Глава 4
-Бакуго, нет! З-зачем? Я не готов! - повторял юный Мидория, раз за разом пытаясь высвободиться из хватки подрывника - но все было четно, слишком силен был его одноклассник.
-За надом, Дэку. Не беси, понял? - рыкнул на него блондин и продолжил тащить парня в сторону дома.
"Наконец-то, наконец он станет моим весь и полностью. Этот глупый двумордый... Он и пальцем его не тронет."-думал Бомба и на его лице красовалась дерзкая ухмылка. Давно парень так удволетворенно не улыбался. Ему было хорошо лишь от одной мысли что Мидория ляжет под него. Мда, давно он об этом мечтал. Пошлые сны, воображения с участием зеленоволосого - давно засели в голове школьника и никак не хотят выходить. Было много хороших попыток хотя бы поцеловать веснушчетого, но рядом всегда был Шото.
"Ха, вот же дурень. Думал, что я так просто его отдам? Ха, не дождешься, сволочь. Мне то ли не знать как ты его хочешь, ведь я сам его хочу и побольше твоего."-продолжил размышлять Кацуки. На его огромное удивление, Изуку больше не брыкался, а продолжил спокойно идти рядом, иногда посматривая на обладателя взрывной причуды, густо краснея. Когда же, Кач-чан все-таки оборачивался, Мидория заливался краской и отводил взгляд, лишь бы не встретить, не поймать взгляд любимого человека.
"Неужели, тогда, в кладовке, он не наврал... Странно, почти всю жизнь он насмехался на до мной, а сейчас, вдруг, так подобрел. Если, он мне соврет... Нет, не хочу думать об этом. Пофиг, на все пофиг, сейчас важен только он и ничего больше. Господи, Изуку, что ты несешь? Боже мой, как страшно... Это больно? А если да? Что скажет мама? Друзья?"-из мыслей его вывел громкий рык и слова после:
-Мы пришли.-прорычал Кацуки и чуть-ли не запихнул беднягу напорог дома, попутно закрывая дверь как можно быстрее. Блондин уже было хотел поцеловать Дэку, его Дэку, но его остановили руки.
-Б-бакуго... Это больно?-прошептал Изу и опустил голову немного сжавшись. Парень очень боялся мнения других, почти всего окружения. Можно было предположить, что он боялся всего, хотя, так и было. Единственной поддержкой был Кацуки. Да, он его обижал, унижал, бил - но это ничуть не отдаляло, а наоборот даже притягивало ломателя рук. Может, иногда это и задевало, но это лишь ненадолго, так, небольшой осадок. Ведь, после того как тебя унизили, всем обидно по началу?
-Скажу сразу: да, это больно. Все-таки, первый раз. Но потом, обещаю, тебе будет хорошо.-красноглазый не врал. Да и зачем ему врать человеку которого он любит? Вообще, он ненавидит врать, считая, что это самое ужасное что делает человечество. Война и вранье - самое больное, бесящее Бакуго не на шутку. Парень выглядел серьезно, ни один его мускул не дрогнул.
-Х-хорошо...-Изу не успел сказать дальше, Кацуки хватило и этого. Услышав слова одобрения, он быстро поднял парня и глубоко, страстно поцеловал, ожидая ответа со стороны партнера. Губы Бакуго немного сухие и до чертиков горячие, сплетаются с губами Мидории - пухлыми и мягкими. Когда же зеленоглазый начал отвечать, Кацуки сплел их языки, продолжая углублять поцелуй. Парень давно уже был возбужден, но он не хотел спешить - в таких делах не спешат, ибо не куда и не за чем, лучше растянуть время и получить удовольствие. Нахлынувшие на Бомбу чувства заставили подхватить Мидорию за бедра и сжать их, одновременно кусая и оттягивая на минуту губу. Затем, он снова проникал в рот и проходился по ровному ряду зубов, по гладкому нёбу, снова сплетая языки. Поцелуй был мокрый, с легким чавкающим звуком. После такого напора, Мидория застонал прямо в губы блондину. Ему это явно понравилось. Отстранившись друг от друга и растянув мокрую дорожку слюны, оба посмотрели в глаза друг другу.
-Я хочу тебя...-прошептал Кацуки на ушко Изу, просунув язык и облизав его, останавливаясь на мочке. Его он легонько прикусил и потянулся к шее.
-Кач-чан, но... Нам же нельзя... Мы...-еле говорил броколли, краснея от смущения. На него тоже нахлынуло возбуждение, этого не скрыть, особенно от красноглазого.
-Твое тело говорит обратное, Дэку. Просто, отдайся инстинктам.-гортанно говорил парень и продолжил ласкать хрупкое тело. Шея Изу была мягкая, как и, в принципе, все остальное. Сильными руками Баку продолжил держать бедра, а губы, язык, блуждали по шее, оставляя засосы, по ключицам и плечам оставляя кровоточащие укусы, которые быстро зализывались.