Глава 12.
Дана Олдридж всегда была слаба к мужскому полу. В них она находила своё утешение и спасение. А причина была в отце, который не смог, да и не хотел участвовать в её воспитании. По этой причине, девушка всегда желала мужского внимания. Она была готова на всё, лишь бы быть центром их внимания. Благодаря этому она чувствовала уверенной в себе. Дана всегда следила за своей внешностью, одеждой, прической. С детства старалась брать манеру общения и модель поведения со старших сестёр, которые пользовались успехом среди парней.
И первоначально, когда девчушка попала в данную школу, она столкнулась с Ноттом, который в будущем смог повлиять на неё. В первых годах обучения она была увлечена мальчишкой, что, естественно, не смог не заметить Тео. Смирившись с её упрямством, ребята стали иногда проводить время вместе, играя в магические игры в гостиной Слизерина. Годы шли, к ним присоединились и другие люди, тем самым, образовалась небольшая компания. Жажда игры с парнями с возрастом лишь возросла, на что обратил внимание Теодор.
«...– Очередной человек, который повелся на твой невинный образ. Только знал бы он всю суть, что тебя интересует не сам он, а лишь его забота и поддержка, – вздохнул Нотт, склонившись над девчонкой, а его руки уперлись на изголовье дивана. Взгляд мальчишки пал на тайную записку в руках этого «монстра».
– Нет! Меня интересует он! Тебе ли знать, что у меня тут! – возмутилась девчонка, тыкнув в грудную клетку.
– Знаю уже достаточно, ведь вместе перешли уже на 5 курс, – выдохнул он, обойдя диван, и сел рядышком.
– Это ничего не дает, – отмахнулась та, сложив бумажку, чтобы друг не смог ничего прочитать.
– Почему?...Для чего ты это делаешь? – задался вопросом Тео, взглянув в глаза на Дану.
– Как почему? Когда люди влюбляются и испытывают глубокие чувства, то начинают встречаться, – ответила та, пожав плечами, будто это было и так очевидно.
– Вот именно, чувства...они глубокие и искренние. А ты...поменяла парней за этот семестр, да я даже со счета сбился. Это уже не то, о чём ты говоришь. Попросту такое невозможно. Скажи, тебе это приносит какое-то удовольствие, когда играешься с парнями в любовь и разбиваешь им сердца в конечном итоге?– ужаснулся Тео, откинувшись на спинку стула.
– Зачем считаешь? – закатила глаза Дана, скрестив руки на груди. Но после, удобно устроившись на диванчике, та опустила взгляд на руки, которые начали нервно теребить клочок бумажки.
– Я знаю и понимаю, что поступаю отвратительно, но ничего не могу с собой поделать. Ты – единственный из парней, к кому я отношусь, действительно, трепетно и осторожно, потому что уже как родной мне человек. А те.... Я ничего к ним не испытываю. Мне нравится получать их внимание, – вздохнула та, подняв взгляд на мальчишку, который внимательно сидел и слушал.
– Тогда позволь мне, показать это чувство, – тихо сказал он, чуть пододвинувшись к девчонке, и оставил короткий поцелуй на её мягких и пухлых губках. Опустив взгляд, тот смущенно отвернул голову, стыдясь посмотреть ей в глаза. Она давно ему была уже не безразлична, поэтому решил рискнуть на такой поступок.
– Ты...забрал мой первый поцелуй..., – смущенно ответила Дана, а щеки моментально приобрели розоватый оттенок, а внутри что-то затрепетало, теплое чувство разлилось в груди и это не могло не греть душу.
– Оу...прости, я не хотел, правда, просто...– начал тот, как его перебила девушка.
– Я тебе нравлюсь? – спросила Олдридж, смотря на своего друга.
– Давно, – кивнул он, продолжая наблюдать в сторону....»
Дана лежала у себя в комнате, втыкая в потолок, и почему-то в голове пролетел этот отрывок из жизни. Благодаря Теодору, который был честен с ней, она поняла, как можно действительно любить человека, но она вновь всё испортила. Кажется, это было её призванием – рушить всё своими руками, что так долго и бережно выстраивалось.
Через пару часов девушка оказалась перед нужно дверью. Открыв её, она вошла в комнату и села на край кровати.
– Давай, и я пойду, – сказала Дана, смотря на юношу.
– Сейчас, – кивнул он.
На его столе распростёрся ватман, большая часть которого была исписана информацией для их темы. Дописав последние строки, парень аккуратно уложил перо на подставку, отодвигая чернилицу в сторону и убирая с краёв книги. Поднявшись с места, Том скрутил бумагу в трубу и протянул её девушке.
– Только не испорти, ладно?
– Постараюсь, но ничего не обещаю, – ответила та, взяв доклад, и взглянула на мальчишку.
– Испортишь – забью насмерть этим ватманом. По этой причине, будь любезна, поаккуратнее с ним, – сказал юноша на полном серьёзе.
– Ого, вот это уже серьёзные угрозы пошли, – удивилась та.
– Я не угрожаю, а предупреждаю, – усмехнулся он.
– Не думаю, что избиение до смерти является предупреждением, – подметила Дана, чуть наклонив голову.
– Я же не начал действовать.
– Поднимешь руку на девушку?
– Смотря в какое место бить, – ехидно улыбнулся мальчишка, оперевшись на свой стол.
– Ну, тогда я буду не аккуратна, – съязвила та, наблюдая за ним.
– Мне не обязательно делать это, когда девочка накосячит, – пожал плечами Реддл.
Улыбнувшись шире, та притянула юношу к себе за край мантии. Закинув свободную руку на его шею, девушка встала на носочки.
– Даже так, – отметила она.
– Даже так, – кивнул он, уложив одну руку её на бедро, а второй тихонько шлёпнул по ягодице, после чего сжал, – что-то имеешь против?
– Нет, совсем нет, – отрицательно покачала головой Дана, положив ватман аккуратно на стол.
Проведя пальцами по шее вниз, расстегнула первые две пуговицы его рубашки. Коснувшись губами теперь открытого участка кожи, девушка прикусила её, а затем отпустила. Проведя по покраснению языком, та скользнула вверх.
Юноша, закинув её на свои бедра, развернул Дану к столу, усаживая на него. Его руки плотно удерживали ляжки девушки, а губы прикоснулись к её, нежно покусывая их и приходясь вдоль.
– Кто-то игнорировал меня целый день, а теперь и не против задержаться на подольше, да?
– Кто сказал, что я собираюсь здесь задерживаться? Мы ведь всего лишь играем в твою игру, верно Реддл? И пока всё идет не по твоему плану. Поверь, я разрушу тебя. Вопрос лишь времени, зайка, – прошептала Олдридж, соприкасаясь с его лбом. По телу парня пробежались мурашки от данных слов, а глаза чуть расширились от удивления. Неужели его догадки были верны на её счет?