Часть 21
В кафетерии было невероятно тихо, и единственное, что я могла слышать, был стук часов, висящих у меня над головой. Он словно напоминал о том, что моей спокойной жизни в школе пришел конец. Я воспользовалась возможностью осмотреть людей, сидящих в помещении, отчего неприятное чувство сотрясло мое тело, как только в крови исчез адреналин, и я поняла, что я только что натворила. Тихий голосок в моей голове начал вопить, когда мой взгляд остановился на кучке учеников, глядящих в мою сторону с недобрыми выражениями лиц.
Глупая, глупая, глупая! Я, и правда, стою на столе, напротив всех учеников моей школы, будучи готовой поделиться с ними своими секретами и проступками? Я была готова объявить им, что все это время я врала? Святое дерьмецо, уж точно нет, и мне еще никогда не было так страшно в своей жизни. Опять я сделала что-то, не подумав, и теперь снова жалею. Я что, никогда не начну учиться на собственных ошибках? Наверное, нет. Я заставила свой мозг заработать и быстро найти путь к отступлению, но в голове гудела лишь одна мысль - забыть о миссии и сваливать отсюда к чертовой матери.
Это звучало правильно.
Громко сглатывая, я сделала один маленький шажочек назад и оглянулась, дабы убедиться, что я не свалюсь со стола. Мне было слишком тяжело чувствовать на себе столько взглядов разом, и мне нужно бежать отсюда. Мне нужно исчезнуть. Я растерянно огляделась в поисках ближайшего выхода, и тогда я увидела его, прислонившегося к дверной раме, сложившего руки на груди, и этот его удивленный взгляд. Он пару раз моргнул, когда наши глаза встретились, и выпрямил спину, ожидая от меня объяснений. Я прикусила нижнюю губу, прося у него помощи и пытаясь успокоить свое собственное заведенное сердце, и тогда, на удивление, его выражение лица смягчилось. Кай склонил голову в сторону, указывая мне спрыгнуть со стола. Он, наконец, понял, что я собиралась сделать, и он знал, что это слишком сложно для меня.
Мне должно было стать легче из-за того, что Кай все понял и не станет обвинять меня в том, что я трусиха. Мне должно быть легче, потому что, несмотря ни на что, он будет поддерживать меня до конца. Но секундного разочарования на его лице было достаточно для меня, чтобы стало стыдно. Кай верил мне, он всегда старался помочь мне, а я просто облажалась. Опять. Похоже, что единственное, что мне удается, - это рушить и усложнять все для себя и моих близких. Но я не хочу оставаться такой, достаточно; только не тогда, когда Кай рассчитывает на меня.
Я обернулась назад, когда услышала чей-то комментарий по поводу того, что я просто трачу их время, так что мне пришлось опустить глаза вниз, дабы не натыкаться на злые и любопытные взгляды учеников. Другие люди последовали за тем инкогнито, и вскоре столовую наполнили громкие обвинения и оскорбления в мою сторону. Я знала, чего они хотят - большой сенсации, чего-то, о чем можно посплетничать. Закрывая глаза в очередной раз, я попыталась воспроизвести прошедшие несколько дней и найти лучшее решение, если оно вообще было, потому что каждый вариант казался мне ошибочным. Я могу прожить жизнь счастливо и без Бэкхёна, не раскрывая правды. Я также могу разъяснить всю ситуацию между мной, им и Каем, что, возможно, сохранит их дружбу и разрушит мою жизнь. Второй вариант казался правильным, но хватит ли мне смелости?
Я подняла глаза, чтобы посмотреть на Кая в последний раз в поисках ответа на немой вопрос. Он не отводил взгляда ни на секунду, все еще смотрел на меня с волнением, и когда уголки его губ лениво приподнялись, как бы говоря, что неважно, что я выберу, все будет в порядке, я, наконец, приняла решение. Я сделала глубокий вдох и повернулась лицом к толпе, будучи готовой дать им то, чего они хотят; будучи готовой соврать последний раз в своей жизни. Не ради себя, но ради Кая и Бэкхёна. Ради их дружбы.
- Ты вообще собираешься что-то говорить? Или так и будешь стоять там, как идиотка?
Я повернула голову влево и увидела девушку, сидящую со сложенными на груди руками и хмурым выражением лица. Я узнала ее практически сразу - та же самая девушка, в которую я врезалась пару недель назад и испортила ее юбку своим кофе. В тот день Бэкхён объявил, что я его девушка, на глазах у всех, из-за чего вся школа встала на уши. Теперь моя очередь устроить небольшое представление для них.
- Я начну говорить, если вы, наконец, дадите мне сказать, вместо того чтобы орать на меня, - бросила я в ответ, удивившись своей внезапной атаки больше, чем тому, что мой голос больше не дрожит. Или, может быть, он дрожит, просто я не заметила, потому что была занята тем, что нужно сказать, а не тем, как я звучу. Некоторые люди удивленно переглянулись, но все молчали, позволяя мне высказаться. Я схватилась за края своей рубашки и пальцами сильнее сжала ткань, надеясь, что это поможет мне пережить это как можно скорее и не упасть в обморок. Последнее, что мне хотелось, - это упасть лицом вниз со стола на глазах у всех.
- Что ж... - начала я неуверенно, нервно моргая, когда перед глазами все поплыло из-за излишка эмоций. Мое сердце билось так, будто я только что отжалась пятьсот раз, так что мне пришлось сделать пару вздохов, чтобы успокоить натянутые, как струна, нервы. Я выпрямилась, чтобы казаться более смелой, и решила продолжить. - Наверное, все вы слышали, что мы с Бэкхёном встречаемся. Ну, истина в том, что это не так. Мы вообще никогда не были вместе. - И, наверное, никогда не будем, но этот факт я оставлю при себе. Я воспользовалась возможностью осмотреть лица людей, дабы понять, насколько они удивлены. Некоторые из них глядели на меня с раскрытым ртом, некоторые перешептывались и тыкали в мою сторону пальцем от восторга. Я уж точно та еще сенсация, теперь я та, кем они будут развлекать себя во время скучных учебных дней. Похоже, что я дала им то, что они хотели, верно?
- Я так и знала! - почти закричала девушка, сидящая где-то позади, и встала со своего места с гордой улыбкой на лице. - Невозможно, чтобы Бэкхён вообще встречался с кем-то, вроде тебя. Что ты сделала ему? Угрожала?
Вроде меня, хах? Я приложила огромные усилия, чтобы проигнорировать ее комментарий в мой адрес. И снова кто-то говорит, что я недостаточно хороша для Бэкхёна, что я просто не заслуживаю его внимания. Даже если это не заслуживает того, чтобы на этом заостряли внимание, мне было больно слышать это снова и снова. Кто эти люди вообще такие, чтобы знать, подхожу ли я ему? И что вообще они имеют в виду? Мой нос слишком большой для него? У меня слишком короткие ноги, так что я не смогу поспевать за ним в парке? А, может, просто то, что я слишком уродлива?
Разве не он сам должен выбирать, кто ему подходит? С меня хватит критики чужих людей.
- Да, ты права, кто бы стал встречаться с кем-то, вроде меня? - Я заскрипела зубами и сильнее сжала пальцами ткань рубашки, едва не порвав ее. Я уже все решила. Настало время соврать снова - в последний раз. Бэкхёна ведь волнует его репутация, верно? Мне просто нужно сделать так, чтобы он выглядел хорошим и образованным учеником, каким его и знали все. Я сделала глубокий вдох, прежде чем снова заговорить. - Я просто хотела стать популярной, чтобы все восхищались мной, как им. Правда в том, что я использовала его, чтобы привлечь к себе внимание, а Бэкхён просто оказал мне услугу.
Сначала в кафетерии повисла мертвяцкая тишина, и у них заняло чуть больше одной минуты, чтобы понять то, что я только что сказала. Следующее, что я услышала, - это кучка бранных слов, которые я даже не хочу повторять. Удивительно, как много оскорбительных слов я не знала ранее. Зато теперь я действительно научилась чему-то в этой школе.
Стараясь игнорировать небольшой гул в кафетерии, я посмотрела вперед, пытаясь отыскать Гаын в толпе, но ее не было. Я обернулась, чтобы посмотреть на аварийный выход, и в этот момент чувство страха сотрясло мое тело, а в животе потянуло так сильно, что меня едва не стошнило.
Гаын ушла. Кай ушел.
В помещении, полном людей, я была одна.
***
Все в порядке.
Я изо всех сил старалась верить в эти три слова, пусть они и звучали крайне абсурдно в ситуации, в которой я находилась. С того момента, когда я решила поделиться своими переживаниями со всеми пару дней назад, моя жизнь изменилась в то, что люди называют "ад наяву". Постоянные толкания во время баскетбола на физкультуре; мерзкие слова о том, что мне следует умереть или исчезнуть, или когда в меня кидают бумажками или виноградом в кафетерии - не то, к чему я привыкла. Эта ситуация выходит из-под контроля, но все нормально. Все должно быть нормально.
Но спустя три дня, не важно, как бы я не пыталась убедить себя, я, наконец, признала, что все не в порядке. Я снова облажалась. Срыв произошел вчера, когда я разрыдалась на руках у мамы, после того как она спросила у меня с заботливым выражением лица, все ли в порядке. Конечно, ей было нетрудно заметить, что у меня не просто плохой день, пусть я и не рассказывала ей ничего о ситуации в школе. У родителей есть это шестое чувство, когда они понимают, что мир их детей разваливается. Мой уже разрушен, и ей, наверное, было больно видеть это. Я была удивлена, как мне было тяжело сидеть одной на уроках и в кафетерии, и как я скучала по небольшим разговорам с Гаын, которая теперь тоже ненавидела меня. Как сильно мне была нужна поддержка Кая, после того как он решил исчезнуть.
Как сильно я скучала по Бэкхёну.
Может быть, поэтому сообщение от мамы этим утром не напугало меня, хотя обычно было наоборот. Вообще-то, мне стало гораздо легче и радостней.
Оттолкнув от себя учебник по математике, я размяла затекшие руки, оглядываясь вокруг и понимая, что я одна сижу в библиотеке. Ну, почти одна, потому что та парочка, которая целовалась позади книжной полки, которую трясло так, будто там происходит Вторая мировая война, не считалась. Я опустила глаза на последнюю страницу, пытаясь избавиться от не очень приятного вида, и тогда я поняла, что я совсем ничего не запомнила, пусть и читала больше получаса. Черт возьми, за последние несколько дней моя концентрация стала хуже, чем у золотой рыбки.
Тяжело вздыхая, я собрала свои вещи, сунула их в сумку и решила провести остаток перемены на заднем дворике. Все равно учиться бессмысленно, так что я смогу хотя бы подышать свежим воздухом, вместо того чтобы сидеть в этой душной библиотеке. Я пошла в сторону главного выхода, проходя мимо секции истории и двух подростков, которые были слишком заняты обменом слюны, а когда я положила руку на дверную ручку, кто-то толкнул дверь раньше меня. Я сделала один шаг назад, дабы меня не ударили дверью по лицу. Парень, который появился напротив меня, бросил на меня недоброжелательный взгляд и посмотрел на парочку позади.
- Оставьте это на потом! - крикнул он, несмотря на то, что мы были в библиотеке, и что на стене висел большой постер, на котором огромными буквами было написано одно единственное слово "тишина!". Когда девушке удалось оторваться от своего парня и посмотреть на нарушителя со злобно нахмуренными бровями, тот широко улыбнулся, прежде чем снова заговорить: - Кай и Бэкхён дерутся в спортзале, вы точно не захотите пропустить это.
Дерьмо!
По телу пробежали мурашки. Я правильно его расслышала? Он говорит правду? Не знаю, удивлена ли я больше тому факту, что они в школе, или тому, что они дерутся. Но абсурдно вообще говорить, что Кай решил почесать свои кулаки о Бэкхёна. Они ведь друзья, верно? Нет причин, чтобы эти двое просто так делали друг другу больно. Это... снова моя вина? Ни о чем не думая, я выбежала в коридор и побежала на второй этаж, где и был спортзал. Я должна узнать, что происходит, и остановить их, пока они не натворили что-то плохое и то, о чем они позже пожалеют.
Тяжело дыша, я забежала в просторное помещение справа - в спортзал, который уже был заполнен любопытной молодежью. В самом центре я нашла их двоих. Вокруг них, на расстоянии двух метров стояло около десяти парней из класса Бэкхёна, они, на всякий случай, следили за ними. Пробивая себе путь на передние ряды, мне еле удалось разглядеть их лица в поиске возможных ран, а еще, чтобы понять, о чем они говорят. Первое, что я услышала, было: "ты полный придурок" и "очнись уже, идиот", но так как Кай и Бэкхён все еще стояли слишком далеко, я не была уверена, расслышала ли я их правильно. Они не дрались, но в воздухе все равно висела напряженная атмосфера. Нехорошо.
Спустя некоторое время, я, наконец, смогла выбраться вперед, чтобы разглядеть все получше. Кай и Бэкхён были одеты в баскетбольную форму, они, наверное, поссорились немного во время игры. Я не смогла сдержаться и посмотрела на Бэкхёна, почему-то я снова была рада видеть его. У него выступил пот, а рубашка, в которую он был одет, демонстрировала его руки и немного ребра, каждый раз, когда он яростно жестикулировал. В правой руке он держал мяч. Он выглядел потрясающе, как и всегда, но сейчас не самое лучшее время наслаждаться его красотой.
- Оставь прошлое в прошлом, Бэкхён.
Это был Кай и звучал он отнюдь не спокойно и радостно. Я повернула голову в его сторону и тут же вздохнула. Я никогда не видела его таким злым. Он тяжело дышал, некрасиво нахмурив свое прекрасное лицо, а его глаза были прищурены от злости.
- Лучше сделай выводы и перестань строить из себя мученика, потому что ты не один такой, - продолжил Кай резким и недружелюбным тоном, подходя к Бэкхёну на пару шагов ближе. - Ты рассказал мне о том, как она боится оставаться одна, помнишь? А теперь ты сам прогоняешь ее. Теперь она страдает одна, и все из-за тебя, потому что она хотела помочь тебе, а тебе просто насрать!
Бэкхён передал ему мяч с такой силой, что Каю пришлось сделать шаг назад, чтобы устоять на ногах.
- Если ты так сильно переживаешь за нее, можешь забирать. Вот, чего ты хочешь, верно? - прорычал он сквозь сжатые зубы. - Ты знаешь, что я игрался с ней с самого начала, так что перестань, я не испытываю никакой жалости.
- Как ты смеешь-
- Заткнись, Кай, прежде чем я потеряю терпение. Разговор окончен, и тебе лучше больше никогда не упоминать о ней.
После этих слов Бэкхён развернулся, встретившись со мной лицом к лицу. Он тут же остановился, словно ожидал увидеть меня здесь меньше, чем кучку голодных динозавров. Он пару раз моргнул, пытаясь убедиться, что его глаза не обманывают.
Я посмотрела ему за спину, на Кая. Он чувствовал себя ужасно, я легко могла понять, что сожаление съедает его изнутри. Я сразу поняла, что они говорили обо мне. Теперь я хотя бы знаю правду. Наверное, это самый ужасный способ узнать, что Бэкхён думает обо мне, на самом деле, но, эй, разве не я та самая девчонка, которая "всегда приходит вовремя"?
Бэкхён, наконец, выдохнул, потрепав рукой свои волосы.
- Что ты здесь делаешь?
Не очень вежливо. Я нашла его вопрос глупым и поэтому громко фыркнула, отворачивая голову, когда в уголках глаз начали собираться слезы. Я должна пережить это, несмотря ни на что. Просто оставайся сильной, Ын Джин. Оставайся сильной.
- Учусь? - бросила я, все еще не отрывая глаз от пола.
- Ын Джин, это не то, о чем ты подумала, - услышала я голос Кая. Он подходил ближе, пытаясь все уладить.
Бэкхён иронично засмеялся, сложив руки на груди.
- Да ладно, Кай. Это именно то, о чем она подумала.
Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться, когда внутри я начала закипать. Как кто-то может быть таким бессердечным? Как возможно, что я влюбилась в такого человека? У всех есть свои пределы, и я не собираюсь просто стоять и снова выслушивать все оскорбления. Моему терпению официально пришел конец.
- Я просто-напросто трачу свое время на тебя. Ты не заслуживаешь и секунды. - Я подняла глаза, чтобы посмотреть на него со всей злобой, скопившейся во мне. Я зла на него за то, что он относится ко мне как к какому-то мусору, у которого нет чувств. Я была зла на себя за то, что я так привязалась к нему. Как я могла быть такой глупой, думая, что мы сможем стать друзьями?
Он бросил на меня предупредительный взгляд, но мне было все равно. Спустя секунду я уже неслась в сторону выхода, словно ничего не было. Смешно, как все люди в спортзале расступались в стороны, дабы освободить мне путь. Когда я снова оказалась в коридоре, кто-то схватил меня за запястье, из-за чего я резко остановилась. Я обернулась назад и увидела Кая, который все еще был немного вспотевшим из-за игры. Он сдул прядь волос со лба и заботливо на меня посмотрел.
Ненавижу, когда он волнуется. Я ненавижу смотреть, как он страдает из-за моей тупости и неприспособленности Бэкхёна к общению.
- Прошу, прости его, - быстро сказал он, и мне стало очень больно, потому что он последний человек, который должен извиняться в данной ситуации. - Это все моя вина, он не знает, что прои-
- Все нормально, - прервала я его и тепло улыбнулась. - Еще одна неделя, и больше ничто не будет важно.
Кай отпустил мою руку и выпрямил спину, внимательно нахмурив брови. Повисла долгая пауза, прежде чем он снова решил заговорить.
- Что ты имеешь в виду?
Перед глазами встали картинки прошедших дней, из-за чего у меня появилось чувство, что я смотрю фильм. Я прокрутила в голове сообщение, которое получила этим утром от мамы, и посмотрела на Кая. Внезапно, мне стало страшно и стыдно говорить с ним. Как он отреагирует? Он подумает, что я снова сбегаю? Он начнет ненавидеть меня за то, что я оставила его разгребать весь этот мусор?
Я выдохнула со свистом, массажируя свои виски и закрывая глаза на секунду. Если я и расскажу кому-то, то только Каю.
- Я уезжаю на следующей неделе, Кай. Снова переезжаю.