сынок?
– сынок? –
Голос мужчины заставляет вздрогнуть и поднять голову. Юноша тихо усмехается и отступает на шаг.
– нет. Нет. Это безумие. Я ведь умер!–
Союз пытается найти логическое объяснение происходящего. Отступая от отца к стене и ускользая из объятий империи. Всё кажется потдельным и ненастоящим. В голове проносятся последние мгновения и та страшная боль. Нет...он не мог вернутся назад. Не мог. Он не достоин этого. Пару минут назад он получил то, о чем мечтал десятилетиями, но нужно ли это? Нужно ли закончить начатое и вернуть историю в правильное русло.
Вновь из мыслей его выводит отец, но уже не словами, а сильным сжатием кисти сына и притягивая к себе. Недавая отступить.
В пустом коридоре повисла тяжёлая атмосфера, что падала на шею и сжимала, обвалакивая и не давая вздохнуть достаточно воздуха, что бы сказать слово первым. Хотя оба понимают что нужно всё обсудить.
Союз точно не сделает первый шаг, он понимает что нужно, но страх сковывает его движения. Страх быть наказаным и обьвененным. Пойманым с паличным. Ведь...тут врятли получится как в настоящей истории. Или уже не настоящий? Но почему он тогда досихпор помнит всё? Что будет дальше? Он не знает, страх будущего. Вот что сковывает. Он знает...знал будущее, но оно в корне поменялось...тут не кто не обвинит аристократию, желающую получить наилучшую жизнь для себя. Обвенят его и возможно повесят. Если не повесят, то точно посадят. Ведь так поступали со всеми, кто покушался на императоров, но....но он слышит голос.
– Соечка, пошли позавтракаем. Давай?-
Не мысли о том, что пытался сотворить сынок. На голубоглазым лице расплывается теплая улыбка с белыми зубами. Хватка как будто перестала быть настолько твёрдой.
Ри понимает что необходимо разобраться в ситуации и узнать мативы. Нужно найти все способы предотвратить любые попытки сына к революции и самовольности, что переходят установленые границы. Но не сейчас. Кричать или бить сейчас бесполезно. Ребёнок, сколько бы ему небыло в душе, видит в Родители не только защиту, но и хозяина. Который решает, когда и что ты ешь. И если хозяин будет кричать или приносить боль, ребёнок будет боятся и обозлиться. А императору это уж точно сейчас не нужно.
Отец медленно повёл сына в столовую. Его походка и любые движения спокойны. Кажется будто он совсем не думает о том как он сейчас выглядит. Кажется он прост как лист белой бумаги. Но кто знает какие черви в голове у человека.
Сойка же в свою очередь медленно поплелся за папой. Его походка непривычна для жителей и работников замка. Сгорбившийся и грубый. Не чувствуется в нем нечего царственного. Не чего что бы кричало, что ребенок - принц. Он словно кристьянен. Грубые шаги топают по мраморному полу.
Окна пропускают свет через стекло, что освещает лица членов семьи, следящий в столовой. Два старших брата СССР. Молодой юноша, Финляндия. Сложив руки на груди, он смотрит на стену. Кажется в нем всё подщитано до мельчайших деталей. Словно игрушечный солдатик.... оловянный солдатик, что так прекрасно горит в печи. Его взгляд не вмещается с одной точки. Белые волосы, заплетённые в конский хвост, а Белоснежная кожа напоминает потрескавшиеся лёд. Он одет в черную рубашку и брюки. Он рождён не в браке, по этому не имеет права на престол. Именно этим каждый раз его морально убивают. Ведь он принц, без наследства.
Напротив сидит средний брат, Польша (польское царство). Молодой юноша с короткими чёрными, словно смоль, волосами. На нем белая рубашка с пышными рукавами, желет серокоричневого цвета и такие же брюки. Юноша постукивает пальцами по столу и качает из стороны в сторону головой. Чем в глубине души нервирует не только старшего, но и всех окружающих.
Он так же не имеет права на престол. Только в его случае, он вовсе не родня императору. Он приёмный. Его взяли из жалости, Когда всех его сестёр забрали в богатые семьи, а он остался. Он символ добраты и благородности императора.
Двери открывается и с солнечными лучами, в столовую входит император. Он осматривает с ног до головы обоих сыновей. Лёгкий поворот в лево и в верх, лёгкий поворот в право и в верх. После выпрямившись и подняв голову, прошёл в глубь обеденной. Содясь за стол и медленно, прикрыв глаза и вдыхая запах завтрака, здоровается с сыновьями.
– Доброе утро, сыновья мои. Желаю вам удачного и продуктивного дня. Фин, насколько я сегодня помню, у тебя экзамен по конной езде? Ты готов -
Финляндия, сделав глубокий вздох, повернул голову к отцу и кивнул.
– доброе утро, любимый отец, я рад слышать, что вы помните. Да, я готов. –
После чего вновь отвернулся. Повисла холодная тишина и казалось был слышен стук сердца, но это были всего лишь часы.
– А у тебя, поля, сегодня свободный день, насколько я помню. Чем планируешь заняться? –
Паренёк широко улыбаясь, и даже не повернувшись к отцу, ответил звонко.
– Я? Да я собирался навестить своих друзей из лицея. Мы собирались прогуляться по бульвару! –
Столь позитивный тон радует отца, заставляя улыбнуться. А вот Фина нахмуриться. Хоть это практически незаметно, но брови чуть сблизились.
Союз же не переступил порог, смотря на юных братьев. С теми, с кем нет больше....пока нет разнагласий на счёт власти и тереторий. Смотрит и боится. Кажется воспоминания дают о себе воспоминания. Вспоминает как устроил дуэль с братом, что переросла В зимнюю войну. Безсмысленую войну, что разрушила нежные отношения с братом.
Воспоминания как делил, с некогда лучшим другом, а в дальнейшем лучшем врагом Польшу. Вспоминает как вытаскивает его с концлагеря на руках. Ведь у того небыло сил идти самостоятельно, а потом вновь сорры. Зачем только они повзраслели?
К сожалению стоять и любоваться этой идилей, больше не удается. Раздаётся голос польши.
– ссср, ты чего там встал? Спишь на ходу! Иди сюда! У нас сегодня на завтрак твои любимые сдобные булочки с чаем! -
Громкий и шумный. В голову червем заползает червем мысль..... раздражает. Но при этом чувствуется такое родное, что и заставляет сесть на против отца. Беря в руки булочку и вдыхая запах, пахнет булочной с бульвара. Сверху посыпано укропом. Говорить сейчас нечего не хочется, по этому союз откусывает булочку под удивленный взгляд поляка. Обычно они вместе орали ща столом и не допив чай, бежали гулять.
Фин же лишь слегка повернул глазами в сторону брата. Осмотрел его и сделал выводы. После чего вернул глаза в привычную позицию и отпил чай.
Император же переодически проводил взглядом по всем детям. Оценивая обстановку среди детей и в общем семьи. Сейчас нужно подумать над тем, какие вопросы задать соечке и в какой обстановке.
– мальчики, так как завтра я беру трёх дневный выходной, я хотел бы провести время всей семьёй. Слушаю ваши предложения на один из дней. Фин? –
Мужчина повернул голову в сторону хвостатого и посморел на то что сын повернул к нему голову.
– мы можем сходить на га конную прогулку по вашим любимым садам, а закончить всё это просмотром вашей любимой пьесы. –
Голос пронизан ... Спокойствием? Или что это? Он не громыхает как гроза, но и не нежен как игра ра флейте. Но при этом он не нечего не вырожает. В этом что-то есть, и лишь одному Финляндии известно что именно.
– Хорошо, я прикажу подготовить лошадей и аренду места. Поль, твои предложения? –
Вот тут раздаётся громкий крик поляка. Он чуть ли не подскачил от радости. Он давно имел несколько идей, но всё время всем некогда.
– мы можем пойти в оранжерею.,..нет, лучше пойдём смотреть на певчьих птиц! Хотя лучше на охоту! Или устроим "живую картину"! Хотя.... лучше давайте пойдем по покровке и до блашиного рынка! –
Не сбавлял голоса юноша. Оглушая всех присутствующих. Ри же спокойно выслушал и кивнул.
– дорогой мой сын, я постараюсь найти способ организовать часть твоих задумок. А теперь, ты, союз. Какие предложения? –
Мужчина, в теле юноша вздрогнул и поднял взгляд. От некогда гнедушей отмасферы не осталось нечего. В душе было необъяснимое спокойствие. Оно поглощало всё тело. Заставляя улыбаться. Из головы вылетали все плохие воспоминания. Все ждали ответа.
– я бы предпочел спокойный отдых. Возможно прогулку по саду или чьтение книги. Но если нужно всем вместе...то, фин. Может у тебя есть какие нибудь идеи?-
На нечего не вырожающем лице фина, вздрогнули глаза, а за ними плечи. Брат уступал день? Младший давал выбор? Наследник спрашивает его мнение? Это поразило Финляндию до глубины души. Но почему именно его спрашивает СССР?
Ответ прост. Союз давно вырос и перерос все эти активные ребячества. Ему не интересно ходить на балы или охоту. Он предпочтет что-то спокойное, но это не единственная причина. Хочется сблизится с Фином и узнать его как брата и человека. Ведь с польшей он носился все детство, а старшего боялся и в какой то степени ненавидел. Хотя при случае они могли даже поговорить.
– Союз, мы можем пойти в библиотеку и взять все одну и туже книгу, прочитать и устроить литературный вечер –
Голос был безпреклонным и обычным, но вот глаза. Две ледышки дали течь. В них расплывалось чувства любви и радости. Но не надолго. Всё испортил поляк.
– ну нет, это скучно. Сойка, ты заболел? Что с тобой? Лучше бы пошли бы на бал как всегда! Я специально не предлагал в свой день, надеясь на тебя! –
Поляк обиженно отвернулся и поднял голову, сложив руки на груди. Оставляя пустую тарелку. Его задело поведение наследника.
Финские глаза вновь приобрели приобычные чувства. Точнее их отсутствие.
Ри к счастью усмехнулся всей этой картине. Он конечно искренне удивлен проведению сына...всех сыновей, но кивнул и похлопал в ладоши, привлекая внимания детей. Заставляя повернутся к себе.
– раз решили всё, то я составлю план на выходные вечером. А вас прошу закрыть все долги по учебе и делам. Можете идти –
Стоило последним словам прозвучать в слух, польша скрипя ботинками, выбежал с кухни в свои покои. Сам ри медленно встал и так же стал удалятся. Надо закончить со своими делами и подумать об утренем инцеденте.
Остались лишь наследник и Финляндия. Вновь воцарилась тишина. Они оба доели завтрак и допили чай. Служанка молча собрала тарелки и чашки, унося куда-то на кухню. Братья смотрели друг на друга. Пока старший не спросил.
– Союз, чего ты хочешь?