2 мартини
🍷🍷🍷
Через какое-то время рыжая выбегает из комнаты и, задрав нос до самого потолка, проходит мимо. Джису хотелось в этот момент сказать, что это она только что стояла раком перед её другом, но не стала хамить. Для начала надо понять кто в этом колледже чем дышит, может, она какая-нибудь дочка директора, тогда с ней неплохо было бы подружиться.
- Где твои чемоданы? - Чонгук вылезает из комнаты, на ходу натягивая майку.
- Внизу. Ты похудел? - они начинают спускаться вниз за вещами, и Ким проносится взглядом по загорелым и широким плечам Чона, прекрасно зная, что такой вопрос просто выбешивает его. Он упорно тренируется, чтобы быть всегда в форме, а тут в лоб «похудел». Но младшая Ким обожала выводить рэпера из себя.
- А ты потолстела? - он тянет девчонку за щеку, отчего она начинает кричать.
- Придурок, да даже пачка риса весит больше, - она хлопает его по руке. - Если у меня будет красная щека, я тебе яйца отобью!
- Это было моё поздравление, дурёха. И прекрати говорить слово «яйца», не подразумевая яйца.
- Поздравляют обычно поцелуем, - девушка не упускает возможности лишний раз поиграть на его нервах. Чон тут же отпускает её щеку, явно не ожидая такого заявления. - Хорошо, больше не буду говорить «яйца», яичечки подойдёт?
Парень шумно выдыхает. Если бы она была его сестрой, он бы её давно отшлёпал ремнём.
- Прекрати играть в пошлячку, - Чонгук осматривает её с ног до головы.
Изменилась. Очень. И вырез её майки изменился. Тоже очень. Чёрт, Ханбин убил бы его за такие мысли. Мимо как раз проходит шумная компашка ребят со второго курса. Чон ловит их взгляды, направленные на Джису. Это как закон: всех первокурсниц нужно всегда заценить. Он ведь тоже был на втором курсе в прошлом году, он знает как здесь всё работает. - Подними это, - говорит он и указательным пальцем цепляет бретельку кофты, которая открывает края бежевого лифчика Су. Но теперь уже нет.
- А ты не смотри туда, - она показывает Чонгуку язык и снова опускает кофту на место, отчего парню хочется прибить её здесь же.
- С каждым разом ты приезжаешь из Калифорнии с чемоданом изменений, причём не в лучшую сторону! - фыркает Чонгук и поднимает её золотистый чемодан, решив, что бороться с Су не имеет смысла. Пусть Ханбин этим занимается. Во всяком случае, он пытался.
- А где все? Где мой брат? - девушка пропускает эти слова мимо ушей, хватает самый маленький чемоданчик и, помогая себе ногой, пытается его поднять к лифту по лестнице. Чёртов Чонгук, как же ему так легко удаётся поднять тридцати килограммовый чемодан? Вены тут же выступают на его мышцах и шея вся напрягается, и это зрелище завораживает. Завораживает так, что Джису не замечает, как чемоданчик у нее из рук исчезает.
- Давай помогу, - с улыбкой говорит какой-то брюнет, такой же крупный, как Бобби, и прежде, чем Джису успевает что-то ответить, он уже оказывается у лифта.
- А ты, я смотрю, берёшь только то, что лёгкое, Хён У? - Чон делает ударение на его имени и усмехается, а потом поспешно хватает чемоданчик Джису и ставит его рядом с собой, мол, нечего её вещи трогать.
- Девушке нужна была помощь. С остальным и ты прекрасно справишься, Чон, или силёнок не хватит? - парень прищуривается и хохочет. Су готова поспорить они ненавидят друг друга. Вот так жаль, ведь парень так хорош собой.
- Спасибо за помощь, - довольно заявляет она, встревая в разговор или скорее «поединок взглядов», явно пытаясь обратить на себя внимание, что ей и удаётся, разумеется.
- Джису, - представляется брюнетка, протягивая руку, которую парень тут же пожимает. Чёрт, как же ей нравятся парни с такими мощными руками. Это что-то вроде фетиша.
- Не за что, крошка, - брюнет смотрит на неё и подмигивает. - Я Хён У. Но для близких просто Шону - капитан команды по регби. Команды, которая разнесла в прошлом году в пух и прах команду Чона, - парень самодовольно улыбается, а у Чонгука такое лицо, что ещё немного и он сорвётся.
- Вот именно, в прошлом году, но не в этом! - Чон решает, что самое лучшее средство - это оставаться невозмутимым. Ситуация начинает веселить Джису.
Она просто обожает такие сценки. Нет, ну разве не прекрасно? Два чертовски горячих парня стоят тут и готовы наброситься друг на друга. Надо бы подлить маслица в огонь как-нибудь.
- Ну мы посмотрим. Сыграем завтра?
- Сыграем!
Если бы мальчики обладали суперспособностями, здесь уже случился бы пожар. Джису прекрасно знала Чона. Проиграй он хоть раз, это оставляет глубокие шрамы. Он просто терпеть не может проигрывать. В этот момент, команда Шону всей шумной оравой заваливается в общежитие. И Чжухон, который тоже частенько выступает у Шуги, среди них. Увидев Джису, он тут же расплывается в улыбке.
- Малышка Кис-Кис!
- Медвежонок с ямочками! - Ким со всех ног бежит и обнимает друга, пока Шону с интересом наблюдает за картиной, а Чонгук, нахмурив брови, думает о том, что всё-таки Ханбин должен отшлёпать один раз сестру за то, что она вот так вешается на всех. Они начинают бурно обсуждать что-то и хохотать. Чжухон знакомит её со всеми ребятами, которые, по мнению Чона, смотрят на неё голодными глазами, а она дура такая, ни хрена не замечает. За это время он как раз поднимает её второй чемодан.
- Джису! - зовёт её таким голосом, что все резко перестают шуметь и оборачиваются к капитану команды, которую в прошлом году разнесли к чертям. - В лифт, живо!
Девушка закатывает глаза, но слушается. Попрощавшись и договорившись о чём-то с Чжухоном, она забегает в лифт, а следом Чонгук ставит чемоданы перед ней, да так, чтобы больше никто не поместился.
- Не возражаете если я с вами, - улыбается Шону и делает шаг вперёд. Джису только открывает рот, чтобы сказать, как она будет счастлива, но Чон опережает.
- Возражаем! - тут же нажимает на кнопку и двери закрываются.
- Ну ты и хам! А раньше был весьма милым, - Джису бьёт его по плечу.
- Ты тоже раньше была милая, - рэпер не остаётся в долгу.
- А теперь что, нет? - брюнетка упирается руками в бока и прищуривается. Конечно же, она и сейчас милая, но её поведение после каждой поездки становится всё более развязным. То ли Америка так действует, то ли Ким была всегда такой, просто возраст не позволял. Чонгук ещё не определился. Но если отставить её поведение в сторону, то внешне она становится, пожалуй, слишком милой.
Слишком привлекательной. Слишком хорошенькой, чтобы позволять чужим глазам её «лапать». И ей это нравится.
Чон не раз замечал. Она чертовски любит мужское внимание. А ещё, голос у неё, ласкающий слух. А ещё, стоит перестать об этом думать.
- Чёрт, они были похожи на греческих богов. Все. Теперь понятно, почему они вас размазали по стенке, - мечтательно заявляет Джи облокотившись на чемодан, и в этот момент Чон готов её убить. Что ещё за «размазали по стенке?» И вообще...греческие боги? Серьёзно?
- Ты умеешь ничего толком не сказав, вызвать в людях комплексы, - усмехается JK, отметив про себя, что ему надо дольше зависать в тренировочном зале.
- Нет, ну ты видел? На спине этого Шону поместится вся Австралия...ну или я.
- Даже не думай! - чуть ли не рычит Чон, легонько стукнув её в висок.
- Ай, больно же! - девчонка трёт это место и хмурится. - Я даже не успела подумать о чём мне подумать!
- Вот и не надо даже думать о чём бы тебе подумать!
- Постой, я запуталась.
- Шону меняет девушек как перчатки, ты меня поняла? - Чон начинает выгружать её чемоданы на четвёртом этаже, где поселились все первокурсники.
- Ты говоришь прямо как моя бабушка, - Джису хватается за свой маленький чемоданчик, но и его тоже берёт Чонгук. Чёрт, это даже сексуально.
- Значит, твоя бабушка говорит безумно мудрые вещи.
- Она говорит устаревшие вещи, а не мудрые. И вообще, по-калифорнийски, я уже совершеннолетняя!
- Это тебе не Калифорния. Будешь совершеннолетней, когда девятнадцать исполнится. Вот тогда что хочешь делай, - внезапно Чонгук разворачивается прямо у двери. - Джису, это не школа. Здесь взрослые мальчики играют во взрослые игры...с наивными девочками. Ты понимаешь о чём я?
- Хочешь сказать, я наивная девочка?
Вот это, пожалуй, было самое жёсткое оскорбление. И судя по всему, наивный здесь только Чонгук, раз так считает.
- Нет, я неправильно выразился. Хорошо, скажу иначе. С неопытными девочками, так тебе понятнее?
И в этот момент Джису прыскает от смеха. Чон непонимающе смотрит на неё, а она держится за живот.
- Я сказал что-то смешное?
- Неопытными...Чонгуки, честное слово, ты таким милым стал, - она чмокает его в щечку, отчего удивление на лице Чона удваивается. - Спасибо за то, что помог с чемоданами, хотя у тебя и выбора не было-то особо. Увидимся.
После этого ногой загоняет все три чемодана в комнату и закрывает дверь прежде, чем Чонгук напридумывает вопросов, которые ей выйдут боком. Но лучше бы она ему позволила это сделать, потому что в голове уже собрались несколько неприятных выводов.
Джису знакомится со своей соседкой по комнате - Сыльги. Хватает пяти минут разговора, чтобы понять какой она одуванчик и, скорее всего, в этой комнате самые противные будут только Джису и Чжимие, когда та удостоит их своим приездом. Эта задница отдыхала в Париже и не успела прилететь. Поэтому Ким придётся два дня пожить одной в комнате с «монашкой», как она уже успела для себя назвать соседку. Сыльги была как те девочки из романтических комедий: золотистые волосы, миленький сарафанчик, глаза полные восхищения, куча книг и белые носочки с сердечками. Су сразу захотелось рассказать ей откуда берутся дети. Интересно, а Чжимин пиво с пиццей придётся под кроватью прятать? Обычно они любят ночные шалости. А что насчёт ночных тусовок? Неужели она сдаст её Ханбину? Вот ведь проблемка.
- Погоди, а ты не та девушка из рекламы шампуня? - восторженно спрашивает Сыльни, чем тут же располагает к себе Джи. Год назад, когда Рейна пообещала связаться с нужными людьми насчёт рекламы, она таки это сделала. Джису снялась в рекламе шампуня, но на этом всё. Дальше её карьера не пошла, хотя всё ещё впереди.
- Будем считать, что ты прошла фейсконтроль.
Что на обычный человеческий язык означало: «Окей, одуванчик, будем дружить, обещаю твою жизнь не превращать в кошмар». На самом деле, Джису любила всех, кому нравилась. Простой принцип её жизни.
***
- Твоя сестра в комнате 414, если тебе интересно, - информирует Чонгук, когда Ханбин, Чимин и Сехун возвращаются из магазина.
- Так и знал. Я ведь сказал тебе не помогать ей, - фыркает Ханбин и кидает на двухэтажную кровать пакет с чипсами. Он хотел проучить Джису, а Чон как всегда.
- У тебя ни капли братской любви, - осуждающе качает головой Сехун и Чимин с ним соглашается, пихая в шкаф бутылки с пивом.
- Чувак, да она этот пакет с чипсами еле поднимет. Проучи её как-нибудь иначе. Например, запрети носить...шорты!
Из всех вариантов, именно этот Чонгука мучил больше всего. Эти суперкороткие джинсовые шорты на её загорелых ногах и аппетитной заднице смотрелись просто...какой ещё аппетитной заднице? Что? Чон тут же трясёт головой, чтобы высыпать все эти ненормальные мысли к херам собачьим. Какая нахер аппетитная задница? Речь сейчас о Джису вообще-то. Всё это из-за того, что это маленькое зло помешало его прекрасному траху с Юной. Он чувствовал жёсткое неудовлетворение. Аппетитная задница только у Юны. Да хоть у всех в этом кампусе, только не у Джи. На этом всё!
- А что такое? - тут же вспыхивает Ханбин, и Чон уже жалеет о своём предложении.
- Да ничего, просто, ну ты знаешь, первокурсницы это как свежее мясо. Обязательно хочется его попробовать, - заумно выдает Чонгук и комната заполняется смехом Чимин.
- Да, вот только Джису не мясо. Она сама кого угодно превратит в стейк. Уверен, она там попробовала разных стейков.
Ханбин мысленно соглашается и даже улыбается. Действительно. Вот уж за это волноваться не стоит. Если она чего-то не захочет в этой жизни, то пусть хоть всё треснет, но этого не будет. И наоборот. Только вот Су была из тех, кто любит приключения и хочет попробовать всё.
- Я всё же, пойду эмм...просто гляну как она там, - Ханбин не знает идти ему первым или не стоит. Они так жёстко посрались, что он даже по скайпу с ней целых три месяца не говорил. Но если честно, то он жутко соскучился по её голосу и по манере тянуть так «оппаааа».
- Да иди уже обними сестру и прекрати мучиться! - Чимин, как самый старший и рассудительный, толкает друга на выход.
- Четыреста четырнадцать, - кричит ему Чонгук, а потом они закрывают дверь и запирают её, чтобы Ханбин вдруг не передумал. А то эти брат с сестрой такие обидчивые козлики. Они похожи больше, чем думают.
- Открыто, - кричит Ким, а потом оборачивается на кашель. Ну наконец он перестал строить из себя строгого папашу. Вот стоит весь такой родной, в клетчатой рубашке чуть ли не по колено и стеснительно кланяется соседке по комнате. - Оппааааа, - визжит Джису и тут же прыгает на Ханбина, а он крепко удерживает эту ненормальную дурёху. - Бл...чёрт, я так скучала!
Ну вот теперь здесь даже запах дома. Какой-то отцовский запах. Хотя, даже у родного отца такого нет. У Ханбина запах тех ночей, когда пятилетней Ким снились кошмары и она тут же залезала в кровать к маленькому Ханбину и пряталась подмышкой. А он не возражал. Тянул одеяло на сестрёнку, чтобы она не простыла и говорил: «ничего, Джису, просто плохой сон, не плачь больше. Оппа рядом».
Ханбин обнимает свою ненормальную сестру и думает о том, что он даже соскучился по её голосу. Отстранив, он осматривает её, будто проверяя всё ли в порядке. Тут же замечает пару синяков на ногах и порез на коленке. Су следит за его взглядом и улыбается. Ну конечно. Есть парни, которые замечают, что, например, у неё грудь выросла. Ну вот например, Чон Чонгук, который сегодня утром играл в благородного рыцаря, но боролся с собой каждый раз, когда его взгляд падал на огромный вырез кофты. Джису замечает больше, чем все эти самцы думают. Мужчины слишком предсказуемые существа. Вместо мозгов, у них работает член. Всё просто как дважды два. Но есть единственный парень на земле, который посмотрев на Рию, замечает свежий шрам на коленке, синяки. Парень, который сразу же начинает волноваться. Самый любимый мужчина на земле - Ханбин. И как же он ошибается, думая, что их ссоры не причиняют Джису боль. Ещё как причиняют. Он думает, что она любит отца больше, но это не так. Сначала Ханбин, а потом все остальные на свете.
- А, это...в общем, неудачно навернулась на доске. В тот день такие офигенные волны были. А потом на пляже парни ругались, кто первый сделает искусственное дыхание, представляешь! - Ким начинает громко хохотать, вспоминая тех горячих блондинов с британским акцентом, но брату совсем несмешно.
- Джису, ну что ж такое, - он слегка стукает её по лбу. - Ты же девушка, ну какой серфинг, а? И вообще...что? Какие ещё парни?
Упс!
- Да пошутила я про парней, ну чего ты.
Ханбин знает: то что у Джи вылетает первым, необдуманным - то и есть правда. Хочется начать читать ей лекции о правилах поведения, но неудобно делать это при её соседке. Джису не простит, если начать отчитывать её при едва знакомом человеке.
- И вообще, в таком случае раз уж я девушка, что я делаю на факультете менеджмента? Мне бы пойти поучиться как чаёк заваривать, носочки стирать, детей рожать...ой, постой, а на последнем интересно практика входит?
- Джису! - Ханбина поднимает глаза к потолку, умоляя дать ему сил, а где-то в глубине комнаты слышно хихиканье Сыльги.
- Простите, это просто так мило. Я всегда мечтала о старшем брате, - говорит «монашка» так сладко, что Су хочется её обнять...не будь она Джису.
- Забирай. Только знай, он храпит и у него носки воняют, - брюнетка машет рукой перед носом, чтобы убедить соседку и по её удивлению понимает, что почти удалось.
- Джису!
- Хорошо, про второе я пошутила, - хихикает девушка.
- Ни к какому Шуге ты сегодня вечером не пойдёшь, - вот эта угроза от брата была просто за гранью зла. Он знает на что нажимать.
- Хорошо, и про первое тоже. Он, вообще, завидный жених, а вот золовка я отвратительная буду!
Просто как можно лишить себя удовольствия увидеть Шугу и получить от него очередной комплимент?
***
До вечера Джису успевает развесить по стенкам плакаты всяких моделей и спортсменов. Последние почти обнажённые, отчего у Сыльги глаза на лоб полезли и она засмущалась, что весьма веселило младшую Ким. Эту девочку определенно надо исправлять. Когда Джису предложила Сыльги пойти вместе с ними, та замахала руками и чуть ли не спряталась под одеялом. Скорее всего, представила что в таких клубах происходит...и она была чертовски права. Но глаза соседки стали ещё больше, когда она увидела длину кожаной юбки Ким.
- Это что, топик? - осторожно спрашивает Сыльги, а брюнетка начинает смеяться.
- Чёрт, ты мне уже так нравишься. Нам будет весело. Нет, малышка, это юбочка. Я куплю тебе такую же в следующие выходные, когда мы вместе с Чжимин поедем по магазинам, - Джису натягивает красную кофту, с таким же вырезом что утром.
Ну, Чонгук ведь заценил.
- Ой, нет-нет, не надо мне такую же, - эти слова снова вызывают звонкий смех младшей Ким. - Тебе кто-то нравится, да? Обычно девушки одеваются так для кого-то.
Смех Джису прекращается. Она поправляет воротник своей кожанки и резко поворачивается к соседке. Есть темы, которые не стоит задевать.
Эта одна из них. Ким хочется сейчас съязвить, но она сдерживается, потому что Сыльги явно поняла, что сболтнула лишнего и теперь смотрит с неким страхом.
- Лучше помолись за мою грешную душу. Не шали тут, - она подмигивает «монашке», замечая про себя, что та весьма умная девушка, и закрывает дверь.
Мальчики уже собрались вокруг машины Сехуна. Когда они все вместе, хоть уши затыкай.
Они безумно шумные. Балбесы. Любимые. А Чонгук как всегда дымит. Младшей Ким всегда казалось это неправильным, что он вроде как тренируется, дыхалку мучает на сцене, но при этом не может избавиться от вредной привычки.
- Обожаю появляться последней, - довольно заявляет Джису, а потом начинает обнимать всех, кого не успела увидеть.
- Покороче юбки не нашлось? - спрашивает Ханбин таким голосом, что уже готов убить сестру.
- Конечно нашлось, просто на сегодня у меня планы, - хитро произносит девушка, замечая сквозь дым взгляд Чонгук. Не такой как у всех. Совсем. Никто из этих балбесов так на неё не смотрит. Это вызывает улыбку на лице Джису. Чонгук...такой Чонгук.
- Что за планы? - спрашивает он, опередив Ханбина, и чувствует, что пахнет горелым. Планы Джи не могут пахнуть иначе.
- Ой, ну разные, - отмахивается Ким, не желая рассказывать куда собирается после того, как чмокнет Шугу в щечку. Только сейчас замечает, что Чон всё это время стоял, прислонившись к какому-то старому Мустангу. - Стой, ты обзавёлся старушкой? - девушка начинает внимательно рассматривать машину. Чонгук всегда мечтал избавиться от велика.
- Ханбин, спасай сестру, сейчас ей влетит, - хохочет Чанбин, зная, что эта «старушка» для Чона равна жизни.
- Я сейчас тебе такую старушку покажу, что потом будешь просить волосы над унитазом держать, - Чон щёлкает её по носу, хотя так и хочется за такие слова взять её и...и?
- Первую неделю он, вообще, на заднем сидении ночевал, - смеётся Бэкхён, вспоминая, как друг взял подушку с одеялом и сказал, что теперь у него единственная любимая женщина - тачка.
- Серьезно, что ли? - Джису удивлённо смотрит то на Чонгука, то на Бекхёна. Вот уж кто действительно ненормальный в их составе.
- Ага, а потом у него стала болеть спина, - отвечает Сехун, которому такая любовь к машине была незнакома.
Да, он любил свою малышку, но ему и в голову не приходило спать в ней. Наверное, это потому, что Чон эта тачка досталась с большим трудом. Он как ненормальный копил на неё. Потом Юнги помог ему с деньгами и выкупил у своего старого друга. И Чонгук теперь должен рэперу немалую сумму.
- Давайте по местам, - приказывает он, открывая дверцу своей чёрной богини. - Джису вперёд сядет.
- А у Сехуна-оппы вы всегда меня назад пихали, - ворчит Джису, вспоминая, как никто не давал ей сесть вперёди.
- В этой одежде тебе только назад лезть не хватало, - фыркает Чонгук и стучит пальцами по дверце, пока Чанбин, Ханбин и Джин лезут назад, а остальные садятся к Сехуну.
- Ааа, вот оно что, - усмехается брюнетка и, перед тем как сесть, шёпотом произносит: - Вообще-то, по себе людей не надо судить. Здесь только ты на мою задницу пялишься, Чонгуки.
Вот же маленькая зараза! И ведь специально так сказала, чтобы Ханбин не услышал. Отрезать бы ей этот чертовски длинный язык.
Чонгук хлопает дверью и садится за руль. Умеет же она вывести из себя. Приятно вывести. Не то чтобы хотелось её прибить, но просто хочется с ней что-то сделать. Что-то. Надо решить - что.
- И как давно она у тебя? - спрашивает Джису и без спроса начинает перебирать диски, с которыми ещё парочка презервативов валяется. Кто бы сомневался. - А заднее сиденье случайно не запачкано, вы бы глянули сначала, - хохочет девушка, повернувшись к парням. Чанбин начинает смеяться вместе с ней, а Джин, понимая о каком «запачкано» идёт речь, принимается правда осматривать всё вокруг.
- Джису! - рычат Ханбин с JK одновременно.
- А что я-то? Просто тут столько презервативов...
- Чон сейчас тебя высадит! - угрожает Ханбин, а Чонгук пытается сконцентрироваться на дороге. Эта девчонка кого-нибудь из них таки доведёт.
- Не высадит он меня. Я же в такой короткой юбке. Ему страшно очень. Да, Чонгуки?
И почему Чон кажется, что это «страшно» имело немного другой подтекст?