Эндрю и Нил
- Латте с карамелью, пожалуйста
- Да, конечно - машинально отвечает парень, и на секунду его сердце замирает. Гулкие удары в ушах, которые не прекращаются ни через минуту, ни через две. Странное чувство, что разлилось по его телу не отпускает, и Миньярд хмурит брови, относительно новая черта, о которой парень напротив уже не знает и наверняка никогда не узнает. Но, черт возьми, как же больно ему сейчас, он почти физически ощущает эту тяжесть в груди, будто его придавило бетонной плитой. Эмоции, которые, кажется, душат. Проходит ещё пара мгновений, прежде чем Эндрю не выдерживает и спрашивает.
- Как поживаешь, бегунок?
***
Он зашел в кофейню на пару минут, знал, что не хочет сейчас ничего, но ему нужна картинка. Миловидная девушка на кассе сказала взять с собой латте с карамелью, заверяя Нила, что это безумно вкусно. Спорить не хотелось, да и разницы особой не было. Он не смотрел по сторонам, не оглядывался назад, на других и главное на самого себя. Когда ты в бегах, у тебя нет собственного я, нет личности, значит и чувств быть не может.
Но "бегунок", - одно слово, которое казалось выбило из легких весь воздух и унесло из-под ног землю. Взгляд темных, почти черных глаз встретился с всё таким же взглядом темного леса. Карий с зелёными вкраплениями, казалось несколько лет изменили всё, но только не его глаза. Что-то родное, в чем невероятно хотелось раствориться, и что делало ещё больнее.
Казалось прошла вечность, прежде чем Эндрю отвернулся, чтобы сказать последние слова.
- Ваш американо без сахара.
Чуть подрагивающей рукой Джостен забирает свой маленький стаканчик и сначала хочет сказать напоследок всё то, что не смог рассказать раньше, но что-то внутри надламывается. Он этого не заслуживает, он уже предал его однажды и не станет делать это снова, а потому Нил уходит тихо, так же, как и 3 года назад.
Они оба чувствуют ту пропасть, что поселилась внутри, но оба знают, что ничего не смогут с этим сделать.