8
— А где Чонсон?— чуть растерянно спросил Сонхун, осматривая комнату,— его не было утром и сейчас нет, что такое?
Чонвон указал на заправленную кровать на втором ярусе, затем Рики подошёл и указал на окно.
— Он сбежал с Джеюном этим утром,— произнёс шатен и сел на стул, разбирая учебники,— видимо, смог. Он ведь давно планировал отсюда уйти?
Сероволосый кивнул, смотря куда-то за окно. Завтра уже выходной, хотя бы это радует. Покусывая язык, парень думал, как же Пак смог сбежать, когда тут охрана и высокое ограждение? Его умению натворить делов просто поражало, но почему Сонхун не знал о побеге, когда даже Рики в курсе всего этого?
Хисын не находил себе места, а частые замечания и напоминания о Чонсоне только усугубляли ситуацию, вводя брюнета глубже в самокопание и самобичевание. Неужели он настолько плохой сонбэнним, раз не смог помочь Джею с его характером? Не смог проследить. Да он даже не следил за ним, лишь изредка поглядывал. Так ещё и сосед по комнате с ним сбежал. От Ли сбегают все, видимо, он какой-то неудачник.
*****
Опять дождливый день, хотя уже весна. Злой парень шёл по тропе, которая была вся в лужах. Мокрые кроссовки — последнее, что его волновало. Больше всего он хотел больше никогда не видеть этих людей. Ни отца, ни Омджи. Сами отправили ребёнка чёрт пойми куда, а теперь ещё и возмущаются, заместо того, чтобы радоваться его возвращению, хоть и не очень легальному. И всё же на душе было просто отвратительно. Почему его нигде не любят? Попав в ту академию был самым, как его называли, проблемным, вернулся в семью, а они оказывается и не ждали его, готовясь уже к другому ребёнку. Пять недель, он существует всего пять недель, а ему уже подарили больше любви и заботы, чем Чонсону за эти грёбанные девятнадцать лет.
"Рожайте нового отпрыска и занимайтесь им, может научились на прошлых ошибках"
Нет, он не был зол на ребёнка. Он был зол на безответственность родителей, которым лишь бы игрушку новую сделать и поиграть с ней. А как надоест — в академии непонятные сдавать.
Сев на скамью и спрятав лицо руками, дал волю эмоциям и позволил слезам покатиться по щекам, падая на ладони. Казалось, что ему было даже жарко в этой ветровке, поэтому он её снял, оставаясь в одной футболке и домашних трениках серого цвета. Как же он устал от того, что для всех он лишь шут, клоун, дарящий смех. Может у него тоже есть чувства и эмоции? Может он тоже хочет быть в будущем бизнесменом, может тоже хочет двух сыновей и одну дочку? А может он и вовсе может даже выслушать и помочь дельным советом? Никто этого никогда не узнает, ведь все как один видят в нём лишь дурачка или вандала, который может даже убить кого-то для своей же выгоды.
Вытерев щёки ветровкой, вдохнул полной грудью прохладный воздух, дабы хотя бы немного успокоиться и прийти в себя. Начинает темнеть, а домой возвращаться он не собирается. Ни сегодня, ни завтра, ни ближайшую неделю минимум. Смотря на небо, понимает, что в той самой академии ему было намного лучше. Может там его всё же любили? Его любил доводить Сонхун своими выходками, на него любил злиться Рики, о нём любил заботиться Чонвон, его любил ругать Хисын. А что сейчас? Словно после побега жизнь наоборот стала только хуже. Джеюн сейчас разбирается с родителями, который даже с Австралии прилетели, чтобы узнать, зачем их сын пошёл в то место и что это вообще за место такое. Даже его родители интересуются его жизнью.
Отец же наоборот не желал ничего узнавать, он хотел просто весь свой гнев выпустить на сына.
— Ты сбежал?— возмущённо спросил и сжал кулак,— сукин сын, ты понимаешь, сколько денег я туда вложил? Почему ты не мог просто родиться нормальным человеком?
— А кем родился?— хмуро произнёс, понимая примерный ответ.
— Ублюдком.
Ублюдком.
Хрустнув пальцами, парень встал и направился куда только глаза глядят. У него нет ни денег, ни знакомых, к кому бы он мог пойти, ведь у Шима предки дома. Поэтому он будет просто ходить по городу, пока не потеряет сознание. Он не хочет возвращаться в это ужасное место, где нет никакого тепла, нет уюта и уж тем более любви.
Пошатываясь, блондин уже чувствовал, как начинает сильно уставать, а веки становятся всё тяжелее и тяжелее.
— Чонсон!— крикнули сзади и Пак остановился, не до конца понимая, что позвали именно его,— Чонсон, боже, это ты?
Поворачиваясь, хотел получше разглядеть того, кто его позвал, но понимал, что дождался того, что желал сделать. Сознание совсем покинуло его тело и оно ослаблено упало на мокрый асфальт.
*****
Было очень тепло, чувствовалось, что на нём было что-то. Одеяло. Очень толстое и действительно согревающее. Осмотрев помещение, чуть удивился, ведь это был ни его дом, ни дом Джейка. Приподнявшись, ещё раз осмотрелся и наконец внутрь вошёл парень с чашкой чая, в котором ещё плавал лимон.
— Будь в следующий раз осторожнее,— произнёс, ставя чашку на тумбу.
— Сонхун?— удивлённо вылупил глаза и схватил сероволосого за руку, чтобы убедиться, что это не сон,— что ты... я... тут делаем? Где мы?
— Представь, я тоже сеульский,— усмехнулся и попытался как-то расжать хватку блондина, но не получалось,— я приехал на пару дней, уикенд, нам можно уезжать в эти дни.
— Эти дни?— переспросил, а потом понял, о чем он и засмеялся со своих же мыслей,— как ты нашёл меня?
Парень понял, что вопросов будет много, поэтому сел на край кровати и посмотрел в глаза Джея. В них было видно всё, что творилось у него на душе. Весь тот ужас и разочарование.
— Я знал твой район, этого было достаточно,— взял одно печенье и протянул ко рту Пака, пытаясь покормить его подобным способом,— почему ты был на улице так поздно? И раздетый. Ты ведь заболеть можешь, а вдруг...
— Да плевать,— буркнул недовольно и отвернулся, не принимая попытки кормления,— знаешь, я хочу вернуться. Вернуться в эту тупую академию. Как думаешь, меня примут?
Раскрытый в удивлении рот и полное недопонимание со слов парня. Зачем ему возвращаться, если он так старательно пытался оттуда уйти и даже сбежал? Но всё же даже было приятно, ведь Пак искал его, чтобы наконец во всём разобраться. Казалось, что у них много всего недосказанного друг другу, отчего ещё больше напряжения между ними.
— Не знаю, можешь у директора спросить. Поедешь со мной на автобусах туда?— предложил, на что блондин кивнул и даже улыбнулся, накапливая слёзы в уголках глаз,— Чонсон, мне кажется, что я к тебе не безразличен...
— Вот именно, что кажется, ко мне даже отец безразличен, а мы...
— Нет, правда,— возмутился хозяин квартиры и встал,— я просто это говорю. Ты можешь никак на это не отвечать, просто держать в себе это довольно трудно. Мне хватает того, что ты просто каждую ночь падаешь на меня, а потом сам злишься.
— Фу, отстань,— недовольно покорчился и оттолкнул от себя Пака.
Внутри странное чувство. То есть это как вообще работает? Каково это — быть любимым? Знать, что человек в тебе нуждается, может даже не ждать взаимности, просто радуется тому, как ты смотришь на него или стоишь рядом. Разве такое бывает? Как просто существование Джея может кого-то радовать? Учитывая, что он даже отца своего не радует, так как Сонхун умудрился найти в нём что-то?
С этими мыслями парень и уснул, а сероволосый укрыл его до подбородка и улыбнулся, понимая, что он ещё забавнее, когда так сладко спит.
— Мне не плевать, поэтому не болей,— прошептал и вышел из комнаты, выключая свет.
*****
Чонвон сидел за ноутбуком и готовил какую-то презентацию, Рики спал, а Сонхун громко пел в душе, что его концерт могли услышать и соседние комнаты. Самый обычный день, понедельник, за окном солнце, а внутри этого здания кипела жизнь. Хотя нет, скорее закипела только тогда, когда мимо окон что-то пролетело и с грохотом упало в кусты. Все ученики тут же выбежали из здания или просто выглянули в окно, наблюдая за тем, как шипит от боли Пак, а рядом крутиться Хисын, поднимая хубэ и направляясь в медпункт.
Вернулся он в комнату уже с гипсом. Перелом ноги и ушиб с растяжением локтя, зато теперь он будет отдыхать на своей кровати и его освободят от уроков. Хорошее начало с чистого листа в этом месте. Телефон Чонсона разрывался от звонков и сообщений, но он не отвечал и даже смотреть не собирался, прекрасно понимая, что это отец. Даже директор академии говорил, что его просят вернуть Пака, однако тот отказывался. Тем более отец заплатил за год, так что он останется здесь ровно на год.
— Почему ты вернулся?— спросил Рики, которому не дали выспаться.
Пак поджал губы, не зная, как бы ему объяснить, чтобы он не надумал себе ничего.
— Ну вот знаешь, мне после побега так тебя не хватало,— прощебетал и повернулся к нему,— мы же даже не обнялись, как так? Иди сюда, мальчик мой сладенький!
Потянувшись к японцу, он заулыбался, а тот напуганно отходил. Ян только хотел подбежать, но Джей уже упал с кровати, ногой задевая Сонхуна, который сидел на своей кровати. Ну как задел... ударил его по плечу так, что казалось, Паку тоже нужно будет обратиться к врачу.
— Странно, сейчас ведь только шесть вечера,— усмехнулся Чонвон, помогая подняться соседу,— думаю, вам с Сонхуном надо поменяться кроватями.
— Или лечь вместе,— хитро хихикнул Нишимура.
Вошедший Хисын напугал четверых, но позже Чонсон заулыбался и на одной ноге поскакал к сонбэ, чтобы обнять его. Ли тоже был рад, что он вернулся, поскольку боялся, что этот дурак опять что-то натворит. Тем более он помнил, что в семье Пака было всё не сладко. Ведь он второй раз видел его в одном и том же парке после ссоры с родителями. Ему было больно смотреть на того грустного и подавленного Джея, терявшего сознание. Но видя, что сейчас он просто сияет, Хи не мог не радоваться. Взгляд на Сонхуна поменялся, может, их с Чонсоном общение будет к лучшему им обоим. Если у Хи не получилось ничего с Хуном, то почему такая же участь ждёт и Джея?
Воспитание важно, но важней — дать своему ребёнку понять, что он нужен и любим. А ни то он просто уйдёт туда, где его действительно ждут.
Конец.