Глава 7
2025
Мы с Васей как обычно играли в приставку.
За окном ярко светило солнце. С улицы кричали:
– Ва-а-а-ася-я, выходи-и-и!
Вася высунулся из окна и крикнул:
– Щас выйду!
Потом повернулся ко мне и сказал:
– Хорош в приставку играть, пошли в футбол погоняем!
– Ну пошли, футболист.
Мы оделись, вышли и побежали на пустырь. Там хорошо играть в футбол. Нас ждали две команды – в каждой по три человека. Было два пути: либо играть в одной команде, попросив кого-то перейти в другую, либо играть друг против друга. Безо всякой суеты мы выбрали второе.
Матч был долгим. Больше всего голов в наши ворота забил... Вася. Да. Но я не собирался проигрывать, поэтому игра закончилась вничью. Никто в итоге не проиграл.
– Ух-х... Вот это сыграли... Да, Вася, ты силён. Но я не слабее. Поэтому и ничья. Но в следующий раз моя возьмёт.
– Это мы ещё посмотрим!
Футболисты разошлись по домам. Я решил – сначала к Васе, посмотрю, ничего ли не забыл, а потом – сразу домой.
Поднявшись, мы зашли в квартиру. Я снял куртку и разулся.
– Вась, вот у нас жизнь! То футбол, то путешественники во времени...
– Да не говори. Приключений достаточно.
– А кто-то просто сидит дома и... – я сел на кресло и... исчез.
* * *
18...стоп...что?
Надо во всём разобраться. Итак, я сел на кресло у Васи в квартире. Незадолго до этого на кресле сидел Алфеев, у которого в кармане был пульт от машины времени. Пульт выпал и затерялся в складках пледа, покрывающего кресло. Я сел на него и нажал на кнопку. Машина снова дала сбой, и вместо тысяча девятьсот семьдесят шестого года мы оказались в прошлом. А именно в
1876
– Батюшки...
Дым рассеивался. Постепенно я увидел дом – скорее, не дом, а избу, одноэтажную, с резными наличниками. Ещё можно было увидеть сарай и баню. По двору ходили куры, в углу, рядом с сараем, стояла бричка. Передо мной – женщина лет сорока. Она была как будто из девятнадцатого века. Увидев меня, женщина истово перекрестилась и сказала:
– Господи Исусе... Степан, поди сюда... Ох, Господи...
Из дома вышел мужчина, чуть постарше нее, рыжеволосый, в старинной одежде.
– Это хто? – спросил он.
– А я почëм знаю? Стою здесь, кур кормлю, и – оп! – как из под земли вырос...
Я стоял в полной растерянности.