Хватит нервничать, шериф...
Из дома Рычковых Владимир Мезенцев поехал в полицейский участок. Служителям закона пришлось разделиться. Виктор и Борис Макарский еще работали на месте преступления, а шериф с другой бригадой решил более тщательно осмотреть лесную поляну, где этой ночью зверь напал на парочку из Санкт-Эринбурга.
Неподалеку от участка шериф заметил Германа Подольского. Юный журналист сидел на лавочке у сквера и болтал с двумя незнакомыми парнями лет двадцати пяти.
Мезенцев громко чертыхнулся. Раз Герман здесь, значит, и Пивоваров где-то поблизости. И он не ошибся. Влад ждал его в участке с крайне недовольным видом.
– Что же ты, шериф? – возмущенно буркнул он, увидев Мезенцева. – Я думал, мы с тобой теперь заодно и будем действовать сообща, но ты не слишком торопишься посвящать меня в ход своих расследований!
– Убийство Рычковых не имеет никакого отношения к тому, о чем мы с тобой говорили, – устало заметил Мезенцев.
– Откуда такая уверенность? В Клыково снова стряслось нечто жуткое, а ты мне даже ничего не сказал! Приходится все узнавать у других людей!
– Не нужно повышать голос.
– Да мне плевать! Пусть хоть все услышат. Мне, в отличие от тебя, скрывать нечего! – воскликнул Пивоваров.
– В мой кабинет, живо! – жестко приказал Мезенцев.
Влад счел за лучшее умолкнуть и быстро последовал за ним. Мезенцев бросил сумку с документами на диван и включил ноутбук, стоящий на письменном столе.
– Я согласился помогать тебе, но не в открытую! – гневно заявил шериф. – И не думай, что теперь тебе дозволено совать нос в ход полицейского расследования! Есть вещи, которые журналистам вроде тебя лучше не знать!
– Но я думал...
– Меня не интересует, что ты там думал! Хочешь помочь – помогай! Но если будешь путаться под ногами...
– Хватит нервничать, шериф, – произнес Пивоваров снисходительным тоном. – Мы оба погорячились, и будет! Прости, если я сделал что-то не то, но я просто не знал, как реагировать на твое пренебрежение. Особенно после того, как я спас тебе жизнь.
Мезенцев глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться.
Этот репортер бесил его все больше. Но показывать ему свой гнев не стоило. Пивоваров еще мог принести пользу, а это перевешивало все, даже его мерзкий характер.
Владимир молча развернул ноутбук так, чтобы журналист его тоже видел.
– Тебе удалось что-то найти? – заинтересованно спросил Пивоваров, усаживаясь на стул.
– Просто хочу поделиться с тобой кое-какими соображениями, – нехотя признался шериф.
– Внимательно тебя слушаю!
– Давай вернемся на несколько месяцев назад... В день, когда твой сын приехал в Клыково. Я нашел записи камеры слежения, установленной на площади неподалеку от кафе «Одноглазый валет».
Он нажал кнопку воспроизведения, и Влад увидел на экране ноутбука своего сына, выходящего из знакомого кафе. Сердце Пивоварова болезненно сжалось, но он ничего не сказал.
– Взгляни. – Шериф остановил запись. Затем показал в левый нижний угол экрана. – Мы заметили это не сразу, только при более детальном рассмотрении...
Присмотревшись, Влад увидел в стеклянной витрине кафе отражение большого черного внедорожника. И даже пару цифр номера, частично заляпанного грязью.
– Поиски машины ничего не дали, – сказал Владимир. – Но ты и сам прекрасно об этом знаешь... Интересно другое. Эта же камера зафиксировала странные вспышки света в ночь, когда погиб мэр Белобров. Ее объектив установлен слишком низко, и камера не может фиксировать происходящее на крыше мэрии, но тем не менее...
– Вспышки света на крыше? – нахмурился Пивоваров. – Он что там, фотографировал, прежде чем спрыгнуть вниз?
– Кто знает... – пожал плечами Мезенцев. – Поэтому я и вспомнил об этой старой записи. Со смертью мэра тоже не все ясно. Сигнал поступил на наш пульт ранним утром, но, когда мы прибыли на площадь, там уже вовсю работали специалисты из Санкт-Эринбурга.
– Вышестоящая служба? – не понял Пивоваров. – Департамент безопасности, что ли? Откуда они-то взялись?
– Когда я приехал к мэрии, тело уже погрузили в машину. Там уже собралась целая толпа из местных, в том числе и жена мэра. Они сообщили, что мэр сбросился с кровли... Я вообще ничего не понял. Почему тело забирают другие люди? И кто они вообще такие? Но вместо ответа на мои вопросы мне посоветовали заткнуться и отправляться обратно в свой участок. Дескать, сами со всем разберутся.
– И ты послушался? – изумился Влад Пивоваров.
– А что еще мне оставалось? Когда сами градоправители приказывают мне отвалить?! Вот тогда я и вспомнил о твоих словах.
– Заговор! – удовлетворенно кивнул Пивоваров. – Мои догадки подтверждаются! Есть люди, которым выгодно хранить в тайне чертовщину, которая здесь творится! Возможно, мэр и не бросался с крыши. Что, если его тоже прикончили?
– Я подумал о том же, – согласился шериф. – Но дело быстро замяли, а тело уже успели кремировать. Новоиспеченную вдову все устраивает, город потихоньку готовится к выборам нового мэра. Но случившееся не дает мне покоя. Я терпеть не могу людей, уверенных в собственном превосходстве над другими! И хочу вывести их на чистую воду.
– В этом наши желания совпадают, – тихо сказал Пивоваров, глядя на экран. – Это все, что ты хотел мне сказать?
– Нет, это лишь начало! Черный внедорожник. – Шериф постучал по экрану авторучкой. – Не так давно между Клыково и Новым Ингершамом произошла авария. Дочь Егора Зверева Оксана, его приемный сын Тимофей и Лиза, та девушка, о которой в последнее время столько говорят, вылетели с дороги и едва не погибли. С трассы их столкнул неизвестный черный внедорожник...
– Вот как?! – заинтересованно протянул журналист. – Я даже не слышал об этом инциденте...
– Погибших, к счастью, нет, поэтому история не получила широкой огласки. Дорожные службы по моему запросу переслали нам несколько фотографий той машины, сделанных дорожными камерами...
Он нажал несколько клавиш, и картинка на экране ноутбука сменилась. Влад Пивоваров увидел слегка размытую фотографию, сделанную на какой-то стоянке. В черный внедорожник садился человек в черной одежде. Его лицо было невозможно разглядеть, но фигура явно принадлежала женщине. Номер машины был заляпан засохшей грязью, но последние две цифры частично просматривались.
– Это тот же самый номер! – потрясенно воскликнул Влад. – Та же самая машина?!
– И последний кадр, – сказал Мезенцев, проигнорировав его вопрос и продолжая щелкать клавиатурой. – Сделан дорожной камерой уже здесь, в Клыково, причем совсем недавно. Водитель превысил скорость, поэтому и попал в поле зрения...
На экране появился уже знакомый черный внедорожник, несущийся по узкой дороге где-то на окраине Клыково. За его рулем сидела женщина в темных очках, закрывающих верхнюю половину лица.
– Едет со стороны усадьбы Егора Зверева, – пояснил шериф. – Больше в той стороне никто не живет, дом стоит на некотором отдалении от города. Номера снова старательно замазаны грязью. Цифр не видно вовсе, но я почему-то твердо уверен, что это та же машина!
– Дьявол! – возбужденно воскликнул Пивоваров, ерзая на стуле.
– Человек, – возразил шериф. – А точнее, женщина! Одна и та же личность, причастная ко всем перечисленным преступлениям.
– Это Ангелина?! Как считаешь, похожа?
– Зверева? – с сомнением взглянул на фотографию шериф. – Вряд ли. Не думаю, что она стала бы подвергать опасности своего сына. В той аварии сам Тимофей мог серьезно пострадать.
– Это Ангелина?! Как считаешь, похожа?
– Зверева? – с сомнением взглянул на фотографию шериф. – Вряд ли. Не думаю, что она стала бы подвергать опасности своего сына. В той аварии сам Тимофей мог серьезно пострадать.
– Она могла и не знать, что он тоже сидит в машине! А пыталась угробить дочек Зверева от первого брака!
– К чему ей это?
– Ну, знаешь ли... Состояние Егора Зверева впечатляет! Деньги, особняк, квартиры, успешная киностудия, наконец! Чем меньше наследников, тем лучше. Может, она решила избавиться от претендентов на будущее наследство? Чтобы ее сыночку досталась большая доля.
– Об этом я как-то не думал, – признался Мезенцев.
– Ангелина Зверева, – задумчиво пробормотал Пивоваров. – Я просто уверен, что она связана не только со всеми погибшими, но и с этим черным внедорожником... Журналистское чутье, интуиция, называй это как хочешь. Но мое чутье еще ни разу меня не подводило! А ты узнавал о владельце этой машины?
– Это сложнее, чем ты думаешь. По двум-то цифрам номера... Но Ангелине внедорожник не принадлежит. Как и Егору Звереву. На них зарегистрированы совершенно другие машины.
– Это ничего не значит! – заявил Пивоваров. – Она или ее сообщники запросто могли его угнать.
– Поэтому сейчас я ищу в базе данных по угнанным за последние годы машинам. Но пока ничего не обнаружил.
* * *
Тимофея впустила в дом горничная Вика. – Привет, – улыбнулся он. – А Лиза уже встала?
– Она в гостиной, – ответила девушка. – Ты будешь завтракать со всеми? – Нет, – покачал головой Зверев. – Мы сейчас уйдем. Тем более что отец уехал, а с остальными обитателями этого дома я не хочу сидеть за одним столом. Отравят еще.
Вика не сдержалась и громко прыснула. Тимофей вошел в гостиную и замер. Рядом с Лизой на диване сидела Оксана Зверева.
– Тим! – радостно взвизгнула Оксана, едва он вошел в комнату. В следующее мгновение она уже висела у него на шее, обнимая и тормоша. – Как же я рада тебя видеть!
– Когда ты вернулась?! – изумленно воскликнул он.
– Да только сегодня утром!
– И мать тоже прилетела?
– Разумеется! Она тебе еще не звонила?
– Нет... Но она вообще не ставит меня в известность о своих перемещениях в пространстве.
Оксана выглядела просто сногсшибательно. Стройная, покрытая шоколадным загаром, с новой модной стрижкой. Она просто излучала веселье и энергию.
– А я уже все про вас знаю, влюбленные голубки! – Оксана снова плюхнулась на диван и усадила Тимофея рядом. – Очень за вас рада! Ну давайте, рассказывайте, что тут еще произошло интересного, пока меня не было!
Тимофей уже открыл рот, но в этот момент в гостиную заглянула Анфиса в длинном халате, помятая и невыспавшаяся, с растрепанными волосами. При виде Оксаны она недовольно фыркнула.
– А я думаю, с чего тут такой шум?!
– Я тоже очень по тебе соскучилась, – и глазом не моргнула Оксана.
Анфиса лишь скорчила презрительную гримасу и ушла наверх.
– Некоторые вещи не меняются, – усмехнулась Оксана. – Чем она опять недовольна?
– Отец рано утром уехал по делам, а с ней даже не попрощался, – пояснила Лиза.
– А чего с ней прощаться, если она спит до обеда?
– У них уже давно разлад. В последнее время они постоянно ругаются.
– Ну это не новость. А как поживает Ирина? – спросила Оксана. – Продолжает отравлять жизнь всем
окружающим?
– Продолжает, – ответила Лиза. – Но в последнее время гораздо меньше. Видимо, начинает привыкать к моему обществу.
В животе у Тимофея громко заурчало. Лиза тут же встрепенулась.
– Мы же собирались позавтракать вместе! Я сама уже с ног валюсь от голода.
– Если не возражаете, я с вами, – подняла руку Оксана. – Куда собираетесь?
– В кафе при музее.
– Отлично, я отвезу вас на своей машине! Хоть расскажете мне обо всем, что я пропустила.
И, схватив с журнального столика ключи, Оксана быстро потащила ребят за собой. Тимофей поймал себя на мысли, что ему сильно не хватало сестры. Жизнерадостная Оксана умела заряжать всех окружающих своим позитивом, и в ее присутствии даже самые серьезные проблемы казались пустяками.
Однако мать все еще не дала о себе знать. Интересно почему?