудаком!
— Кто из нас мудак?!
— Намджун, — Мин грубо толкает друга в стену. Он опускает голову и уже тише просит:
— Просто расскажи. Это, в конце концов, не уничтожит меня.
***
— Это была вечеринка, на которой была наша компания, но не было Юнги. Мы тогда встречались, и я очень долго ждал его в эту ночь, но он не пришёл. Мы были дома у какого-то парня, знакомого Намджуна и Хосока. Мин не отвечал на смс, и конечно, я, пьяный, решил, что он меня не любит, и что он меня кинул. Идиот, — с вином в руках объясняет Чимин Тэхену. Тот внимательно слушает, уже волнуясь за продолжение.
— Ну и? Чего завис?
— Я пытаюсь вспомнить. Кто это был?
— Кто? — недоумевает Ким.
— Кто меня тогда потащил в ту крайнюю комнату? Я помню, как он прижал меня к стене в гостиной и начал целовать шею.
— Что случилось дальше? — с большим интересом спрашивает младший.
— Ну-у. Потом в чужой спальне мы, видимо, переспали.
— И всё? Это подробности? — разочарованно спрашивает Тэхен.
— Да, а что ты хотел?! — грубит Пак. — Я помню, как проснулся, когда Намджун надевал на меня рубашку. Он всё знает. Потом мы поехали домой на машине Хосока, но они обещали, что будут молчать. Ким сказал, что я был лишь без рубашки, значит, ничего такого не произошло, но если так подумать, это тоже была измена. Они просто не хотели обидеть лучшего друга. У него и так были плохие времена, когда отец решил жениться на другой, а мать абсолютно перестала выходить на связь. Я тот ещё ублюдок.
— Не спорю, — кивает Тэхен.
— Ты тоже.
— Не спорю.
***
— Я слушаю тебя, — даёт знать Юнги, когда вместе с Намджуном они уже сидят в машине.
— Помнишь вечеринку, на которую ты не пришёл из-за ссоры с отцом?
— Да, потому что он сказал, что женится на другой.
— Да, — выговаривает Джин и на несколько секунд замолкает.— В ту ночь Чимин был очень опечаленным, видимо, ждал тебя.
— Поэтому он изменил мне на этой вечеринке?
— Нет, друг. Слушай, я знаю, что какой-то парень утащил его в спальну, после чего вместе с Хосоком мы решили его оттуда забрать. Когда мы зашли, этот парень стаскивал рубашку с Чимина, и я ударил его. Я надел рубашку на него обратно, и мы уехали на машине Хосока. Вот и всё. Ничего не было, — Джун заканчивает рассказывать и смотрит на Мина, что сейчас не в лучшем состоянии. Он молчит и долго думает о чём-то, после чего выдаёт:
— Ясно, — и заводит машину.
— Извини, что начал это. Вообще-то всё произошло давно и не имеет значения, — пытается разрядить обстановку Джун.
— Вот именно. Никакого значения, — слишком легко соглашается Юнги.
— Чимин был сильно пьян. Напился из-за того, что очень скучал по тебе.
— Это тоже не имеет значения.
— Юнги, что ты чувствуешь? — серьезно спрашивает Намджун.
— Разочарование, — прямо отвечает Мин, крепче держась за руль. Кима это пугает.
— Эй, слушай, в этом нет вины Чимина.
— Чья это тогда вина, блять?! — выкрикивает Юнги, а Намджун чуть не подпрыгивает из-за неожиданности. — У меня были проблемы с отцом, да ещё и парень изменял! Почему ты не сказал мне? Я чувствовал такую вину! — Мин останавливает машину и смотрит в глаза Киму.
— Юнги, успокойся.
— Я чувствовал себя ужасно из-за лжи, которую сочинил, потому что не хотел для него проблем. Уверен, он был в своем уме. Если бы вы не помешали, чёрт знает, как далеко они бы зашли.
— Перестань. Мы говорили с Чимином, он правда не знал, что творит. Утром мы договорились молчать об этом, ведь у тебя было и так много забот, — Джун пытается донести то, что считает правильным, до старшего, но у тот будто оглох.
— Он меня винил тогда в подъезде и всё это время.
— В каком подъезде? — не понимает Намджун.
— Неважно. Больше ни слова о Пак Чимине, или это перейдёт в драку, — Юнги резко заводит машину и нажимает на педаль газа. Так в страхе Джуна врезаться в кого-то они доезжают до дома.