Неправильная любовь [закончен]

- Грустно. Как грустно...

Германия смотрел в окно, а на лице его играли тени капель от дождя. Одна за другой. Одна за другой они падали на стекло и опускались, играя в гонки. Такие маленькие, ничего не значащие, никчёмные. Но почему-то никакой обиды у Германа это не вызывало. Деревья приятно играли на слух немца своими листьями, создавая из каждого стука мелодию сердца. Берлин - город дождей. Для Германии он всегда был солнечным местом. Эти чудесные улочки, те самые старые дома, в одном из которых раньше жил Герман, тот самый стиль немецких архитекторов... Но не сегодня. Германия поставил чашку с горячим чаем на стол.

- Будь осторожен.

Германия вцепился в форму Рейха и обидчиво посмотрел в пол. Рейх погладил его по спине.

- Обязательно.

Он немного отстранился, чтобы дать отцу свободы. Кроме того, чтобы пожелать ему удачи, он не может ничего сделать. Когда ещё он его увидит - неизвестно. Но приходится его отпускать, каждый раз понимая, что в этот раз он может не вернуться. Терпеть Германия один в комнате. Один, наедине с одиночеством и в обнимку с грустью и чувством вины. Ведь отец сейчас воюет именно из-за того, что скоро Германия станет совсем взрослым и к тому же единственным претендентом на место рейхсфюрера.
Германия не спал трое суток. Он почти ничего не ел, отказывался учиться. Его ноги подкашиваясь, странной походкой ковыляя до аптеки за витаминами. Через месяц Германия вовсе начал впадать в обмороки. Причем они были настолько серьёзными, что порой Италии приходилось вызывать врача. Врачом был Япония - сын ЯИ. Он долгое время не мог понять, что с Германией. Он никому не отвечал, ни с кем не разговаривал. Просто лежал в постели и медленно убивал себя.
Он разговаривал только тогда, когда все уходили.

- Тяжело же нам с тобой придётся, приятель.

Паучок в углу тёмной комнаты пошатнулся из стороны в сторону и замер. Достаточно сказать то, что Германия больше не ждал ничего сейчас. Но... Тут в окне показалась знакомая перчатка - это почтальон.

Германия получил письмо о том, что отец возвращается с фронта. Шансы на жизнь повысились мгновенно. Тем же вечером тишина в доме Германии скрасилась прекрасными звуками рояля, которые даже при выступлениях не играли такими красками. В них был чистый, добрый и немного незнающий звук. Когда Германия проходил в Рейхстаг, его уже ни о чём не спрашивали, хотя может и спрашивали, но он этого не заметил. Его сердце билось своими слабыми ударами, но так учащённо... Герман ещё никогда не испытывал подобные ощущения. Его тело буд-то бы приобрело ту силу, с которой он приходил к нему в первый раз. Германия любил. Любил и чувствовал это всем своим телом. Сердцем, которое билось без устали, разгоняя счастье до конечностей, при виде источника всего этого. Кончиками пальцев, которые каждый раз вздрагивали, касаясь волос, неосторожно разбросанных в сторону. Глазами, которые видели всё это.

- Германия, ты влюбился?

Спросил Япония, боковым зрением разглядывая состояние его тела. Он постоянно записывал его ответы на вопросы, которые ему выдавала карта. Он часто заглядывал к нему в гости. К Германии, который ни с кем не хотел делиться личными чувствами. Часто поправляя халат и неспокойно сидя на стуле, записывал каждое слово, которое он говорит во сне. В основном это были "отец", "Рейх", "папа". Но самое главное, он постоянно твердил "Я люблю тебя", что Японии пришлось завести отдельный лист, считая, сколько раз он говорит эту фразу. Кто же был тот счастливчик, которому удалось так впечатлить Германию и даже заставить эту ходячую депрессию влюбиться в него, Япония так и не понял.
- А пора бы уже... - размышлял Япония.

- Влюбился?

Германия немного потерялся в смысле этого вопроса.

- Я то да, у меня есть девушка и я собираюсь делать ей предложение. А вот ты...

Не успев договорить, Японию перебил Германия.

- Настолько заметно?

- Как же...

- Я... Я не знаю, что со мной. Я заикаюсь, когда разговариваю с ним. Я так трясусь, когда хочу его о чём-то спросить... Я так счастлив слышать каждое его слово. Его голос, о, как он прекрасен...

- Так это не она. Всё с тобой понятно...

- Не записывай.

- Хорошо.
_____________________________
Флэшбек

- Пап...

- Мм..

Рейх в кровати, с заспанными глазами молча смотрит на Германа, который стоит перед ним с игрушкой в руках.

- Мне это... страшно спать одному. Можно к тебе?

- Конечно, у меня кровать большая... Иди сюда, милый.

Schlaf' ein, schlaf' ein, schlaf' ein,
Du gähnst schon, komm' kuschel' dich ein.
Ich sing' dir noch ein Lied,

Ich freu' mich so, dass es dich gibt.

Ich wünsch' dir eine gute Nacht
Wir seh'n uns wenn wieder die Sonne lacht.
Schlaf' ein, schlaf' ein, schlaf' ein,
Wir lieben dich schlaf jetzt ein.
Wir lieben dich schlaf jetzt ein. Ich wünsch' dir eine gute Nacht
Wir seh'n uns wenn wieder die Sonne lacht.
Schlaf' ein, schlaf' ein, schlaf' ein,
Wir lieben dich schlaf jetzt ein.
Wir lieben dich schlaf jetzt ein....
_____________________________

- Пап...

Рейх немного вздрогнул в полусне.

- Германия? Что случилось?

- Можно с тобой... Ну...

- Садись.

- Спасибо.

Он сел рядом, а потом молча прижался к отцу.

- Да что с тобой, Германия?

- Я просто люблю тебя.

- Я тоже тебя люблю, но что случилось? Ты снова боишься остаться один?

- Нет, папа, ты не понимаешь. Я люблю тебя. Очень трудно люблю.

- Ты о чём это?

Германия молча поцеловал Рейха в губы и ещё сильнее прижался к нему. Рейх уже не мог сказать ни слова. Германия крепко держал его в своих объятиях. Он опустил руки на его спину, что Рейх не мог даже сопротивляться, Германия был слишком силён. Он толкнул его назад и Рейх мягко приземлился на подушку. Германия повис над ним.

- И что дальше? Ты убить меня хочешь?

Рейх уже не понимал, о чём думать, но улыбался Герману. Тот тяжело дышал и прикусывал губы.

- Нет.
- Тогда может слезешь с меня?

Рейх ещё ни разу не подал виду, что злится. Хотя внутри у него невыносимо кипело.

- Пап...

- Да что с тобой?

- Я... Я не понимаю. Моё сердце так колотится.... Но только когда я вижу тебя...

Рейх удивился.

- Боже, Германия... Ты что же... Влюбился в меня?

- Наверное, это так...

Рейх обнял его и не отпускал.

- Бедный, бедный Германия... И ты не знал что делать? Почему ты сразу не сказал?

- Я ещё не понимал этого.

- Ничего. Давай-ка ляжем спать. Тебе нужно отдохнуть.

- Хорошо.

Герман лёг рядом с отцом и обнял. Рейх немного подумав, что делать, тоже обнял его. Он наверняка расстроится, если не ответить ему взаимностью. И в конце концов как объяснить, что ему нельзя любить его?

1050