Глава 3
1976
Когда Ерохин зашёл в зал, дым уже рассеивался. Он услышал грохот и прибежал на звук. Мало ли что...
Горела машина. Он потушил огонь и с грустью обнаружил, что кое-какие детали были повреждены пожаром. Но в чём причина?
Ерохин вспомнил, что двое – Алфеев и я – остались в институте. Конечно, он не мог сразу предположить, что машина сгорела по нашей вине, но у него в голове была одна версия, самая верная: мы с Алфеевым отправились в путешествие, а машина дала сбой. Но почему?
Всё-таки мы тоже не в лучшем положении – ведь мы не сможем вернуться! Машина сгорела – пропала связь между ней и пультом. И мы, получается, застряли навсегда в другом времени. Ну, не навсегда, конечно, а до момента, пока учёные не починят машину, а откуда нам знать, когда они её вообще починят? Мда...
Ерохин посмотрел на машину. Экран работал. Год назначения – две тысячи двадцать пятый. Тьфу! Сказано же, пока отправляться можно только в пределах тридцати лет вперёд-назад. А они...
Наконец он разобрался! Надо во что бы то ни стало спасать товарищей, пусть даже они так поступили. Ведь неизвестно, что там за время.
Утром все, как обычно, пришли в институт в хорошем настроении, но после того, что они услышали, оно улетучилось.
– Товарищи, – сказал Ерохин, – машина не работает. Повреждения незначительны, но функционировать она не в состоянии. А в будущем застряли наши двое друзей – Насонов и Алфеев. Поможем им?
Всё не на шутку расстроились. Немудрено – машина сгорела! Три года учёные трудились и – бац – на тебе! Но если уж построили, то починить смогут. Команда института дружная, работы не так уж и много – с такими показателями можно управиться за две-три недели. Но продержимся ли столько мы с Алфеевым?