Цветы для Евы

После той поездки я места себе не находил. Режим сна по-прежнему оставлял желать лучшего. В Осло зарядил дождь. У друзей не было возможности меня развлекать в будний день. А у Метте внезапно появились планы, в которые я не вписывался:

– Вильде пригласила, – объяснила она. – Там будут только девочки. Увидимся.

Оставшись в одиночестве, я думал о том, что сказал Боркис там – на балконе в загородном доме.

Когда-то я был влюблен в Еву. По-настоящему. Но... Это было давно. С тех пор многое изменилось. А вот я – не особо.

В моей жизни было много девушек. Когда я учился, каждая пятница заканчивалась шумной вечеринкой, морем алкоголя и сексом с какой-нибудь красоткой.

(Собственно, так я познакомился с Метте: она меня отшила, но запомнила и подошла через несколько дней в университете.)

Не то чтобы я зарекался от отношений. Просто не искал их. А ещё я не влюблялся, даже не задумывался об этом до недавнего времени.

У жизни без обязательств много плюсов. Самое главное – остаётся много времени и на образование, и на разные проекты, и на тусовки. Полагаю, и на рефлексию, но почему-то размышлять обо всём этом я начал только в Осло.

Я вообще не думал, что снова встречу Еву (хотя, конечно, мы бы увиделись на свадьбе). Я не собирался, как сказал Боркису, дружить с ней и уж тем более заводить интрижку. Просто у неё было свободное время, а мне нечем было заняться. Не спорю, с этой девушкой мне интересно. И, если уж быть до конца откровенным, меня к ней влечёт. Как раньше, а, может, даже сильнее. Но какое значение это имеет теперь? Вернее, какой в этом смысл?

«Все равно скоро уеду, и ноги моей здесь не будет ещё лет семь», – думал я.

И всё-таки меня терзал вопрос: почему Ева так отреагировала на невинное воспоминание Эскила?

Пару дней я вообще не выходил из дома, что, очевидно, порадовало родителей. Особенно маму. Вечера мы в основном проводили в гостиной, куда временно переставили мольберт: мама рисовала, а я бездумно переключал каналы телевизора. Именно за этим занятием нас застала Метте. Девушка была взбудоражена.

– Только посмотрите! – она радостно протянула нам какой-то журнал. На обложке, выполненной в минималистичном стиле, был анонс нашего перевыпуска.

– Тут целая статья о тебе.

– Ух ты, – отозвался я без энтузиазма. – Да я звезда.

– Он всегда такой? – обратилась мама к Метте.

– Ага, – подтвердила та. – Кристоффер, иногда ты бесишь, ты знаешь?

Я не ответил, т.к. листал журнал. Мама с Метте, кажется, ещё подшучивали надо мной. Меня же заинтересовал материал о новом арт-пространстве, доступном для аренды. Уже через несколько минут я звонил Вильяму.