Цветы для Евы

Спать на диване в гостиной оказалось ещё труднее, чем в моей старой комнате, которую заняла Метте. На следующий день мы продолжили экскурсию. Метте Осло понравился. И уже под вечер я сообщил, что выходные мы проведём за городом.

Остальным я вообще забыл сказать о своей гостье. Поэтому приехавший за мной Боркис был ошарашен.

– Привет, – девушка ему добродушно улыбнулась, подавая рюкзак. – Как дела?

Друг что-то буркнул в ответ и сел в машину. Не понимаю, за что он так не взлюбил Метте. Впрочем, у него хватало такта не демонстрировать свое отношение к ней. И меня это устраивало.

С остальными мы должны были встретиться на выезде. Туда мы и отправились.

В назначенном месте уже стояли машины друзей, и мы направились к домику.

Добрались довольно быстро. Двухэтажный коттедж стоял на склоне, поэтому главный вход был сразу на второй этаж, где располагались гостиная, кухня, санузел и две спальни. Вид из панорамных окон был шикарным – прямо на озеро. Выход к причалу располагался на первом этаже с другой стороны дома. Там же были еще три спальни и сауна.

Из машины Вильяма вышли Нура, Ева и Вильде, а из машины Эрика – Линн и Эскил.

– Вот это сюрприз! – к нам подошла Нура.

Девушки обнимались и переговаривались на смеси норвежского и английского, а мы с Вильямом подошли к Эрику, который тут же спросил:

– Привёз датскую подружку?

Не успел я ничего ответить, как перед нами появилась Ева. Она держалась показательно вежливо: со всеми поздоровалась и попросила Эскила занести в дом какую-то тяжёлую сумку.

Следующие полчаса были сумбурными: почему-то все суетились, перетаскивали рюкзаки из комнаты в комнату, варили кофе, проливали его на столешницу и очень много смеялись. Невозмутимыми оставались только я и Вильям. Мы вышли на причал.

– А тебе не надо перенести сумку Нуры с первого этажа на второй и обратно? – спросил я.

– Очень смешно. Наши вещи уже в единственной комнате с двуспальной кроватью. Для девичника Нура нашла похожий дом.

– Отличный выбор.

– Придёшь на свадьбу с ней?

Я пожал плечами:

– Я не спрашивал, когда она возвращается.

–  А ты?

– Останусь до августа.

– Мать уговорила?

– Она ещё не знает.

Друг удивлённо улыбнулся.

– И что же тебя на это надоумило? Или... Кто? Тебе же здесь скучно.

– Сам не знаю, – признался я. – Просто решил так.

– Эй, вы! – из домика показалась Нура. – Нам нужна помощь с грилем.

Пока мы возились с углями, Нура, Ева и Линн готовили какие-то закуски, а Метте дурачилась с Вильде и Эскилом.

– А она не промах, – заметил Эрик. – Второй день в стране, а уже нашла себе подружек.

Бьорн недовольно фыркнул, а я лишь усмехнулся.

За обедом в беседке мы много смеялись. Вернее, смеялись в основном Метте, Вильде и Эскил (убийственное комбо). Затем Эрик извинился и сказал, что отлучится на пару часов в горы, чтобы сделать несколько снимков. Линн ушла в домик, сославшись на усталость. Шумная троица побежала купаться.

– Я, пожалуй, пройдусь вдоль берега, – Ева встала из-за стола. – Нура, не составишь мне компанию?

– Может, позже? – ответила та.

– Я могу с тобой пойти, – вызвался я.

– Ладно, идём.

Мы вышли на тропу и медленно побрели вдоль берега. Погода стояла отличная, но Ева ежилась и обнимала себя, будто зябла.

– Ты не заболела случайно?

Я коснулся её плеча, но Ева увернулась от моей руки и равнодушно ответила:

– Нет.

– Всё нормально?

– Всё отлично.

По её тону было понятно, что нет. Но настаивать я не стал. Молча мы дошли до конца коттеджного посёлка и через несколько метров присели на камни прямо около воды.

– Эскил рассказывал твоей подруге о бурной молодости, – не глядя на меня произнесла Ева.

– Правда? – меня это развеселило, и я усмехнулся. – Что именно он говорил?

– Говорил про твою прощальную вечеринку.

На несколько секунд она замолчала.

– Ты его почти не знал, но пригласил, – снова пауза. – Ты... Тогда ты со всеми попрощался. Кроме меня. Почему?

– А тебе это было нужно? – ответил я как-то на автомате.

И лишь через несколько секунд понял, что мне реально интересно это знать.

Ева молчала. Вдалеке раздался раскат грома.

– Надо вернуться, – она резко встала и направилась обратно. – Погода испортится.

Дождь так и не начался. Остальным Ева сказала, что плохо себя чувствует, поэтому ушла в домик.

– Пойду-ка я её проведаю, – сказала Нура через несколько минут.

– Вы там с ней поругались что ли? – спросил Боркис.

– С кем поругались? – спросила подбежавшая Метте.

– С Евой, – буркнул Боркис.

– С кем, прости? – переспросила она, усаживаясь рядом с другом.

Боркис резко встал:

– Моя очередь шляться по округе. Оставьте мне пива на вечер.

– Ева? – переспросила Метте. – Это она?

– Кто «она»?

– Не прикидывайся, ты понял, – Метте развеселилась. – Я хочу с ней познакомиться поближе!

– Она плохо себя чувствует. Бога ради, Метте...

– Это ведь она?

– Это было давно.

– Ладно.

Девушка схватила бутылку пива со стола и направилась к Эскилу.

Ближе к вечеру мы перебрались в гостиную, т.к. на улице нас стали донимать всякие насекомые. Метте, Вильде и Линн спустились в сауну погреться, т.к. практически целый день провели в ледяной воде.

– У нас есть вино? – Ева выглянула из своей комнаты.

– Да, – отозвался Боркис. – Я принесу.

Девушка скрылась в комнате, но тут же вышла к нам, укутанная в плед. Она с ногами забралась на диван рядом с Нурой.

– Ты точно не заболела? – спросила та.

– Твоё вино, – Боркис подал ей бокал.

Она благодарно улыбнулась ему, а потом мы встретились взглядами.

Я все думал о нашем последнем разговоре.

Сомнения появились в армии. Потому что каждый чёртов день я думал о ней. В то время я на полном серьёзе собирался остаться в Осло. Потом чуть было не подал документы на юридический вместе с Вильямом. Но после той вечеринки у Саны все это уже не имело значения.

Помню, мы столкнулись, когда уходили с праздника. Она держала за руку Юнаса, но смотрела на меня. На следующий день я отправил документы в Копенгаген, и назад пути уже не было. Эмма расстроилась, когда узнала, но с достоинством приняла эту новость. Еве я так и не позвонил. Потому что был уверен, что она больше не захочет меня видеть. Я ошибался?