Неженки

— Папа, не надо,— пытался остановить Чимина Ёнджун.
— Иди молча,— строго сказал омега, сжимая руку сына в своей и продолжая путь сквозь школьный коридор, как терминатор.
— Отец, дяди, скажите ему. Давайте просто пойдём домой.
— Не уверен, что твой папа послушает щас кого-либо,— сказал Чонгук, которому позвонил Тэхён, ввёл в курс проблемы, и который приехал с работы ради этого зрелища.— Да и отец твой похоже в таком же расположении духа.
Ёнджун глянул на Мина, который переоделся в строгий костюм и был мрачнее тучи и серьёзнее всех лисов с мемов.
 
— Да? Войдите,— сказал мужчина средних лет.
Чоны и Мины вошли внутрь.— Здравствуйте,— улыбнулся он.— Чем могу помочь?
Чимин скинул с себя пальто, которое послушно взял Тэхён, и прошёл вперёд, таща Ёна за собой.
— Здравствуйте, Ли Хиджин,— прочитал табличку на столе директора омега.— Не подскажете ли вы мне, что это такое?— он взялся за подбородок сына и поднял голову, демонстрируя всю палитру красок на его лице.
— Это следы побоев,— ответил директор.
— Знаю я, что это следы побоев!— вскипел парень.— Какого чёрта они на лице моего сына?!
— Ну подождите, давайте разберёмся. Чхве Ёнджун, так?
— Он Мин Ёнджун,— проскрипел Юнги.
— Да, точно. Мин Ёнджун, отличник, гордость школы.
— Вот именно, что он отличник! Невинный ребёнок!— омега долбанул кулаком по деревянному столу, отчего мужчина аж подпрыгнул, испуганно распахивая глаза.— Гордость школы?! Почему школа тогда так халатно относится к своей гордости?!
— Прошу не кричать, господин. Я вижу вы в положении, поэтому...
— Что вам до моего положения?!— поставил руку в бок омега, подпирая поясницу и продолжая возмущаться.— Я чётко задал вопрос! Почему моего сына избили в вашей сраной школе?!
— Но мы ведь не знаем деталей, может ваш сын сам...
— Хотите сказать, что наш сын, от природы боготворящий всё живое, сам полезет в драку?— стал ещё мрачнее Юнги, сверля мужчину своим тяжёлым и гневным взглядом.
— Что за директор такой, который даже не знает о происходящем в его школе?— скрестил руки на груди Чонгук, который так же, как и его брат, был в деловом костюме.
— Я знаю, но...
— Так он ещё и знает!— всплеснул руками негодующий Тэ.— Где принятые меры?! Покажите мне! Как вы наказали этих ушлёпков?!
— Как как?! Никак! Мой сын должен ходить с разбитым лицом и синяками по всему телу, пока директор сидит на жопе ровно!— вновь прокричал Чимин, снося со стола табличку с именем и под конец фразы указывая пальцем на директора.— Давай я тебе рожу расхерачу сейчас, а?!— он занёс кулак для удара.
— Так! Господин!— ударил по столу мужчина, вставая.
— Вы щас повысили на меня голос?! Дорогой, ты видел это?— театрально обиделся омега, прикладывая руку к груди и смотря на своего альфу.— Вы наорали на беременного?!— сжал кулаки Чим, мгновенно меняя свой настрой вновь на воинственный.— Сел на место блять! Живо, я сказал!— командно рявкнул он.
Директор от неожиданности икнул и опустился вновь на стул, а место под ним, кажется, стало мокрым.
— Были бы вы на полигоне, я бы отхерачил вас палкой и засунул её в вашу задницу! Так что будьте добры сидеть и слушать, что вам говорят! Дайте мне документы моего сына! Он больше ни дня в этой чёртовой школе не проучится!
— Подождите, господин...
— Вам сказали выдать нам документы,— прервал того Мин, приобнимая тяжело дышащего мужа, который от потока эмоций зажмурился, и нежно поглаживая округлый животик, чтобы хоть как-то немного успокоить его и пинающихся малышей, которые тоже уже готовы были зарядить пяткой в огромный нос директора.— Знаете, кто я?
— Да,— кивнул мужчина.
— А знаете, кто до сегодняшнего дня спонсировал вашу школу?
— Да,— сглотнул директор.
— Значит, вы достанете мне записи с камер наблюдения. Я понятно объясняю?
— Хорошо, господин Мин.
— Чего сидим?— спросил Чонгук.— Документы Ёнджуна,— он протянул руку.
— Ах, да. Конечно. Сейчас.

— Фух. Ещё раз увижу его лицо и сломаю ему челюсть,— уже дома недовольно проворчал Чимин, опускаясь на диван и поглаживая свой живот.— Эта мразь наорала на меня. Да как он только посмел? Я беременный. Беременный чёрт возьми! Пусть сам попробует носить двойню, я посмотрю на него.
— Тише, сладкий,— поцеловал того в висок Мин.— Просто забудь его, хорошо?
— Ага, забудешь тут...
— Я теперь не буду учиться?— спросил Ёнджун.
— Будешь. Но уже в другой школе,— ответил Юнги.— Я найду хорошую частную школу.
Мальчишка кивнул.
— Ну а пока считай, что у тебя небольшие каникулы,— хмыкнул альфа.
— Ура, я проведу их с папой и дядей Тэ?
— Ну можем отослать тебя в Пусан к дедушке Сехуну.
— Не надо! Мне с папой будет очень хорошо,— Ёнджун обнял омегу, который в его рукам мгновенно оттаял.— Ты был так крут, па. Прямо как настоящий командир роты.
— Да?— усмехнулся Чимин.
— Ты ещё спрашиваешь,— закатил глаза мальчик.
— Вот этого он у тебя понабрался,— хмыкнул Юнги, имея ввиду привычку мужа закатывать глаза.
— А от тебя он понабрался умению качественно подлизываться.
— Ладно, 1:1.
— Хёёён.
— Он нет, сладкий. Уже темнеет. Прошу, скажи, что ты хочешь что-нибудь, что есть у нас в холодильнике,— страдальчески протянул Мин.
— Иди сюда,— рассмеялся омега, подзывая и мужа в объятия.
— А? О. Так просто.
Альфа с радостью обнял своих малышей.
— Наши мальчики хотя кумкват,— прошептал Чим тому на ухо.
— Что? Я даже не знаю, что такое кумкват,— проныл старший.
— Это фрукт, милый. Мы ждём, побыстрее.
— Ёнджун, ты ведь будешь навещать мою могилу, если я брошусь под колёса машины?— спросил Юнги, направляясь в прихожую и натягивая куртку, в которой уже лежит кошелёк для таких случаев.— Чимин, если я действительно умру где-нибудь там, на улице, не говори детям, что я умер пока искал какой-то кам... ким...
— Кумкват, дорогой.
— Вот его блин. Скажи им, что я их любил, но был моряком дальнего плавания и потянул на корабле.
— Иди уже, страдалец,— усмехнулся Чим.— Не надейся, что я перехочу на этот раз. Я хочу его ещё с обеда.
— Вы жестокий, капитан Мин,— обиженно пробурчал альфа, обречённо покидая особняк.
 
Ёнджуна действительно перевели в новую школу. Это был частный лицей для богачей, который хорошо охранялся и имел все удобства. Мальчишку приняли хорошо, и у него даже появился лучший друг тоже альфа его возраста Ким Субин, который оказался младшим братом Хонджуна. Вот то у Минов было удивление, когда за Субином, оставшимся у них в гостях, приехал недавно закончивший "исправление" Ким Хонджун.
Эти двое сорванцов (Ён и Су, как их называл Чимин) изводили бедного дядюшку Кима, как могли. Если раньше у дворецкого была единственная головная боль – болтливый Ёнджун, то когда появился второй такой улыбчивый комок, приходящий каждые выходные, то мужчина чуть ли не выл, когда они втягивали его вместо работы в их игры. Но Сынмин был и не против, правда, как обычно, скрывал всё за серьёзным лицом. Хотя один раз бета всё-таки не выдержал и вместе с мальчишками начал смеяться, обкидывая их снежками.

Время шло, и Чимин увеличивался в габаритах, а когда нужно было выйти на улицу и надеть объёмную куртку, то становился огромным пузатеньким существом, от вида которого пищал Юнги, каждую секунду спрашивая о его самочувствие и желаниях, в надежде сделать тому приятно.
Сам Чимин был ужасно недоволен. Прям очень недоволен своим положением. Его лицо и ноги отекали, а двигаться было так же тяжело, как и когда он только пытался встать на ноги во время восстановления после ожогов.
Омега мог целыми днями ворчать, возмущаясь по поводу своей жизни, он мог звонить Джину и жаловаться, приглашая приехать к ним в Сеул, просто потому, что ему так хотелось.
Сокджин был только рад таким желаниям сына, а на последнем месяце перебрался в особняк Минов до родов, заняв гостевую комнату, в которой они с Намджуном остались при первом приезде к молодым.
 
Ёнджун на каникулах упросил Намджуна приехать за ним и взять Субина на военную базу. Мальчуганы были в восторге.

Спокойная атмосфера в большой и дружной семье длилась до солнечного апрельского дня.
Юнги сидел в кабинете и с серьёзным лицом разбирался с бумагами. Альфа нахмурился, когда за дверьми его кабинета послышались крики и ругань, а потом внутрь влетел максимально потрёпанный Чонгук, который бежал из своего кабинета на другом конце здания.
— Ты чего устроил, дебил?— посмотрел на растрёппаного секретаря где-то позади его брата, который рассыпал все бумаги, видимо когда на него налетел Чон.
— Чувак. Щас не до твоих ворчаний. Нам надо мчать в больницу, иначе Тэхён, звонивший пять минут назад, оторвёт мне жопу,— Гук схватил старшего и поводок к выходу, даже ничего не объясняя.
— Ты свихнулся? Опять бухал вчера и опохмелиться надо? Какая больница?
— Хён, долбаёб блять. Чимин рожает, понимаешь?! Там на нервах все! Папа Джин разнёс всю больницу, пока Чимина не забрали на каталке.
— Ох, Господи,— побледнел Мин.
— Чего Господи? Господь чтоль тебе рожает щас? Ноги в руки и вперёд блять! Тэхён орал что отгрызёт мне хуй, если я не доставлю тебя туда, потому что Чимин сказал, что без тебя рожать не будет.

Альфы мигом достигли нужной больницы, позвонив по пути отцу, который также выехал.
Когда Мин оказался около Джина и Тэхёна, те быстро стянули с ничего не понимающего альфы пиджак и нацепили ему больничный халат и бахилы, заталкивая того в палату, где рыдал Чимин, у которого то и дело сводило тело от схваток.
Осознав наконец, что вообще твориться, Юнги присел около мужа, взяв того за руку и начиная успокаивать.
В предродовой палате пара пробыла 4 часа, после чего омегу увезли в родильную, сообщая Мину, что уже скоро на свет появятся его малыши, и выталкивая того к остальным родственникам.
У кабинета собрались все. Джин, Чонгук, Тэхён, Хосок, Намджун висел на телефоне с мужем и уже стартовал с базы час назад, так что должен был прибыть. К взволнованному Мину подбежал Ёнджун, которого забрал вместе с Субином Хонджун, так же присутствующий в больнице. Альфе позвонил Тэ, сообщая о том, что никто не сможет забрать его племянника из-за вот таких вот обстоятельств, ну а Хонджун понял и доставил мальчуганов сразу после школы в больницу.
Джин сообщил Бэкхёну о состоянии Чима, и тот прямо в трубку проорал Сехуну, что завтра же они должны прибыть в Сеул, и ему насрать на смотр партизанов.
Намджун в итоге успел, размещаясь на скамье ожидания прямо в военной форме.
 
И вот. Спустя полтора часа из родильной вышел бета, снимающий перчатки. Он сообщил о хорошем состоянии омеги и освободил проход для медбратьев, которые в специальных каталках повезли два маленьких свёрточка в палату, куда следом перевезли и Чимина.
Юнги настороженно подошёл к мужу и двум свёрточкам около него с букетом цветов, за которым послали впопыхах Хонджуна.
— Сладкий,— шёпотом произнёс он, боясь разбудить малюток как две капли воды похожих друг на друга, но всё же разных.— Спасибо, Минни,— альфа поцеловал мужа в лоб.
Чимин устало улыбнулся, указывая остальным родственничкам, скопившемся у входа, чтобы те подошли ближе.
Мин взял на руки сначала альфочку с запахом дождя. Тот был полной копией Юнги с пухлыми губками Чимина.
— Он старше на десять минут,— прохрипел Чим.
— Он такой классный,— пропищали Субин и Ёнджун.
Альфочку разместили на руках Джина.
Юнги взял маленького омежку с запахом сирени. Он так же был копией Мина, но стоило только малышу открыть глазки, то сразу было понятно, кто его папа. Глаза омежки были голубо-зелёные, как у Чима, в то время, как у так же проснувшегося альфочки они были карими, как у Юнги.
— Как вы их назвали то? Мне вы постоянно говорили, что это секрет,— надул губы Ён, разглядывая ещё одного братика.
— Это Бомгю,— улыбаясь малышу-омеге, произнёс Юнги.— А у деды Джина Чихо,— намекая на альфочку закончил он.
— Ваа.
— Ну дайте дядьке то,— протянул руки Тэ.
— Чтоб уронил?— нахмурился Мин, отворачивая корпус с ребёнком в руках от омеги.
— Да нет же. Я аккуратен, как никто.
Юн сдался и отдал сына брату мужа, подходя к Чимину и вновь целуя того, благодаря.
— Капитан, так держать,— подмигнул Хонджун, показывая большой палец.— Уён узнает, снова набухается и звонить начнёт, я уверен.
— Твоя задача проследить, чтобы он так не делал,— усмехнулся Чим.
— Так точно, капитан.

Этот день Мины запомнят надолго. С того момента большой особняк, как и положено, наполнился детскими криками и бессонными ночами. Двойняшки в принципе были довольно спокойными, особенно альфочка Чихо, который действительно пошёл весь в отца, такой же ленивый сонный камушек, а вот Бомгю проявлял характер своего папы. Если эту омежку что-то не устраивало, то... Ух, бегите в бункер.
Малыши обожали, когда Ёнджун играл им на гитаре и пел песенки. Подросток отлично справлялся с ролью старшего брата, чему Мины были ужасно благодарны и хоть некоторое время могли поспать. Да, Юнги взял отгул на первое время, потому что понимал, что два ребёнка, это не один, и Чимин сам не справиться особенно в первые самые тяжёлые месяцы.
Благо Тэхён жил неподалёку и Джин приезжал чуть ли не каждую неделю. Хонджун тоже захаживал как-то с Уёном, который всё-таки напился и снова толкал свои эпичные тосты.
Сехун и Бэкхён тоже приезжали по возможности. Эти милые правнуки растопили лёд в сердце генерала О с первого взгляда. И Сехун даже иногда побаивался маленького Бомгю, который вместо смеха на шутки прадеда мог долбануть его маленьким кулачком в глаз или заорать, как сирена, на что альфа произносил лишь: "Боевой омега растёт. Папкина смена на тренировочной базе". Бэкхён тогда толкал его в плечо, прося закрыть свой рот, потому что возмущаться начинал уже Чихо.
Тэхён и Чонгук продолжали спорить и ругаться, но продлилось это не долго. Вскоре, а именно через месяц после родов Чимина, Чоны объявили, что тоже ждут пополнение. На этой ноте их разлады прекратились. Джин пищал от радости дня два. А Юнги сочувствующе хлопал брата по спине.
 
Спустя девять месяцев, когда Тэхён родил маленького альфочку Чонэ, Чонгук также, как и Мин по началу, превратился в уставший булыжник на ножках, который вскакивал на каждый звук. Но он вечерами на коленях благодарил Бога за то, что подарил им с Тэ только одного ребёнка, а то он бы определённо свихнулся. Альфа даже начал больше уважать своего старшего брата, не представляя, как с двойней вообще возможно заснуть хоть на секунду.
 
Однажды, когда Чоны навестили Минов, и омеги остались с детьми в гостиной, а альфы пошли в кабинет Юна "отдохнуть" в компании бутылки вина, Чимин завёл разговор и спросил:
— Плачет по ночам?
— Сильно плачет. Тяжело ему отцовство даётся,— покачал головой Тэ.— Аа, так ты про Чонэ?— заметив замешательство в глазах брата, понял он.— Нет, Чонэ стал просыпаться не так часто.
Омеги после этого ещё долго смеялись над этим случаем, но их улыбка сошла на нет, когда в дом влетели два урагана по имени Ён и Су, которые после игр с дворецким, который что-то делал в саду, были вымазаны в какой-то грязи, как собаки, побывавшие в клумбах.
Чимин потом долго в привычном ему командном тоне, как в старые времена на базе, отчитал тех и заставил отжаться десять раз. Альфам нравилось эта его привычка, ведь они так и грезили армией.