¤~>Итачи<~¤
"Сильные не имеют права даже на слёзы..."
(Конечно, как и всякая девушка, Т/и хотела узнать намного лучше своего возлюбленного. Старалась не запрагивать всё, касательно прошлого, но почти вся его жизнь переплеталась с тем событием. И, когда она пыталась осторожно спросить, чёрноглазый что-то говорил по этому поводу, чтобы слегка утихомирить любопытство отступницы, но говорил что-то совсем незначительное, а затем плавно, но тут же уходил от темы. Куноичи не настаивала... Это его дело и его жизнь).
Был один из обычных, будних вечеров в организации. Т/и была у носителя шарингана, где он, раскрыв один из редких свитков, показывал некоторые приёмы для осуществения которых практикуется ниндзютсу.
- ... таким образом можно выиграть немного времени. Учихи часто использовали его.
Когда при разговоре Учиха мельком упомянул о клане. И девушка ненароком вспомнила кое-что, от чего тут же изложила свои мысли в тихом шёпоте, опустив глаза в пол:
- Итачи, я две недели назад встречалась с твоим братом... - после её слов взгляд Учихи метнулся к ней. - Вы с ним так похоже, что только слепой не определит, что вы братья... Ты знаешь... Когда он спросил о тебе, и я спросила его: зачем так упорно ищет тебя, то увидела в его глазах такую... Ярую ненависть и злобу, - она подняла на него глаза, в которых, точно волны, плескалась грусть вместе с попыткой понимания. - Знаю, для тебя это неприятная и, наверняка, больная тема, но... Почему ты тогда вырезал свой клан? Ладно клан... Но родителей? Почему тогда оставил брата? - взгляд слегка сощурился. - Если бы я была на его месте... В тысячу раз было бы лучше умереть, чем пережить такое.
Носитель шарингана прикрыл глаза, внешне выглядя непринуждённым, но в мыслях метаясь.
- Всё сложно, Т/и. Это не объяснить в двух словах. Тем более, ты ещё не готова услышать, - спокойный, абсолютно уверенный с своих словах проговорил мягко он.
- На сей раз ты не прав, - отрицательно качнув головой, с тем же спокойствием ответила она. - Я понимаю... Но, пожалуйста, ты ведь знаешь, что можешь мне довериться, - произнесла куноичи с искренним, открытым взглядом, каким одаривала лишь его. - Убей меня, если это не так. Хотя бы просто... Почему ты так поступил с братом? Родным братом... - неподдельное сожаление и жалость к младшему Учихе не давала ей перестать желать узнать правду, но не смотря на это она не собирадась давить, выпытывать ответы, а хотела лишь честности с его стороны.
- Давай обсудим это в другой раз, - он развернулся к выходу, но уже после этих слов отступница насторожилась, - а пока пойдём и поужинаем. Я проголодался.
Девушка нахмурилась, губы её приоткрылись.
"Итачи, что это..? Неужели ты..." - приходило осознание, от чего она покачала головой, не сводя взгляда с возлюбленного.
- Нет, Итачи, ты пытаешься контролировать моё поведение, - настороженным голосом сказала она, - держишь меня в неведении. Я не лезу в твои дела, твоё прошлое, но... неужели ты настолько мне не доверяешь..? - с мольбой в глазах спросила куноичи.
Учиха смиренно выдохнул и, подойдя к девушке, обнял. Но как только он стал приближаться, девушка почувствовала себя глупой и обманутой, потому как только черноглазый попытался обвить её руками, не позволила и толкнула его в грудь.
- Не пытайся вновь заставить меня замолчать... Не пытайся заставить меня усмирить своё любопытство. Я люблю тебя, Итачи... Но ты манипулируешь мной. А манипуляция - это всё равно, что обман. А я не хочу быть с тем, кто пытается путём сложный действий попытаться подмять меня под себя в своих интересах так, чтобы это было удобно. Я не хочу быть удобной или мимолётной влюблённость, порывом эмоций - я хочу быть любимой. Хочу быть любимой и желанной всегда, - проговорила она, когда её губы дрогнули, но отступница слегка приподняла подбородок, не переставая без страха смотреть в его глаза.
Они молча смотрели, идя в глазах друг друга ответы, эмоции, за которые можно было бы зацепиться, чтобы помириться. Однако, Т/и не увидела в них ничего: лишь спокойствие и привычный ему с ноткой безразличия взгляд, который никак не менялся, и ни один мускул на его лице не дрогнул.
"Что же это... Итачи, молю тебя, скажи хоть что-нибудь! Скажи, что я не права! Скажи, что любишь меня и не будешь пытаться скрыть что-то..." - мысленно умоляла она его.
Но, так и не дождавшись его ответа, юная куноичи опустила взгляд. Она тяжело выдохнула, а потом молча развернулась.
"Ну почему... Почему ты молчишь..?" - и на глаза её неторопливо стали наполняться влагой.
Девушка медленно, сначала слегка пошатываясь, зашагала из его комнаты, а потом, закрыв за собой дверь, позволила себе пустить слезу. Горькая, она скатилась с щеки ранненой любовью отступницы, спекая по подбородку, упала на воротник плаща и тут же впиталась в него.
Пов Итачи:
Я находится среди деревьев, вглядываясь в даль. Пока Кисаме вызвался сразиться с джинчуурики самостоятельно, мои мысли были заняты, как мне казалось, совсем неуместными на этот момент размышлениями. Я вспоминал Т/и. Наша последняя ссора негативно отразилась на ней, её настроении - это было ясно как день. Не скажу, что мне было плевать - это совсем не так. Всё время после того дня мысли о ней не выходят у меня из головы: "Как она чувствует себя морально? Злится ли? Сильно ли я её расстроил? Если да, то сможет ли она простить мне моё молчание?" Всё это, и осознание того, что я - и есть причина её грусти, медленно убивала меня хуже болезни, точно мучительный яд.
"Ведь я обещал себе, что не заставлю её плакать..." - подумал Учиха с досадой. - "О чём я вообще думал, когда позволил ей подобраться ко мне столь близко..? Любовь - чересчур огромная роскошь для меня..." - он направил свой взор к небу, отвернувшись от поля боя. - "Мало того, я вовлёк её во всё это... Интересно, будет ли она скучать по мне?" - глупая, как ему показалось, мысль, но обладатель шарингана не смог остановить её. - "Нет... Она никогда меня не простит... После содеянного, я, бесспорно, заслуживаю худшего наказания. Даже её любви, её доверия, её поддержки не заслужил. Я никогда не буду достоин тебя, Т/и..." - ясно понимал он, смиренно прикрывая глаза и опуская голову.
Небо было затянуто серыми тучами. Раздался раскат грома. За спиной Учихи кто-то приземлился.
- Вернулся наконец? - поинтересовался он, не двигаясь с места.
- Да, но взять живым его было всё-таки проблематично, - ответил Хашигаки, тыча Самехадой в лежавшего на земле справа от него мужчину-джинчуурики, что едва заметно подрагивал.
Итачи молча, повернул голову в сторону напарника, однако ничего не сказал. За пару секунд начался дождь, поливший быстро и непрерывно. Чёрные глаза вновь устремились к небу.
- А вот и дождик начался, - как бы невзначай подметил мечник.
- Кажется, приближается буря... - предположил гений клана, переведя взгляд на мужчину.
- Укроемся под кронами деревьев.
- Мы должны связаться с лидером, он ждёт. Сразу после поимки четырёххвостого, мы запечатаем его вместе с трёххвостым.
Дейдара погиб... А последнюю неделю они не разговаривали, почти совсем. Девушке было непросто от смерти товарища, но ещё хуже от того, что с Итачи всё не ладилось. Было некомфортно и неприятно от этого расстояния, но первые дни ей нужно было время подумать, просто... немного побыть одной. Но это "немного" оказалось ещё короче, чем могло бы быть. Она совсем скоро не выдержала и, не смотря на то, что была всё ещё в замешательстве, решила сделать первый шаг на пути к нему. После миссий, придя к комнате Учихи, юная куноичи постучала, ощущая себя от части виноватой перед ним. Дверь тут же открылась.
- Итачи, - она поклонилась, - добрый вечер. Мы можем поговорить? Пожалуйста...
Парень выглядел усталым, но всё же слабо улыбнулся.
- Привет. Я бы хотел, только... Извини. Сегодня правда был тяжёлый день, - искренне произнёс он, выдыхая, - не думаю, что я способен сегодня на что-либо, кроме как лечь спать.
- А, - вырвалось тихо, глаза опустились в пол, а голос погрустнел. - Ну... Да, конечно, я понимаю, - она улыбнулась, хотя, если честно, поговорить обо всём с ним ей было очень душевно, жизненно необходимо. Но она в силах потерпеть до завтра.
Гений клана слегка наклонил голову и, видя такой упадок настроения, не смог просто стоять. Он осторожно прикоснулся к руке куноичи, слегка сжав её ладонь в своей.
- Если ты переживаешь насчёт последнего - не думай об этом, - отступница посмотрела на Учиху, а тот, поймав её взгляд, продолжил: - Всё в порядке. Будь в этом уверена.
Она одарила его слабой улыбкой и неуверенно кивнула, на что парень как-то машинально улыбнулся и, неловко простившись, закрыл дверь. Т/и немного постояла так, но вскоре тоже отбросила плохие мысли и воротилась к себе.
На следующее утро молодая куноичи хотела увидеться, и хотя знала, что времени мало, желала хоть ненадолго побеседовать. Но не успела: они, после назначения миссий, с Хошигаке незамедлительно отправились.
"Очень жаль..." - это чересчур мягко описывало душевное состояние девушки.
Прошло ещё некоторое время. Самая юная отступница прибыла в логово. Странный напарник куда-то скрылся на длительное время, чем, признаться, привёл её в лёгкое недовольство. Вдруг сзади послышался голос:
- Т/и-чан, плохие новости.
Заговорил Широ-Зетсу очень неожиданно, от чего нарушил размышления. Девушка обернулась к нему, смерив спокойным взглядом.
- А разве у нас хорошие бывают? - столь же спокойно произнесла она. - Посвящай уж, раз начал.
- Тебе она не нравится. Итачи Учиха погиб в битве, - он сказал это так быстро и просто, что смысл его слов не сразу дошёл до куноичи.
В одно мгновение весь мир Т/и точно дал огромную трещину. Все затворки разума, мысли, мечты, будто стекло, сжатое под сильным давлением, в миг лопнули с оглужительным звоном. Все звуки для неё стихли, а сказанное Зетсу необычно туго и долго доходило до сознания. Это... действительно реально? То, что он сейчас произнёс?
- К-как? - её спокойный голос невольно дрогнул, глаза чуть приоткрылись.
- Он сразился со своим братом, в итоге проиграл.
Всё прошлое время не дышав, куноичи вспомнила, что его стоит выровнять, но теперь это никак не получалось, и она прерывисто и тихо вдыхала и выдыхала через рот.
- А... а тело? Ты сам его видел?
- Мне удалось стать свидетелем такой необычайной битвы. Он мёртв - это точно. А когда вернулся, тела Итачи-сана уже не было, - очевидно, про последнее растенеподобный соврал, но и в это молодая девушка поверила.
Какой теперь смысл... его уже нет... Дыхание не приходило в норму, но разнолицее создание состоянии отступницы никак не волновало.
Т/и тихо зашла в комнату. И не закрывал дверь на замок, коснулась ладонью лица. Губы были плотно дождаты. А затем и вовсе нервно обеими руками зарылась пальцами в волосы, до боли сжав их меж пальцев.
"Нет... Нет..." - она резко и шумно стала ловить ртои воздух, с губ срывались негромкие рыдания.
Плакать сейчас нельзя было - за дверью её ждал Кисаме...
"Я продержусь... Подожду... А когда вернусь... Тогда и... поплачу," - как же больно и горько было осознавать, что ты не имеешь права даже на слёзы, иначе - посчитают слабой, ничтожной, посчитают типичной "девушкой". Ни на что неспособной плаксой, бесполезной.
Но единственный... Единственный человек, который любил её и которого любила она... ушёл. Ушёл из жизни. Навсегда... Ушёл... оставив её одну...
Как только миссия закончилась, куноичи сразу поторопилась вернуться к себе в комнату. Она, точно одержимая, закрыла за собой дверь на ключ и, не в силах больше притворяться, её глаза наполнились слезами.
"Нельзя плакать. Нельзя проигрывать. Нельзя быть слабой... - она прислонилась лбом к двери. - Но ведь с тобой было иначе..."
Было горько, больно... За время недолгой миссии её ум не переставал думать: как так вышло? Почему? Почему он? Почему ничего не сказал? Как мог так с ней поступить?
До младшего Учихи ей не было дела: возлюбленный не проиграл бы ему. Да и какая разница... Если его уже рядом нет?
Девушка отошла от двери, плача и осознавая, что даже если захочет, не сможет перестать.
- Почему..? - тихо произнесла дрожащим голосом. - Почему... - этот вопрос никак не отпускал её.
Никогда... Никогда в жизни она так не любила мужчину. Он был первый, кто отнёсся к ней с глубоким пониманием и уважением, не смотря на её "низкий" статус в организации. Он всегда был снисходительным и никогда не упрекал за ошибки.
"Поэтому... поэтому я полюбила его..."
И, как оказалось, не только она. Когда поняла, что её любовь взаимна, представляете, как была счастлива? Хотя сама немного мешкала, хотела и доверилась ему. Это была первая и, во истину, самая настоящая... Любовь. А сейчас...
"Он погиб..." - она просто не могла в это поверить.
Куноичи вдруг громко закричала, пронзая звенящую тишину, мысленно сама же испугавшись этого крика... Залилась слезами, высвободжая наружу всю ту боль и слёзы, что держала в себе.
"Ненавижу... Почему... Почему жизнь отобрала тебя у меня?" - она с силой стукнула кулаком по кровати, от чего матрас слегка подрыгнул.
Её плечи задрожали, потому скоро без сил упала в постель. Уткнувшись лицом в подушку и крепко сжимая её меж пальцем, молодая куноичи проплакала так пару часов... без остановки.
Ничего не хотелось... Эмоциональное состояние оставляло желать лучшего, а физическое не лучше - тело было слабым от голода и изнеможения. На щеках остались почти высохшие дорожки от слёз, а сама Т/и, не моргая, лежала с приоткрытым ртом и просто глядела в стену. Если бы не тихое, едва уловимое дыхание, её не отличи бы от мертвеца. Сейчас, на данный момент, она не чувствовала ничего. Мозгу точно нужна была перезагрузка. Её окружала лишь звенящая тишина, а в душе дырой разверзлось чувство ничтожности пред судьбой и одиночество. Но знала... Это лишь затишье перед бурей. Как только она вновь начнём думать о любимом, уверена - её опять накроет истерика.
Наконец, девушка шевельнулась. Она обессиленно, медленно и слабо приподнялась на локтях, принимая сидячее положение. Каждое движение нарушало тишину, которую мысленно ей, наверное, уже невыносимо было слышать. Казалось, всё на свете остановилось в моменте. Весь мир прекратил двигаться... А потому хотелось делать всё, лишь бы не избавиться от этого удручающего чувства.
Потупив взгляд в пол, куноичи не сразу поднялась. Но, когда всё же сделала это, то в глазах всё резко побелело, а голова закружилась. Отступница взялась рукой за голову и закрыла глаза, дожидаясь, пока головокружение пройдёт. Потом, устало открыв покрасневшие и слегка опухшие веки, она сняла плащ и бросила его на кровать. Подойдя к шкафу, стала рыться в нём, желая принять душ. Куноичи взяла с полки одежду, но что-то, пролетело мимо её глаз, с тихим шелестом упав на пол. Опустив взор, она увидела небольшой запечатаный конверт. Неторопливо опустившись на корточки, Т/и подняла его с пола. Она с дрожащими руками раскрыла конверт, потому как чутьё ей подсказывало, что знает, от кого оно могло быть.
"Т/и, моя милая Т/и. Прости меня. Это первое, что я должен тебе сказать, и сказать не раз. Прости меня за всё... Я намеренно вступил в бой, зная, что проиграю. Ты подарила мне новую жизнь, с тобой я подумал, что счастье возможно, даже для такого, как я. И даже поверил в это... Ты имеешь право знать... Нет, обязана знать правду. Ты всегда видела во мне только хорошее. Всегда, с самого начала. Даже зная моё прошлое, мои поступки, ты всё равно упрямо отрицала всё дурное, сказанное обо мне, ты всегда видела меня настоящего... Я был холоден, порой, даже очень... но ты растопила моё сердце. Это не оправдание моего поступка, но я хочу, чтобы ты знала: я убил весь клан не по своему желанию. Добровольно, но не по своему желанию. Передо мной вставал выбор: пожертвовать деревней или своим кланом. Тебе прекрасно известно, что я выбрал. Клан планировал восстание, я сделал это для сохранения мира... Брат мой жив лишь потому, что я просто не смог его убить. Не смог..."
Девушка читала содержимое письма и шумно вздыхала; с глаз не переставая потекли слёзы.
"Теперь... Когда ты всё знаешь, я прошу тебя простить меня. Простить меня за то, что оставил тебя. Простить за то, что молчал. За то, что, зная своё будущее, подпустил тебя к себе так близко. Я никогда не смог бы забыть всё, что ты для меня сделала, то, сколько любви и нежности, времени и сил ты посвятила мне одному. Я бы хотел прожить с тобой остаток жизни, если бы это было возможно, но я не могу... Прости меня... Прости, моя милая, любящая Т/и."
Сжав в руках письмо, бумага хрустнула, а из-за влаги взгляд был точно из-под воды. Это его подчерк... Боль пропирала до самой глубины души, разрушая всё внутри. Девушка с силой зажала себе рот ладонью, чтобы вновь не закричать и перестать плакать, но тщетно...
(Напомню, что здесь лишь части, которые я постаралась скрепить воедино для целостности картины).