Держись, малая!

Я прикусываю нижнюю губу, надеясь заглушить моральную боль физической. Но вместо этого ещё больше заливаюсь, теперь уже от того что едва не прокусила потрескавшуюся на морозе губу и вдоволь наелась гигиенической помады. Да уж, жизнь точно не сахар. Для меня она скорее со вкусом подсоленного вазелина.

Цепляюсь пальцами за подушку и уговариваю себя не плакать. Ну же, Дауль, ты не ревела, когда случайно отдавила лапу соседскому котёнку, и потом каждый день смотрела, как бедняжка скачет на трёх. А уж этот по жизни инвалид на всю голову, что же теперь слёзы лить из-за него? Но вспомнив о котёнке, я рыдаю уже в три ручья, начав сетовать на собственную неуклюжесть и неповоротливость. Девчонка в постели Пака явно таким не страдает. Ишь как ловко на него запрыгнула.

Вдруг в тишине, разрываемой только моими сдавленными всхлипами, слышится негромкий скрип двери, и я резко умолкаю. Кто бы это мог быть так поздно? В душе просыпается гаденькое злорадство при мысли, что это вернулся Тэ. Уж он-то сейчас задаст этим героям-любовникам!

Но нет, уже через несколько секунд я чувствую, как что-то тяжелое опускается на край постели и движется ко мне. Хочу уже было завизжать и позвать на помощь, но в тусклом лунном свете надо мной возвышается Пак, одетый в одни лишь свободные штаны.

- Ты... т-ты... что? - заикаюсь я, неуверенно выглядывая из-под одеяла.

- Двигайся, малая, - требует парень, приподнимая это самое одеяло и укладываясь рядом со мной. - Спать хочу.

- Что, твоя ненасытная киска мешает тебе спать... жеребец? - интересуюсь ехидно, отворачиваясь от него. - Совсем своей страстью измучила?

- Чегооо? - тянет Пак, ухмыляясь. -- Она вырубилась давно. Ворочается ещё. С кровати меня скинула, - ворчит он, плотнее кутаясь в одеяло. - А ты ревнуешь, малая?

Я молчу. Стоило бы сказать, что нет, но ведь совру же. Бесит одна только мысль, что ещё утром он меня едва ли не взглядом раздевал, а под вечер уже зажимается с другой и делает вид, что в этом нет ничего плохого. Дурень он, а не взрослый.

- Ещё скажи, что у вас ничего не было, - бурчу, уткнувшись носом в подушку.

Давай, рассказывай мне сказки, вешай на уши лапшу. Дауль же глупенькая маленькая девочка, Дауль же всё стерпит... А я... выросла уже давно. Да, может, я многого не понимаю, но у меня есть чувства, и мне больно... из-за тебя больно, придурок. Ты играешь со мной, как с наивным ребёнком и совсем не можешь понять, что я... Что-то совсем расклеилась. Эх, пора завязывать читать сопливые рассказики в интернете, так и до бразильских мелодрам скоро дойду.

- Ну, это уже дело взрослое, - фыркает парень, потянувшись, чтобы меня обнять и случайно касаясь моей мокрой подушки. - Малая... ты, что, ревела? - растерянно спрашивает Чимин, пытаясь заглянуть мне в лицо.

- Нет, - коротко отвечаю, спрятав голову под одеяло.

- Это из-за меня, малая? - продолжает допытываться Пак, потянув меня за плечо.

- Нет, блин, мультик плохо кончился! - психую, резко откидывая одеяло и с вызовом смотря на него.

Теперь уже молчит Пак. Забава у нас, очевидно, такая. Мы по очереди играем в молчанку. Кто кого перемолчит. Он уже побеждает. У него такая задумчивость на лице, что я начинаю подозревать его в резком превращении в греческую статую. Э, очнись, ты пугаешь меня.

- У нас с ней ничего не было, малая, - неожиданно серьёзно заявляет парень, склонив голову ближе ко мне, - и не будет.

- Не твоего полёта птица? - хмыкаю. Я не особо доверяю его словам. - Пьяные девушки не в фаворе? Или хочешь кого-то, у кого сиськи больше?

- Я тебя хочу, - спокойно отзывается Пак, перекатываясь и подминая меня под себя. - С тех пор, как увидел тебя на вечеринке в Новый год, только тебя и хочу.

- Ой, мы это уже проходили, - отмахиваюсь и пытаюсь снова спрятаться от него, но он не позволяет.

Чего он хочет от меня? Чтобы я призналась, что хочу его тоже? Чтобы закричала, что он должен взять меня прямо сейчас? Так не бывать этому. У меня осталось ещё немного гордости, и я не собираюсь скатываться так низко, чтобы умолять его затащить меня в свою постель.

- Но я не говорил, что ты мне нравишься, малая, - шепчет он, мягко касаясь пальцами моего лица. - Очень. Мне нравится, как ты краснеешь и смущаешься, как забавно бесишься и как ревнуешь меня. А ещё ты офигенно милая, когда пьянеешь.

- Вот ты думаешь, что я сейчас прям растаю, - хмурюсь, недовольно поджимая губы. - Ушки развешу и прыгну к тебе в постель?

- Я как раз не хочу, чтобы ты прыгала ко мне в постель, - как-то слишком уж ласково произносит парень. Так обычно с маленькими глупыми детками разговаривают, когда они не хотят свои игрушки убирать. Я-то знаю, мама до сих пор иногда так ко мне обращается, когда я раскидываю по всему дому свои книжки и тетрадки с дурацкими рассказиками. - Ты же ещё такая мелкая, малая... Я даже не знаю, всё ли у тебя там сформировалось... Да я себя педофилом чувствую, малая, когда как лох дрочу в душе и думаю о тебе!

Высший комплимент в моей жизни, чёрт возьми! Чиминушка, вам там ещё награду за красноречие и вклад в богадство (именно боГАДство) корейского языка не предлагали? Ой, чувствую, скоро позвонят...

- И что ты предлагаешь? - звучит из моих уст недоверчивое, пока я пытаюсь понять, к чему он клонит. - Ты будешь трахать всех подряд и думать обо мне?

- Я предлагаю тебе... быть со мной... Но без секса, - добавляет, чуть помедлив. - Я подожду до твоих восемнадцати... если не умру от недотраха.

- Погоди, маньячище, ты мне отношения предлагаешь? - мой голос аж хрипнет от перенапряжения. Кто-нибудь, врежьте мне, чтобы убрать эту глуповато-довольную ухмылку.

- Нет, - отрезает Чимин, склоняя своё лицо ещё ближе к моему. - Я говорю, встречаться ты со мной будешь, малая. А выбора у тебя нет...

В первые секунды я хочу возмутиться. Нет, а чего это мне снова выбора не предоставили? Чего он за меня всё решает-то? Я свободная женщина, в свободной стране. Не зря же эта Роза когда-то там воевала за права феминисток. Но потом я заглядываю в насмешливые глаза парня и будто бы теряюсь в них, вновь расплываясь в глупой улыбке. Ну, не дура ли я?

- Только убери ту девчонку из спальни, а? - выпаливаю, кивая на дверь. - Она портит мне атмосферу сопливенькой мелодрамы...