Cursus

Юнги около двух недель не покидал стен родной квартиры. Первые семь дней и ночей топился в слезах, табаке и алкоголе. Со следующей недели у омеги началась течка, которую он провёл в постели, обнимаю подушку и проклинаю своё существование. Четыре дня мучений прошли для Юнги относительно быстро. И именно этого времени омеге хватило для того, чтобы осознать степень ужаса, в котором он погряз.

Вылизав квартиру с ног до головы, Юнги выходит на улицу и бесцельно шатается по улицам, чтобы освободить голову от мыслей. Заметив идущих ему на встречу двух альф, Юнги отходит в сторону, чтобы не зацепиться плечом с одним из них, но его толкают в переулок. Юнги зажимают рот, одновременно прикладываю затылком о кирпичную стену. Перед глазами омеги звезды и из-за них он с трудом понимает, что прошёл сквозь стену.

Темнота преисподней давит на глаза, и Юнги промаргивается. Его волокут по отделанной камнем земле, а позже и в огромный особняк. Омеге кажется, он вытер пол во всех комнатах, и уже хотел начать оказывать сопротивление, как его закидывают в один из залов и с шумом закрывают за ним дверь.

Юнги принимает сидячее положение и, взявшись за болящую голову, осматривается вокруг. Зал являлся комнатой отдыха, о чём говорили диваны и запах алкоголя вперемешку с табаком. Заметив в стороне парня, Юнги внимательно смотрит на него. Бета стоит возле стены, опустив голову и нервно перебирая пальцы рук. Его взгляд наполнен страхом. Юнги узнает этот страх, так же выглядел и Чимин.

Из дальнего угла послышались шаги и бета, поклонившись в девяносто градусов, остаётся в таком положение. По дорогому паркету разносятся тяжёлые шаги, от которых дыхание клонящегося становится громче. В ожидание того, что будет дальше, Юнги садится в позу лотоса. Из соседней комнаты выходят два альфы, что в Юнги на мгновение страх вселяют. Два широкоплечих подкаченных дьявола, от которых кожа лопается, а ритм сердца замедляется, чтобы меньше шума издавать. От них напряжение в поднимается, а воздух вот-вот воспламенится. Один из альф кивает прислуге и тот поднимается и, делая два шага назад, прижимается к стене спиной. Прислугу трясёт, до истерики недалеко, и Юнги от этого больно. Он начинает в себе копаться, себя с сидящими дьяволами сравнивать. Его ведь так же боятся. 

Второй альфа оборачивается в сторону Юнги и на его лице появляется улыбка, больше смахивающая на животный оскал. Этот альфа пугает Юнги сильнее. От его взгляда тёмных глаз, за которыми, кажется, ничего светлого, кровь в венах закипает, а воздуха не хватает, Юнги задыхается.

– Как добрался?

– Не считая того, что меня головой о стену приложили, то вполне неплохо.

– Ну, тут ты сам виноват, малыш, не стоило игнорировать моё приглашение.

Вспоминая текст письма, Юнги кулаки сжимает до следов от ногтей, зубами скрипит. Хочет альфе глотку разорвать и похоронить самой позорной для него смертью. Но альфа одним своим взглядом Юнги в могилу загоняет.

– Я не собираюсь быть чьей-либо зверушкой. А уж тем более твоей, - альфа его словам ухмыляется и голову набок склоняет.

– Тэхён, осмотри нашего нового гостя.

Бета кланяется и, подойдя к омеге, придерживая за локоть, помогает встать. Они с Юнги выходят и, пройдя по длинном коридору, входят в гостиную, в которой, по мнению Юнги вся его квартира поместится. Присев на чёрный диван, омега следит за бетой, который до сих пор взглада от пола не оторвал. Принеся аптечку, бета принимается обрабатывать раны. У Юнги на щеке ссадина, полученая при недавнем поцелуе с полом.

– Прекрати дрожать, их ведь рядом нет.

– Это уже на подсознательном уровне работает, - бета дует на ранку, когда Юнги котом шипит.

– Не знаешь, зачем я им?

– Ты нужен одному из них - Чонгуку, с ним ты и разговаривал. Хосок его брат, он всегда рядом с ним. Не проигнорируй ты его приглашение, сейчас бы, как и все игрушки Господина, находился в тихих стенах собственных покоев.

– Не по зубам ему будет такая игрушка.

– Возможно, но не играй с огнём, они таких как ты голыми руками ломают.

– Плевать, я всё равно здесь на долго не задержусь.

– Не будь в этом так уверен, - бета слегка улыбается, а Юнги и от этого легче.

– Меня Юнги зовут.

– Тэхён, - бета убирает аптечку. - Идём, тебя нужно вернуть.

Когда Юнги снова возвращается в комнату отдыха, там находился один Чонгук. И от этого у омеги сердце бешено стучит.

Альфа взглядом указывает на диван напротив. Юнги не отрываясь от чёрных глаз-ловушек, неспеша проходит и садится. Чонгук его взглядом голодного зверя прошивает с ног до головы, облизывается. Юнги хочется вмазать альфе за наглость, но понимает, что у него нет шансов.

– Зачем я здесь? - Чонгука скалиться и отпивает янтарной жидкости из стакана.

– В проигнорированном тобой письме было всё сказано. Будь ты умнее, попал бы сюда почётным гостем со всеми почестями.

– Я должен был согласиться стать кому-то домашним животным?

Чонгук протягивает Юнги стакан, и омега его принимает. Без алкоголя здесь не обойтись.

– Не кому-то, а мне.

– Зубы сломаешь играть со мной, - альфа смеётся откидывая голову назад. Этот смех из Юнги душу вырывает, оставляя ни с чем.

– Люблю малышей с характером, но советую мне его показывать.

– Иначе что?

– Иначе я познакомлю тебя с псами.

– Хочешь меня шавками запугать? - омега смеясь отпивает из стакана и с вызовом смотрит на альфу.

Альфа упивается дерзостью омеги, смотрит не отрываясь. Чонгуку нравятся дерзкие котята. Но больше всего ему нравятся этих котят ломать. Смотреть на их слёзы и лицо, не выражающее ничего кроме боли. Чонгук этой болью питается, за счёт неё дышит. Альфа уже мысленно представляет, как будет сцеловывать каждую слезинку, слушать проклятия в свой адрес и обнимать этого кукольного омегу.

– Не в моих правилась разбрасываться дешёвыми угрозами. Моё терпение велико, но не забывай, что ты находишься на моей территории. Я каждый твой шаг контролирую, и дышишь ты тоже благодаря мне.

– Мне в качестве благодарности нужно броситься к тебе и начать ублажать?

– До этого мы позже дойдём, обещаю, дойдём.