Неправильный

Чонгук не может оторвать взгляда от омеги весь следующий день, когда они встречаются в стенах университета — вначале в коридоре, потом в кафетерии.

Он всё никак не может понять: это Тэхён в принципе настолько хорош собой? Или он только сегодня как-то по-особенному выглядит?
Омега не подходит к нему и не пытается заговорить, и от этого, честно говоря, как-то неуютно — всё-таки Чонгук успел здорово привыкнуть к тому, что Ким невероятно приставучий, и постоянно крутится рядом, как любопытный щенок.
Они договорились встретиться вечером, после окончания пар, и обсудить все аспекты их странных взаимоотношений, но время, как назло, тянулось улиткой и не желало ускоряться ни в какую.

Альфа притащился на место их встречи — в кофейню, где они позавчера сидели со сладкой парочкой Намджинов (про себя он окрестил их именно так, и был доволен своей смекалкой) на целый час раньше назначенного времени и теперь изнывал от скуки, в сотый раз пролистывая ленту Instagram, где последним постом красовалась селка Тэхёна, сделанная на фоне целующихся Намджинов. Омега очень натурально изображал рвотный позыв, и лайк от Чонгука он получил именно за это. Совсем не за то, что даже в искривлённом виде его лицо оставалось умилительным, а волосы красиво блестели на солнце.

— Знаешь, с расстояния тебя легко спутать с омегой.

Чонгук вздрагивает и сворачивает окно Instagram, тут же откладывая планшет в сторону. Тэхён стоит возле его столика с чашкой латте в руках, его глаза искрятся, в волосах ещё не успели растаять снежинки, а ещё он очень вкусно пахнет морозом.

— Это не лучшее начало разговора.

— Ты не дослушал, — тянет младший, отодвигая стул и присаживаясь напротив. — Тебя легко спутать с омегой, только разве это плохо? Ты альфа, но твоя внешность... Ты очень привлекательный именно потому, что совмещаешь в себе грубость и изящество. Ты вписался в золотую середину. Я не прав?

— Не могу и не хочу соглашаться, — качает головой Чонгук. — И, по правде говоря, я не понимаю, почему мы обсуждаем мою внешность.

— Можем не обсуждать, если у тебя комплексы по поводу неё, — фыркает Тэхён, потирая подмёрзшие ладони друг о дружку. — Тогда о чём будем говорить?

— Честно? Я понятия не имею, о чем нам стоит беседовать. Просто знаю, что между нами много недосказанного. Я перестал понимать тебя едва ли не с первой секунды нашего знакомства. Ты крутишь с омегами, ненавидишь альф, но вместе с этим лезешь ко мне с признаниями и...всем остальным. Как мне понять тебя?

— Это несложно, — мягко улыбается Ким. — Я действительно не переношу альф, потому что все они — похотливые кобели, которым лишь бы присунуть куда-нибудь. И плевать они хотели на твоё согласие. Откажешь — дождутся твоей течки и сделают свое дело.

— Помнишь, ты сказал тренеру, что у тебя не бывает течек? — перебивает его внезапно Чон. — Расскажешь мне?

— Это, конечно, не то, что нужно говорить парню, который нравится, но... Скажем так, есть пара неприятных моментов в прошлом, после которых у меня что-то вроде гормонального сбоя. Именно поэтому я не теку.

— А...

— В смысле, совсем не. Впрочем, как ты гипотетически мог уже заметить, я возбуждаюсь. Как альфы. В смысле, у меня встаёт, но зад выполняет лишь одну функцию. Никакой природной смазки, никаких течек, и, скорее всего, никаких детей.

Омега говорит об этом так просто и естественно, что у Чонгука внезапно образуется ком в горле. Насколько же он привык и смирился с таким положением вещей?

— Почему я? — хрипло спрашивает он, чтобы хоть как-то заполнить неловкую паузу. — Я ведь тоже альфа.

— Когда я увидел тебя впервые, я...я не верю в сказки про истинных, но знаешь, у меня будто внутри магнит образовался, и тянуло с невероятной силой в одну сторону — к тебе поближе. Баскетбол, как предлог. Тренировки с тобой — как повод узнать тебя поближе. Я сам боялся того, что происходит. Боялся, что начинаю испытывать к тебе что-то большее, чем просто странное притяжение. Умом понимал, что ничего хорошего из нашего общения выйти не может. Боялся, что ты не поймешь и не примешь меня...таким.

— Я с самого начала знал.

— Догадываюсь, — горько усмехнулся Тэхён. — В нашем университете быстро расходятся слухи. В любом случае, мои карты были раскрыты перед тобой. А ты для меня был, словно ящик Пандоры — полон тайн и загадок. Впрочем, у меня и сейчас много вопросов к тебе.

— Тогда, в душевых...это ведь был ты?

— Я. Это было вспышкой отчаяния. Потому что я понял, насколько сильно меня тянет к тебе, — Тэхён отпивает кофе и нервно усмехается. — Я хотел застать тебя врасплох и...сделать тебе приятно. Но ты, кажется, справился тогда без меня, ведь так?

Чонгук роняет лицо в ладони, коротко простонав, потому что этот эпизод своей биографии ему хотелось бы обсуждать меньше всего. Но Ким настойчив, он тянет к нему руки, гладит по волосам, оставляя пальцы на чужих плечах, словно само собой разумеющееся — и альфе вдруг становится так уютно и спокойно: в конце концов, Тэхён ведь в курсе, и он всё ещё рядом. Это ведь значит, что он действительно нравится омеге, несмотря ни на что?

— Ничего не бойся. Тебе не о чем переживать, понимаешь? — словно читая его мысли, тихо произносит Ким.

— Да.

— Ты мне доверяешь?

— Да.

— Сейчас я поцелую тебя, — на грани слышимости продолжает Тэхён, наклоняясь ближе.

— Да, — шепчет в ответ Чонгук, и, прежде чем он понимает, на что только что согласился, омега кладёт руки на его скулы, пальцами зарываясь в волосы, и накрывает его губы осторожным поцелуем. Альфа замирает, напрягаясь, словно струна. Но это несмелое касание в исполнении Тэхёна оказывается таким приятным, что он сразу невольно расслабляется, пока чужое дыхание смешивается с его собственным, а сердце колотится в груди — оглушительно, сильно, сотрясая грудную клетку, долбит пульсом в ушах.

Тэхён отстраняется, влажно разъединив их губы. Пользуясь потерянным состоянием альфы, он быстро спрашивает:

— Я нравлюсь тебе?

— Да, — автоматически отвечает тот. Омега смеётся.

— Если ты продолжишь отвечать так на каждый мой вопрос, я могу обнаглеть.

— Я контролирую свои ответы, — смущённо возражает Чонгук. — Что я мог ещё сказать, если ты и вправду нравишься мне?

— Знаешь, — и потемневшие глаза Тэхёна вдруг совсем близко, а его проникновенный хрипловатый голос, кажется, забирается под кожу и пускается в путешествие по венам. — Можешь отвечать что угодно, я всё равно всегда поступаю по-своему. И прекрати краснеть, как омежка после первого поцелуя. Это
жутко заводит.

Чонгук краснеет ещё сильней.

***

Джин удивлённо приподнимает брови, когда видит их на пороге — замёрзших и измазанных снегом с ног до головы.

— Ничего не спрашивай, — бурчит Тэхён, протискиваясь мимо брата в квартиру. — Мы играли в снежки.

— Если для вас «играть в снежки» — это значит «вывалять друг друга в снегу», то у меня вопросов нет, — смеётся Джин, делая шаг в сторону. — Проходи, Чонгук. Я сейчас поставлю чайник, можешь повесить куртку сюда.

Чонгук благоразумно молчит о том, что нихрена они не играли в снежки, а ещё у него завтра, скорее всего, потрескаются губы.

— Ну какого чёрта? — доносится из гостиной подозрительно знакомый голос, но его быстро заглушает дьявольский хохот Тэхёна. Когда альфа входит в гостиную, то застаёт там Намджуна, закутанного в плед и с невероятно обиженным лицом поедающего конфеты из вазочки на столе, а Тэхён при этом тонет в кресле и продолжает злобно смеяться. Видимо, очень доволен, что обломал кому-то «десерт».

— Что ты здесь делаешь? — невольно вырывается у Чонгука. Намджун подозрительно щурится.

— Тот же вопрос могу задать тебе.

— Вопрос снят.

— Аналогично.

— Ребята, чай готов! — кричит из кухни Сокджин и все послушно идут на зов. В коридоре друг хватает его за плечо, чтобы быстро шепнуть:

— Вы поговорили?

— Ага. Потом расскажу.

— Но всё, судя по всему, закончилось хорошо?

— И даже лучше, — улыбается Чонгук.

Во время чаепития выясняется, что родители уехали с Хосоком на какую-то научную конференцию в Пусан, и вернутся не раньше завтрашнего полудня. Намджун шутит по поводу того, что иногда игры в снежки заканчиваются слишком быстро, а Сокджин заливается краской. Тэхён в это время самым наглым образом лапает ноги Чонгука под столом, пользуясь тем, что скатерть свисает почти до пола. Скользит пальцами по бедру, путешествует от колена к паху, чтобы ненадолго задержаться на конечной станции, и затем снова дать альфе возможность дышать спокойно. От таких невинных ласк у Чонгука стоит — железно так стоит, и он лишь после осознаёт, что со всеми этими запутанными отношениями совсем забыл о том, что молодой организм нуждается в разрядке — ну хоть иногда. А это «иногда» у него было ещё давным-давно. Он мысленно обещает себе, что после возвращения домой найдёт надёжно спрятанную расчёску и вновь займётся своими грязными делишками.

— Я пойду позвоню родителям, скажу, что сегодня не приду ночевать, — внезапно отодвигает стул Намджун, предварительно обменявшись многозначительными взглядами с Джином. Чонгук встаёт следом, не совсем понимая, с каких пор Намджун звонит родителям и оповещает о том месте, где он ночует на этот раз. На его памяти, такого ни разу не было.

— Чонгук, стой, — хватает его за рукав Сокджин. Свитер опасно натягивается, грозясь явить миру вздыбившуюся ширинку, спрятанную под собой, поэтому Чонгук торопливо одёргивает одежду и оборачивается с немым вопросом в глазах. Омега продолжает: — Когда у вас следующая игра? Я бы хотел прийти посмотреть.

— Хён, но я ведь тоже в команде... — тянет обиженно Тэхён. — Мог и у меня спросить.

— Не знаю. Скорее всего, через месяц, а...

В коридоре слышатся шаги, и Сокджин мгновенно меняется в лице, расслабляясь.

— Да я просто поинтересовался. Ты уже домой, так быстро? Может, ещё чаю?

— Спасибо, — кланяется альфа, чуть не сталкиваясь в дверях с подозрительно довольным другом. — Но как-нибудь в другой раз.

— Я тебя провожу, — встаёт Тэхён и выходит за ним в полутёмный коридор. Молча следит за тем, как Чон натягивает на себя ещё влажную куртку, после чего внезапно притягивает к себе за капюшон и коротко целует в удивлённо приоткрытые губы.

— Чего ты? — смеётся альфа.

— Порыв нежности, например, — пожимает плечами Ким. — Чтоб не забывал о том, что нравишься мне.

— Забудешь тут...

Внезапно в коридор выходят Намджины. Альфа чересчур увлечённо разглядывает пол, словно увидел там что-то интересное. Омега обращается к Чонгуку:

— Всё взял, ничего не забыл? Рюкзак, телефон, ключи?

Альфа шарит по карманам, выуживая телефон, выразительно кивает на рюкзак, прислонившийся к стене, а вот с последним пунктом возникает проблема.

Чертыхаясь и будучи абсолютно уверенным в том, что клал их утром в правый карман куртки, как обычно, Чонгук растерянно перерывает все карманы и рюкзак на всякий случай, но безуспешно.

— Потерял ключи? — сочувствующе уточняет Джин. — Может, во время ваших снежных игрищ выпали?

— Возможно, — кивает парень. — Чёрт, как это всё невовремя! Ещё и предки на дежурстве, в квартиру не попасть.

— Оставайся у нас, — тоном гостеприимного хозяина тут же предлагает омега. — Думаю, Тэхён поделится с тобой местом на своей кровати.

***

У автора большие проблемы так что он не знает когда выйдет следующая глава,ваш автор вас очень любит до следующей главы котята :3